Спроси Алену

БИОГРАФИЯ

Сайт "Спроси Алену" - Электронное средство массовой информации. На сайте собрана библиотека биографий и творчества известных людей. Официальные биографии сопровождаются фотографиями, интересными фактами из жизни великих людей: музыкантов, артистов, писателей. В биографиях можно познакомиться с творчеством: музыки mp3, творчество великих музыкантов и исполнителей, история жизни знаменитых артистов и писателей, политиков и других, не менее важных персон, оставившие свой след в Истории. Календарь и дайджест поможет лучше со ориентироваться на сайте.
   
Музыка | Кулинария | Биографии | Знакомства | Дневники | Дайджест Алены | Календарь | Фотоконкурс | Поиск по сайту | Карта


Главная
Спроси Алену
Спроси Юриста
Фотоконкурс
Литературный конкурс
Дневники
Наш форум
Дайджест Алены
Хочу познакомиться
Отзывы и пожелания
Рецепт дня
Сегодня
Биография
МузыкаМузыкальный блог
Кино
Обзор Интернета
Реклама на сайте
Обратная связь






Сегодня:

События этого дня
21 сентября 2017 года
в книге Истории


Случайный анекдот:
Ничто так не спасает женщин от необдуманных поступков, как вовремя не сделанная эпиляция.


Сегодня на сайте 1153 биографий


Биографии. История жизни великих людей

На этой странице вы можете узнать много интересного о жизни великих людей, познакомиться с их творчеством. Жизнь замечательных людей. Биографии. Истории жизни. Интересные факты из жизни писателей и артистов. ЖЗЛ. Биографии сопровождаются фотографиями. Любовные истории писателей, музыкантов и политиков. Факты из биографий. Выберете биографию в окне поиска или по алфавиту. Биографии дополнены рубрикой "творчество". Вы можете послушать произведения авторов в формате mp3.
Поиск биографии:
А | Б | В | Г | Д | Е | Ж | З | И | К | Л | М | Н | О | П | Р | С | Т | У | Ф | Х | Ц | Ч | Ш | Щ | Э | Ю | Я | ВСЕ
НАЗАД

Керн Анна Петровна
Керн Анна Петровна
Керн Анна Петровна
11 февраля 1800 - 27 мая 1879

