Спроси Алену

ЛИТЕРАТУРНЫЙ КОНКУРС

Сайт "Спроси Алену" - Электронное средство массовой информации. Литературный конкурс. Пришлите свое произведение на конкурс проза, стихи. Поэзия. Дискуссионный клуб. Опубликовать стихи. Конкурс поэтов. В литературном конкурсе могут участвовать авторские произведения: проза, поэзия, эссе. Читай критику.
   
Музыка | Кулинария | Биографии | Знакомства | Дневники | Дайджест Алены | Календарь | Фотоконкурс | Поиск по сайту | Карта


Главная
Спроси Алену
Спроси Юриста
Фотоконкурс
Литературный конкурс
Дневники
Наш форум
Дайджест Алены
Хочу познакомиться
Отзывы и пожелания
Рецепт дня
Сегодня
Биография
МузыкаМузыкальный блог
Кино
Обзор Интернета
Реклама на сайте
Обратная связь






Сегодня:

События этого дня
06 декабря 2021 года
в книге Истории


Случайный анекдот:
Кинул царь по всему интернету мессагу: "Кто рассмешит мою царевну Несмеяну, тому полцарства отдам!"...
И пришлось ему отдать полцарства
только для того, чтобы избавиться от спама.


В литературном конкурсе участвует 15119 рассказов, 4292 авторов


Литературный конкурс

Уважаемые поэты и писатели, дорогие мои участники Литературного конкурса. Время и Интернет диктует свои правила и условия развития. Мы тоже стараемся не отставать от современных условий. Литературный конкурс на сайте «Спроси Алену» будет существовать по-прежнему, никто его не отменяет, но основная борьба за призы, которые с каждым годом становятся «весомее», продолжится «На Завалинке».
Литературный конкурс «на Завалинке» разделен на поэзию и прозу, есть форма голосования, обновляемая в режиме on-line текущих результатов.
Самое важное, что изменяется:
1. Итоги литературного конкурса будут проводиться не раз в год, а ежеквартально.
2. Победителя в обеих номинациях (проза и поэзия) будет определять программа голосования. Накрутка невозможна.
3. Вы сможете красиво оформить произведение, которое прислали на конкурс.
4. Есть возможность обсуждение произведений.
5. Есть счетчики просмотров каждого произведения.
6. Есть возможность после размещения произведение на конкурс «публиковать» данное произведение на любом другом сайте, где Вы являетесь зарегистрированным пользователем, чтобы о Вашем произведение узнали Ваши друзья в Интернете и приняли участие в голосовании.
На сайте «Спроси Алену» прежний литературный конкурс остается в том виде, в котором он существует уже много лет. Произведения, присланные на литературный конкурс и опубликованные на «Спроси Алену», удаляться не будут.
ПРИСЛАТЬ СВОЕ ПРОИЗВЕДЕНИЕ (На Завалинке)
ПРИСЛАТЬ СВОЕ ПРОИЗВЕДЕНИЕ (Спроси Алену)
Литературный конкурс с реальными призами. В Литературном конкурсе могут участвовать авторские произведения: проза, поэзия, эссе. На форуме - обсуждение ваших произведений, представленных на конкурс. От ваших мнений и голосования зависит, какое произведение или автор, участник конкурса, получит приз. Предложи на конкурс свое произведение. Почитай критику. Напиши, что ты думаешь о других произведениях. Ваши таланты не останутся без внимания. Пришлите свое произведение на литературный конкурс.
Дискуссионный клуб
Поэзия | Проза
вернуться
    Прислал: Оберюхтина Мария | Рейтинг: 0.70 | Просмотреть все присланные произведения этого Автора

-Папка, а ты у нас героин?
Двушка затряслась старыми стенами от смеха. Ржали даже девчонки через комнату. Маленькая миленькая девчушка с толстыми косичками только от незакончившегося «розового детства» -, живыми круглыми глазками надула губы:
- Ну…мать-героиня, а папа тогда кто?
Да уж, все логично, так что не пугайтесь названия. Это «детский лепет».

