Рунетки

Администрация сайта постоянно следит за тем, чтобы каждая рунетка вела прямую трансляцию. Что это значит? Никакой наигранности, никакой постановочности. Искреннее и реалистичное общение в режиме реального времени. Но с некоторыми приятными особенностями, о которых мы упоминали раньше!

Реалистичность во всём. Под контролем только сам факт достоверности трансляции. А то, как модель себя ведёт, - не модерируется. Любые ограничения ставят жёсткие рамки и на корню убивают всё удовольствие от общения. Ведь за этим люди заходят на сайт Рунетки, за искренностью человеческого общения! Ни модели, ни зрители ничем не ограничены. И во время приватного чата вы можете общаться с девушкой на любые темы, делать что угодно. Но помните : окончить диалог могут оба собеседника.

Здесь не место конфликтам. Все гости желают одного : расслабиться и насладиться непринуждённостью общения. Поэтому, заходя в категорию Рунетки, оставьте весь негатив в стороне!

Вполне логично, что в приватном чате вы можете расчитывать на определённый отклик. Радость общения будет взаимной. Девушки из категории "рунетки" будут рады подарить вам бурю эмоций. Всё, что для этого нужно - договориться о приватной беседе, заранее всё обсудить. И получить максимум удовольствия от тёплого, искреннего общения.

Спроси Алену

www.tonnel.ru

   
Музыка | Кулинария | Биографии | Знакомства | Дневники | Дайджест Алены | Календарь | Фотоконкурс | Поиск по сайту | Карта


Главная
Спроси Алену
Спроси Юриста
Фотоконкурс
Литературный конкурс
Дневники
Наш форум
Дайджест Алены
Хочу познакомиться
Отзывы и пожелания
Рецепт дня
Сегодня
Биография
МузыкаМузыкальный блог
Кино
Обзор Интернета
Реклама на сайте
Обратная связь






Сегодня:

События этого дня
28 января 2020 года
в книге Истории


Случайный анекдот:
Поймал мужик золотую рыбку:
- Хочу, значит, заводик маленький, дом и машину.
Рыбка: - Хорошо, но выбирай - в кредит или в лизинг.
Мужик: - Ладно, выбирай - на сливочном или растительном?