История жизни

1840 год.
«Хорошо любить! Если сердце родное: есть что крепко прижать к сердцу и в грустное время сказать: «Душенька, мне грустно!» Даже ссориться с близким душе приятно! Это все равно что ссориться с самим собой за что-нибудь и убеждать себя в том или другом! Вообще хорошо любить! Я ее, мою Анеточку, очень люблю! Все, что ни делается, от Бога, и наш союз, как он ни странен, Им благословен! Иначе мы не были бы так счастливы, не имели бы такого Сашечку, какой нас теперь так утешает! Ни о чем случившемся жалеть не надо, все к лучшему, все хорошо! И одно непредвиденное верно».
* * *
«Сегодня я получил твое письмецо и радовался твоим нежным думкам! Ты так ласково всегда мечтаешь. Но потом, узнав, что ты завтра только выедешь из этого Питера, мне очень грустно стало!»
* * *
«О, как тяжело слушать намеки из нечистых уст о нашем чудном соединении! На сердце кошки!! И ничем не можешь отвечать, потому что это только намеки! Да и что я могу отвечать – я, безответственный для всего, кроме дружбы и любви?! О, Боже, как это все тяжело! Обвенчаемся, дружочек мой, родная моя душечка: утешь, осчастливь меня этим. Я буду тогда смелей льва и пламенней демона любящего! Святость чувств моих всегда будет заставлять меня обращаться к Богу: этому щедрому милостивицу нашему, и заживем!!.»
* * *
«Но обратимся еще к семейной жизни. Какое высокое наслаждение, после тяжких трудов, в самом жалком изнурении, упасть на роскошную грудь жены, утонуть в нежности ее ласки, жарких поцелуях и забыться чудным, спокойным сном. Улыбка высокого удовольствия и умиления на устах спящего счастливца! И как радостно его пробуждение. Ласковый голос жены лепечет ему нежности: душистые губки ее сымают с глаз, одурманеных сном, ночные грезы и освещают их зарею своей милой улыбки!
Мы живем для того, чтобы любить Бога и ближнего и тем самым прославлять Творца, от избытка Своей святой великой любви создавшего мир! Мы должны любить всех так, как солнце освещает все живущее. Но так как оно не может равно освещать все, так и мы не можем любить всех с одинаковой силой и, следовательно, должны избрать предмет, на который бы устремились все наши чувства! От нас требует этого власть Всевышнего, даровавшего нам душу, а с нею и любовь. Всех сделать нельзя счастливыми, так надо делать хоть кого-нибудь, следовательно, надо жениться и жениться по любви!»
1843 год.
«Теперь я сижу в уютной нашей спальне. Она, моя голубушка, уже легла в постель и ей, может быть, уже и снится что-нибудь, а я пишу и хочу сказать несколько слов о Пушкине, о котором мы часто с нею беседуем и перечитывали его «Цыган»... Она была знакома с ним, и он ее воспел в двух стихотворениях: «Я помню чудное мгновенье» и «Я ехал к Вам». Она вдохновляла также Подолинского... Да, кто не восхищался ее внутренней и внешней красотою?..»
1843 год.
«Неясная грусть томила меня, болезненно сжимала сердце, и я только и получил облегчение на груди у моего нежного друга, и грусть освободила сердце для упоительных ощущений любви!»
1845 год.
«Ах, как мне хорошо возвращаться к жене, как много наслаждения в радостном поцелуе свидания! Я возвращаюсь к ней с восторженным нетерпением: это знак, что мне хорошо с нею, моею душечкой. Да, я отыскал то, что и другие ищут, да редко находят потому, что идут окольными путями; а я отыскал счастие! Господи, не отыми от меня его!»
* * *
«Я сказал, что верен своей жене, и надо мной подшучивают - уверяю всех, что не изменяю ей никогда, и мне не верят и все-таки подшучивают... Что людям за дело, что я люблю свою жену и не могу ей изменять?.. Странны многие люди! Нет ли тут зависти, что я этой верностию выше других?.. Слабость характера моего поддерживала эти шутки, но пора их кончить... В семейной жизни ни один из супругов не должен другому делать ни выговоров, ни наставлений, то есть не должен оскорблять самолюбие, чтобы не охладить чувства и не сделать эту жизнь цепью пошлых неприятностей. Спокойствие лучше всего - тот не благоразумен, кто питает семейную жизнь ссорою. Супруги должны смотреть на недостатки один другого снисходительно. Они не должны стеснять друг друга, а должны только заботиться об общем удовольствии, общей пользе. Надо помогать взаимно жить, а не мешать».
* * *
«Благодарю тебя, Господи, за то, что я женат! Без нее, моей душечки, я бы изныл, скучая. Все надоедает, кроме жены, и к ней одной я так привык, что она сделалась моей необходимостью! Какое счастье возвращаться домой! Как тепло, хорошо в ее объятьях. Нет никого лучше, чем моя жена. Семейная жизнь, освященная любовью, есть величайшее счастье - она уравновешивает все несчастья наши».
1846 год.
«Жена. Она, моя голубушка, боится, чтобы я не разлюбил. Не изменил ей. В начале нашей связи она этого же боялась... и опасения ее в течение девяти лет преследовали ее, как необходимый спутник счастья! Но моя любовь срослась со всем моим организмом и сделалась необходимым элементом моей жизни. Мы так счастливы друг с другом, что, разумеется, боимся перемены. Кому нечего терять, тот и не страшится потери! Я извиняю ее ревнивые выходки, но в себе уверен, потому что знаю себя, - моя к ней любовь неизменна, как свет солнца!..
Я люблю ее, мою душечку! Люблю со всей нежностью, и нет сил в природе, которые бы могли разрушить мою горячую привязанность к ней! Все, что есть во мне, все принадлежит ей! Ее теплота насквозь проникает меня и производит во мне сладостные ощущения, каждый мой нерв всасывает ее... Я счастлив от ее прикосновений... Ее голос, мягкий и мелодичный, чарует меня. Я весь любовь, весь счастие, и нет для меня радости за чертой семейной жизни».
1847 год.