Работа в редакции маленькой Воскресенской газеты застопорилась, июль 2000-го, как оказалось позже, стал самым жарким месяцем. Зашкаливало за 30 градусов; известный прозаик морщил нос на принесенные с утра «штамповки» - работы молодых коллег.
«Холодный ветер пронизывал до костей. Солнце скылось за тучи, как за занавески»…
- Тьфу! – старик сорвал очки. – Нам бы сейчас… - потряс кулаками.
Не совсем понятно было, к чему он это говорит: к тому ли, что придется послать молодых поэтов – или набить морду природе-матери? Никто не понял. Жара давила на мозги. Слава богу, обед.
Как влажность жаркого воздуха предупреждает о буре, так и это сонное, безыдейное кладбище мозгов человеческих должно было до чего-то довести. До какого-то взрыва положения.
Лучше всех живется секретарям и наборщикам. Никакого стресса от пустоты в голове. Это их работа – «ничего личного» не переносить в разговор или на бумагу. Была на моей памяти книга, где сплошь знаки препинания и буквы стояли не на том месте, не те… Машинистка сюжетом увлеклась, наверно. И ничего удивительного, я сама почувствовала, что незнакомая «пишущая машинка» была права в своем увлечении.
Эти-то «ничего личного» первыми ускользнули из кабинета, где назревал скандал – люди творческого труда опухали от безделья. Чашка кофе только злила, будила ненависть к оставшейся половине рабочего дня.
Именно так злость становилась привычной.
Говорят, человек не средство, а цель. Но это ли мы встречаем как в литературе, так и в жизни? Разве герои – не носители, выразители идей писателя, движущего мало-помалу их жизнью, строящего её по законам истории, характера и воли судьбы? Персонажи – именно средства для достижения цели автора, выражения его основных мыслей, они ведут к ней читателей и высказывают, озвучивают её. А в реальной жизни это правило ещё безжалостнее, ещё дословнее исполняется – «человек как средство»...
В приемную ворвался человек. Взрослый мужчина лет 45. Такой худой и бледный, что, не побоюсь детского смешного штампа, «желудок прилип к позвоночнику». Сухощавый кулак припечатал по столу грубые слова:
- Разослали, твою… черешню! До упаду не дойдешь до вас!
Рука оперлась на косяк.
- Что…что хотели… вы хотите? По какому вопросу… к кому? – быстрее всех опомнилась испуганная маленькая стажерка, журналистка «на подхвате». Остальные тоже отмирали потихоньку. Первый гром, как известно, долбанет – и нет сарая. Этот тоже у всех своим присутствием крышу снес.
- По какому…Тринадцать детей… Уже я один весь демографический кризис перекрыл, а им все сотни рублей жаль… Да подавитесь! Ноги моей больше здесь…
Странный худышка чуть было не улетел, подхваченный долгожданным всеми ветром, но старый писатель оттянул жмущий подплечник его куртки:
- Да постойте же! Сядьте! Сядьте, я говорю, а то сдует ветром. Мы слушаем!