Эрнест Хемингуэй

(2 июля)
Роковое «наследство» семьи Хемингуэй Сейчас уже доказано учеными, что многие наши привычки передаются по наследству, точно так же, как цвет волос или тембр голоса, но мог ли Кларенс Хемингуэй предвидеть, что его печальному примеру последуют его сын, правнук и правнучка Кларенс Эдмондс Хемингуэй был типичным представителем викторианской эпохи, с неспешным и размеренным течением жизни. Добропорядочные жители Оук-Парка, пригорода Чикаго, не признавали близкого соседства знаменитого города гангстеров и противопоставляли свой тихий, заполненный заботами о душе образ жизни шумному разгулу, царившему в борделях, находившихся по соседству. Кларенс Хемингуэй женился на такой же достойной девушке Грейс, и вместе они составили типичную законопослушную пару, которой отводилась простая роль любить друг друга и в старости коротать вечера в обществе очаровательных внучат. И неважно, что до женитьбы Кларенс Хемингуэй жил в Южной Дакоте, изучая способы лечения малярии в племени индейцев сиу, а Грейс покоряла нью-йоркскую публику своим редким контральто, да так, что ей предложили контракт в Мэдисон-сквер-гарден. Ведь, в конце концов, Кларенс стал замечательным врачом, а Грейс сумела облегчить тоску по сцене пением в церковном хоре. В этой благопристойной семье появилось 5 детей три девочки и два мальчика. Эрнест был вторым по счету ребенком в семье. Когда он подрос, отец стал приобщать его к охоте на птиц и рыбалке, а мать — к музицированию на виолончели. Мальчик был больше привязан к отцу, чем к матери, видимо, Грейс не могла простить себе то, что отказалась от карьеры певицы ради тихого провинциального парня, и поэтому днями и ночами пилила мужа. Кларенс научил маленького Эрни свистеть, чтобы облегчить приступ боли. Как-то раз Эрни упал, когда бежал на соседнюю ферму за молоком. Испуганный ребенок весь в крови прибежал домой. Отец объяснил ему, что боль проходит, если постоянно свистеть. Потом мальчик стал замечать, что после того, как мама и папа о чем-то долго спорят, закрывшись в комнате, отец несколько дней насвистывает. На 12-летие Кларенс подарил мальчику настоящее ружье, однозарядное, 20-го калибра. Именно в тот момент Эрни и решил, что никогда не позволит женщине подчинить себя, как папа… По словам Марселины и Лестер Хемингуэй, отца и Эрни связывала настоящая дружба, тем не менее, он воспротивился требованию родителей поступить в университет и овладеть достойной профессией, за что те выгнали его из дома. Марселина вспоминала, что, когда родители получили по почте первую книгу Эрнеста, изданную в Париже, дома разразился настоящий скандал. Отец несколько дней ни с кем не разговаривал, а мать все рыдала и спрашивала у Господа, за что сын их так наказывает. И это о будущем нобелевском лауреате. Возмущение семьи, где царили пуританские нравы, было вполне объяснимо, ведь в произведении Эрнеста герои выражались не на литературном языке, а на его уличном эквиваленте. Гнев отца усилил и тот факт, что главный герой его сына оказался болен гонореей. В своем письме к Эрнесту он так отчитывал сына «Мне казалось, что всем своим воспитанием я давал тебе понять, что порядочные люди нигде не обсуждают свои венерические болезни, кроме как в кабинете врача. Видимо, я заблуждался, и заблуждался жестоко…» Естественно, что после этого события Эрнест в течение нескольких лет не общался с родителями и не сообщал им о своих успехах на литературном поприще. Он продолжал вести образ жизни, который ему нравился женился, разводился, воспитывал детей и много писал о настоящей жизни, а не о той беспросветной череде дней, которую вели жители Оук-Парка. Когда Кларенс преодолел 50-летний рубеж, он вдруг осознал, что жизнь прошла впустую. Несмотря на то, что он стал очень уважаемым в Оук-Парке врачом, завладеть секретом индейской народной медицины ему так и не удалось. Любящая жена, характер которой, однако, с годами не стал лучше, настоятельно советовала обратить внимание на собственное здоровье «Милый, у тебя же грудная жаба! Милый, ты обязан лечь в постель!» Но больше всего его раздражала постоянная боль в ногах. Приступы порой были настолько сильными, что Кларенс чуть не терял сознание. Родные и не подозревали, что вот уже в течение нескольких лет у него развивается гангрена ступней, осложнение диабета. Кларенс много времени проводил в