«Мне хочется обнять тебя, моя душечка родная, разогреть тебя нежностью своей любви! Мне хочется почувствовать у сердца мое милое, родное! Тебя, моя любовь! Я все мое бытие на тебе сосредоточил. От тебя мне тепло, при тебе мне светло. Ты все для меня, и без тебя тоска!.. Страдание не чувствовать тебя близко. Когда же ты вернешься от Коленковых из Прилук, моя подруга? Ты же так долго не едешь! Мне плакать хочется! Я боюсь за тебя! Ну, что если Десна задержит? Не переезжай через Десну без предосторожностей! Ах, как мне страшно! Господи, помилуй нас!»
1850 год.
«Приехал 3го... ничто не мило без семьи, вечное беспокойство о том, что с ними делается».
Воспоминанья предо мной,
Свой длинный развивают свиток...
Сегодня, беседуя с сестрой и женой, я припоминал прошедшее, и нежность прежних дней вливалась мне в душу, я взывал к тому счастью, в котором мужала моя юность... Как описать всю страстность? Где взять слова, чтобы выразить это наслаждение, коим упивался каждый атом во мне на заре моей жизни?..
Я помню приют любви, где мечтала обо мне моя царица, где поцелуями пропитан был воздух, где каждое дыхание ее было мыслью обо мне. Я вижу ее улыбающуюся из глубины дивана, где она поджидала меня... Когда сходил я с лестницы той квартирки, где осознал я жизнь, где была колыбель моих радостей, по мере удаления моего от заповедных дверей, грусть больнее и сильнее вкрадывалась в сердце, и на последней ступеньке невольно всплывали слезы на отуманенных глазах... Никогда я не был так полно счастлив, как на той квартире! Из той квартиры выходила она и медленно шла мимо окон корпуса, где я, прильнувши к стеклу, пожирал ее взглядом, улавливал воображением каждое ее движение, чтобы после, когда видение исчезнет, тешить себя упоительной мечтой! Она повернула за угол... Кончик черного вуаля мелькнул из-за угла, и нет ее... О, как жадно порывалось сердце вслед за нею... Хотелось броситься на тротуар, чтобы и след ее не истерся посторонним, казалось, и в нем была ласка, и завидовал я тротуару!.. А суббота настанет, в чаду мечты летишь по проспекту, не замечая ничего и никого, превратившись весь в желание скорее дойти до серенького домика, где ее квартира... И вот уже взгляд отличает то, к чему сквозь здания, сквозь деревья и дом... Уже обозначилось в доме окно, и она выглядывала из него, освященная заходящим солнцем... И вот поцелуй сливает нас, и мы счастливы, как боги!.. Так я царствовал в сереньком домике на Васильевском острове!..
А эта беседка в Петергофе, среди душистых цветов и зелени в зеркалах, когда ее взгляд, прожигая меня, воспламенял... И мы под песню соловья, в аромате цветов, любовались друг другом, смотря в зеркальные стены беседки... Она так чудно хороша, что я был в счастливом забытьи... И все это прошло... О, Боже! Оставь же мне хоть это спокойное счастье, каким теплимся нынче мирно мы!
Много, много чудных воспоминаний толпится в моей душе теперь... Но можно ли выразить все очарование происшедшего блаженства?? Не сильны вы, холодные буквы!»
Это дневник мужчины о чувстве к уже не очень молодой женщине, когда-то необыкновенно красивой, а теперь, наверное, красивой только для него. Письма Александра Васильевича Маркова-Виноградского к своей жене - Анне Петровне Керн.
Пожалуй, трудно себе представить более нежных, более чистых и близких отношений между супругами, нежели те, что связывали Анну Петровну с Александром Васильевичем. Это еще одно доказательство того, что Бог дарует всего поровну - поровну несчастья и поровну счастья. Для красавиц и для дурнушек, для старых и для молодых.
Александр Васильевич влюбился в свою Аннет, когда ей уже было 36 лет и она еще была чудо как хороша, а он был воспитанником Петербургского кадетского корпуса. Между ними было 16 лет разницы. Он принес в жертву все, чтобы жениться на ней: карьеру, материальное благополучие, расположение родных. Она тоже. Анна Петровна отказалась от звания «превосходительство», от солидной пенсии, назначенной ей за мужа, от поддержки отца. Это был в высшей степени смелый и неординарный поступок для женщины ее круга.
Перспективы были туманны, нет, скорее они были слишком плохи. Так и случилось: нужда, иногда доходившая до крайности, всякого рода невзгоды, постоянные житейские хлопоты... Нередко полфунта кофе были мечтой для семьи. Но было необыкновенное счастье двух любящих, счастье, не зависящее от всего окружающего. Анна Петровна писала: «Бедность имеет свои радости, и нам всегда хорошо, потому что в нас много любви... Может быть, при лучших обстоятельствах мы были бы менее счастливы».
А через год: «Муж сегодня поехал по своей должности на неделю, а может быть, и дольше. Ты не можешь себе представить, как я тоскую, когда он уезжает! Вообрази и пожури меня за то, что я сделалась необыкновенно мнительна и суеверна; я боюсь, - чего бы ты думала? Никогда не угадаешь! - Боюсь того, что мы оба никогда еще не были, кажется, так нежны друг к другу, так счастливы, так согласны!»
Счастье длилось без малого сорок лет!
Александр Васильевич умер раньше, в январе 1879. Сын перевез после похорон мать к себе в Москву. Он писал другу семьи: «После похорон я перевез старуху мать несчастную к себе в Москву, где надеюсь кое-как устроить у себя и где она будет доживать свой короткий, но тяжело-грустный век! Всякое участие доставит радость бедной сироте-матери, для которой утрата отца незаменима».
Анна Петровна прожила после горячо любимого мужа всего четыре месяца. Существует легенда о том, что «гроб ее повстречался с памятником Пушкину в Москве». По другой легенде, она услышала незадолго до смерти какой-то шум на улице, это везли огромный гранитный постамент для памятника Пушкину, и, узнав в чем дело, сказала: «А, наконец-то! Ну, слава Богу, давно пора!..»
Красиво прожитая жизнь с красивым завершением...


Перепечатка информации возможна только с указанием активной ссылки на источник tonnel.ru



Яндекс цитирования
В online чел. /
создание сайтов в СМИТ