Его история была достойна отдельной книги, но стала только газетной статьей. Вот она.
Первые шаги – в Воскресенске. Воспитание и учеба – крайне идеологические. Вся духовность на советском строе, с которым, казалось бы, совсем нерушимым, всё светло и просто впереди. Наивное, доброе детство и настоящие товарищи в духе «ленинских» и «декабристских»…
Тут же – выбор работы по совету любимых родителей, причем стандартный – химический комбинат. Да мало ли у нас таких. Образование – среднее техническое. Жена – московская, согласилась идти с ним по жизни от любви, пьяной, быстрой, настоящей. Она переехала из столицы в тускловатый ещё тогда, ещё романтично непохожий ночью на огромные блестящие, сверкающие города, городишко, преподавала что-то в школе.
Любовь дочери дорого обошлась тестю. Он был богатый партийный чиновник, уважаемый, но больше тянувшийся к семье, чем к кабинету. Оттого, наверное, и не ухватился за обломки режима после его падения, не связался с новым миром нагло и оборотисто.… Помогал он всем: сначала квартирой, теплым рабочим местом для дочери и зятя, а там и самым странным – детьми. Он нашел им двоих чудесных малышей из приличного места (насколько приличным для ребенка может быть детский дом!), ликовал и печалился вместе с ними, одновременно. Своих ведь не было, не получалось как-то. А этот… такой хорошенький, умненький.… И про все прошедшее так легко забыл.… Покатилась снова жизнь на дыхании только любви.
Потом неожиданно и радостно появились свои ребята. Сначала мальчишки, потом девчонки… Поток. Тесть крякал, кряхтел, умилялся, вздыхал и снова давал в долги и сам того боялся. Приходила новая пора, в которую ему нечем было расплатиться. Приступали перемены в том торжественно- важном для него, чему он посвятил всю жизнь – в идеологии, в строе.
А снова и снова «молодые» его дети не беспокоились как-то сперва, не боялись. Под таким-то крылом. Они не умели далеко смотреть в будущее, тем более, что политикой они не занимались и даже не интересовались – некогда было. Да и настоящее было таким замечательным… Они жили по-русски широко, щедро, принимали полный дом гостей. И при бесконечных хлопотах и семейных волнениях сохраняли мир и достаток в доме, ссорясь и мирясь, но всегда, везде ощущая поддержку друг друга во всем.
Перестройка испугала их, но не так, как всех, ненадолго и не ужасно, с одной стороны. Умер отец – вот что главное и самое страшное было. А до того и шутили о бедности, когда он разорился только, не смущались убогостью быта, а только веселились: бедным легче, красть у них нечего, терять нечего, меньше жадности и стресса. А что украдут – за то радость и любовь к вору, всё равно ничего стоящего и исправного нет, и никакой горести, обиды или досады.
Но шесть парней и девочек – шутка ли?.. Лишившись поддержки старшего отца, супруги и детей потащили в пропасть – бездну материальной бедности и безнадежного, черного настроения. Тяжко было не видеть их ни днем, ни ночью; в круглосуточный детский сад сдавать, паша бессменно, а на день рождения подарков не дарить и снова пропадать… Некоторым детям это в радость, взрослым-то, а маленьким худо. За московским тортом в очереди заказной, даже «блатной», простаивать, если вдруг достанется – хорошо, а нет? А дом без кулинарного мастера…
На конкретное дети не обижались. Но общая нищета и неустроенность душат, чем там ни прикрывайся, хоть обещаниями, хоть отчаянной беззаботностью и надеждой на лучшее. А немалую кучу детей – особенно.
Они всё понимали. Сами все делали: убирались, готовили, воспитывали младших старшие. Кажется, не будь их, и дома бы не было. Старшая девочка в маму особенно, детей любила, хорошо училась и в педагогику хотела податься. Средние дочери – красавицы, каких мало, а мальчишки маленькие, как ни смешно – домовито-деловитые, хозяйственные. Будто без них никто не знает, как обойтись в любом практическом деле. И жизнь почти без родителей не ужасно испортила, напротив, придала бойкости и хваткости, хитрости хорошей, жизненности всем. И в то же время – желания объединения. Чтобы у всех были хоть такие родители…
Никакой обиды, никакого порицания на их голову не сваливалось от отца с матерью, пока не привели в дом девчонку. Обшарпанную малышечку-замарашку в тряпье, с горящими глазами облизывавшую горлышки нечастых в доме бутылок. Купила её старшая дочь, когда мусор выносила, у матери-пьяницы, за ничтожные в 95-ом 1000 рублей. А та при ней же, ещё подсобрав всякими способами, купила бутылку…
А потом стала умирать мать. В 40 лет в жизнь детей ворвался её рак…
Так началась новая ступень любви. Женщина горела медленно, все что-то шептала о детях, о маленькой. Даже в таком состоянии, чисто-беспросветном полубреду вспоминала она дочь. Ребята переглядывались испуганно, переговаривались. А отец держал, водил за ручку везде, всегда, на руках начал носить, как в молодости. Дети сидели вокруг, отгоняли бессонницу колыбельными, отслеживали жар у неё, дежуря со льдом – полуфабрикатом из морозильника. Старалась любовь, но не выходила свою вечную воспитанницу и послушницу. Не получилось «белых журавликов».
Она умерла.
Малыши рыдали. Старшие сопели в кулак. Отец в три дня искал займа, не смотрел в мертвые глаза. Хоронить было не на что...
Потом пять лет на пособиях пробивались. Мелкую девочку, последнюю, еле говорить научили, к вещам на помойке не кидалась с радостным визгом - и на том спасибо. Мальчики на грузовые работы поднялись, старшая дочь, забыв про педагогическое образование, подрабатывала в кафе, в бистро – где денег больше давали, маленьких приучили по дому одних управляться. Крутились как-то…

Теперь младшую родную девочку в школу отдавать. На что? На какие шиши? Вот и бегает отец за дополнительными пособиями, какие только возможны, выматывает деловых людей мелкими нудными просьбами. Да знали бы они.… Да ладно уже.

- Папка! Нас снимать пришли?! – выскочив на лестничную площадку, вся пружиня от радости, подтанцовывала младшая девочка. Она увидела там стажерку «на подхвате» с огромной камерой, перекинутой через локоть.
- Да кому мы нужны,- оттолкнула, отрезала старшая дочь. – Разве только налоговой...
И через пять минут, постояв остолбеневши на пороге и сначала запирая для журналистов дверь, пошла показывать квартиру, через спину оглянувшись и улыбнувшись для маленькой.
Нужны… Все люди кому-то нужны…


















Мнение посетителей:

Комментариев нет
Добавить комментарий
Ваше имя:*
E-mail:
Комментарий:*
Защита от спама:
девять + шесть = ?


Перепечатка информации возможна только с указанием активной ссылки на источник tonnel.ru



Top.Mail.Ru Яндекс цитирования
В online чел. /
создание сайтов в СМИТ