одиночестве, запираясь в кабинете. Жена жаловалась, что он перестал брать с собой в автомобильные поездки внуков. На самом деле, Кларенс боялся, что однажды он не сможет совладать с собой и выпустит руль от нестерпимой боли. Как-то в начале декабря, когда все обитатели Оук-Парка начали готовиться к Рождеству, Кларенс Хемингуэй вернулся домой после обхода своих пациентов чуть раньше обычного. Он в спешке разделся, спросил, как чувствует себя младший сын Лестер, который лежал с простудой, и сказал, что ему необходимо отдохнуть в кабинете до обеда. Когда он поднимался по лестнице, Грейс впервые обратила внимание на то, как ее муж тяжело опирается на перила. Могла ли она в тот момент подумать, что видит мужа живым в последний раз О смерти отца Эрнесту сообщили, когда он ехал вместе с сыном Джоном из Нью-Йорка в Ки-Уэст. Отдать последние почести респектабельному врачу пришли все жители городка. В газете «Оук-Ливс» сообщалось, что Кларенс Хемингуэй в течение многих лет облегчал страдания сотням людей. Эрнест Хемингуэй старался не заводить темы смерти отца в разговорах с друзьями, лишь однажды он обронил «Возможно, он струсил… Был болен… были долги… И в очередной раз испугался матери — этой стерве всегда надо было всеми командовать, все делать по-своему!» Эрнест всегда высказывался о самоубийстве отрицательно, словно таким образом пытался обвинить умершего отца в поспешности покинуть земной мир. Лишь через 20 лет Хемингуэй напишет в предисловии романа «Прощай, оружие!» «Мне всегда казалось, что отец поторопился, но, возможно, больше терпеть он не мог. Я очень любил отца и потому не хочу высказывать никаких суждений». Оправившись после кончины отца, Эрнест продолжал жить, как и прежде писал про корриду и испанскую войну, много охотился. Хемингуэй пережил пять аварий и семь катастроф, но судьба была к нему милостива, и он всегда оставался в живых. В отношениях с женщинами Папа (именно так его называли все близкие и друзья) был предельно серьезным. Он настолько сильно влюблялся в предмет своего поклонения, что считал своим долгом жениться. Предстоящий развод его, как правило, не смущал. По этому поводу он мучился только в первый раз, когда женился на Полин Пфайфер. В тот момент он даже подумывал о самоубийстве, но ведь Хедли была очень преданной женой. Она поддерживала его увлечение литературой, причем не приносившее в семейный бюджет никаких средств, могла обходиться без модных платьев и готовить вкусные обеды из банальной картошки. Эрнест, сожительствуя одновременно с обеими, предоставил женщинам право самим решать, кто уйдет первой. Его постоянные поездки на сафари, задиристость и показная смелость обсуждались во всех салонах и кафе Парижа, причем даже поклонники высказывались о том, что все это лишь признаки панического страха Хэма перед смертью. И действительно, Эрнест Хемингуэй в течение всей жизни испытывал свою смелость или, возможно, пытался убить в себе отцовскую трусость. Если случая продемонстрировать свою храбрость не представлялось, то он прилагал все усилия, чтобы его найти. Эрнест всегда приближал к себе только отчаянных женщин. Например, Джейн Мейсон, представительница старинного рода и жена богатого мужа, могла без особого труда взобраться к нему в номер по водосточной трубе. Хемингуэй боялся добропорядочных женщин, и особенно таких, которые когда-то мечтали стать оперными певицами, но выбрали обыкновенных врачей из захолустных городков и всю жизнь упрекали их за нереализованный талант. Любимым увлечением Эрнеста и Джейн были гонки по бездорожью на ее маленьком спортивном автомобиле. Все друзья Эрнеста отмечали, что в характерах любовников много общего. В Полин, так же как и в Эрнесте, постоянно боролись два начала самоутверждение и саморазрушение. В случае с Полин фатального конца борьбы этих стремлений не наблюдалось она скончалась лишь в 1980 году, а вот Хемингуэй довел эту борьбу до логического завершения. Марта Гельхорн, третья жена писателя, с легкостью переносила тяготы военной жизни и могла сутками карабкаться пешком по скалистым склонам испанских гор. Увидев Марту, Эрнест осознал, что именно такую женщину он искал всю свою жизнь. Но просчитался, подарив ей на свадьбу дом на Кубе. Марта провела там всего два месяца, а затем вновь отправилась на поиски приключений, на этот раз в Гонконг. Однако Папа пока не подавал вида, что все эти опасные авантюры начинают ему надоедать, и поехал вслед за ней. Семейная жизнь закончилась после того, как Хэм, перебрав спиртного, оказался в больнице с травмой головы. Раненый писатель представлял собой жалкое зрелище, и Марта не смогла удержаться от смеха, когда пришла его навестить. Она не учла того, что Папа свирепеет, когда отпускают шуточки в его адрес. Спустя некоторое время Хэм сделал предложение своей последней жене, Мэри Уэлш. Она тоже относилась к категории тех женщин, которые презрительно смотрят на любые проявления слабости. Мэри, как и все предыдущие жены, вскоре поняла, что этот с виду смелый мужчина на самом деле ждет от женщины только одного — заботы. Именно поэтому он и искал женщин, способных бороться до последнего. Сам же он, как выяснилось в дальнейшем, бороться не умел. Перепады давления, старые раны и шрамы, полученные в войнах и авариях, отражались на его душевном состоянии. Самое страшное, что он не мог больше писать диктуя тексты, он понимал, что это уже не стройные ряды слов, а беспорядочное бегство после поражения. Годами подавляемый страх превратился в настоящую манию преследования. Как-то раз Мэри увидела, как Папа методично вставляет в ружье патроны. Приехавший доктор поставил диагноз паранойя и посоветовал Хемингуэю лечь в клинику, якобы лечить повышенное кровяное давление. Писатель застрелился 2 июля 1961 года в возрасте 62 лет и не оставил никакой записки. …Эрнест Хемингуэй всегда был для Лестера настоящим кумиром. Ведь Эрни был таким большим и сильным. Он, так же как и брат, полюбил журналистику, охоту и войну. В 1944 году Лестер, который работал военным корреспондентом, случайно встретился с Эрни и его будущей женой Мэри. Она произвела на него впечатление. Хотя все, что делал его брат, приводило Лестера в восторг. О своих литературных трудах он старался не говорить. Его единственным значительным произведением можно назвать мемуары «Мой брат, Эрнест Хемингуэй», появившиеся в 1962 году, через год после самоубийства Эрни. Через 30 лет Лестер Хемингуэй последовал примеру старшего брата, на что в американской прессе появились ироничные заметки по поводу того, что суицид становится устойчивой привычкой в семье Хемингуэй, и, видимо, были недалеки от истины, поскольку через 14 лет покончила с собой Марго Хемингуэй. Обеспокоенная долгим молчанием Марго, одна из ее подруг позвонила. Не дождавшись ответа, она попала в квартиру Марго по приставной лестнице. На кровати лежало тело, настолько разложившееся, что в нем вряд ли уже можно было узнать блестящую в прошлом модель. В юности перед Марго Хемингуэй открывались широкие перспективы, ведь она была внучкой кумира нации. Манера ее поведения была точно такой же, как и у деда. Она проводила все выходные на рыбалке или лазая по горам. После того как Марго бросила школу, она решила перебраться в Нью-Йорк и попробовать себя в качестве модели. Интенсивная диета и изнурительные тренировки сделали из обычной девушки звезду «Вога» и «Тайма». Продюсер Дино де Лаурентис увидел в Марго будущую кинодиву и предложил ей главную роль в фильме «Губная помада». С выходом фильма Лаурентис понял, что поторопился с выводами, поскольку оценки критиков колебались в пределах от «очень плохо» до «отвратительно». Провал фильма стал для Марго началом конца. В личной жизни все складывалось также неудачно последовал разрыв с мужем, который был официально оформлен только в 1978 году. Позже она вышла замуж за французского режиссера Бернарда Фуше, что дало ей возможность еще раз появиться в модных журналах. Проект Фуше сделать документальный фильм о жизни Эрнеста Хемингуэя так и остался на уровне плана, так как Марго теперь увлеклась буддизмом и магией американских индейцев, да и сам брак уже трещал по швам. После развода Марго пристрастилась к спиртному, заливая таким образом горечь прошлых поражений, и к 1988 году выглядела абсолютной развалиной. Осенью 1990 года она попала в больницу с нервным расстройством на почве алкоголизма. Марго прошла курс лечения сильнейшими психотропными препаратами, но спустя несколько месяцев болезнь обострилась, и бывшая модель покончила с собой, приняв смертельную дозу снотворного.

Биография и история жизни


Перепечатка информации возможна только с указанием активной ссылки на источник tonnel.ru



Яндекс цитирования
В online чел. /
создание сайтов в СМИТ