Спроси Алену

ЛИТЕРАТУРНЫЙ КОНКУРС

Сайт "Спроси Алену" - Электронное средство массовой информации. Литературный конкурс. Пришлите свое произведение на конкурс проза, стихи. Поэзия. Дискуссионный клуб. Опубликовать стихи. Конкурс поэтов. В литературном конкурсе могут участвовать авторские произведения: проза, поэзия, эссе. Читай критику.
   
Музыка | Кулинария | Биографии | Знакомства | Дневники | Дайджест Алены | Календарь | Фотоконкурс | Поиск по сайту | Карта


Главная
Спроси Алену
Спроси Юриста
Фотоконкурс
Литературный конкурс
Дневники
Наш форум
Дайджест Алены
Хочу познакомиться
Отзывы и пожелания
Рецепт дня
Сегодня
Биография
МузыкаМузыкальный блог
Кино
Обзор Интернета
Реклама на сайте
Обратная связь






Сегодня:

События этого дня
03 декабря 2021 года
в книге Истории


Случайный анекдот:
Для съемок обнаженной натуры требуется фотограф, имеющий опыт работы с большой выдержкой.


В литературном конкурсе участвует 15119 рассказов, 4292 авторов


Литературный конкурс

Уважаемые поэты и писатели, дорогие мои участники Литературного конкурса. Время и Интернет диктует свои правила и условия развития. Мы тоже стараемся не отставать от современных условий. Литературный конкурс на сайте «Спроси Алену» будет существовать по-прежнему, никто его не отменяет, но основная борьба за призы, которые с каждым годом становятся «весомее», продолжится «На Завалинке».
Литературный конкурс «на Завалинке» разделен на поэзию и прозу, есть форма голосования, обновляемая в режиме on-line текущих результатов.
Самое важное, что изменяется:
1. Итоги литературного конкурса будут проводиться не раз в год, а ежеквартально.
2. Победителя в обеих номинациях (проза и поэзия) будет определять программа голосования. Накрутка невозможна.
3. Вы сможете красиво оформить произведение, которое прислали на конкурс.
4. Есть возможность обсуждение произведений.
5. Есть счетчики просмотров каждого произведения.
6. Есть возможность после размещения произведение на конкурс «публиковать» данное произведение на любом другом сайте, где Вы являетесь зарегистрированным пользователем, чтобы о Вашем произведение узнали Ваши друзья в Интернете и приняли участие в голосовании.
На сайте «Спроси Алену» прежний литературный конкурс остается в том виде, в котором он существует уже много лет. Произведения, присланные на литературный конкурс и опубликованные на «Спроси Алену», удаляться не будут.
ПРИСЛАТЬ СВОЕ ПРОИЗВЕДЕНИЕ (На Завалинке)
ПРИСЛАТЬ СВОЕ ПРОИЗВЕДЕНИЕ (Спроси Алену)
Литературный конкурс с реальными призами. В Литературном конкурсе могут участвовать авторские произведения: проза, поэзия, эссе. На форуме - обсуждение ваших произведений, представленных на конкурс. От ваших мнений и голосования зависит, какое произведение или автор, участник конкурса, получит приз. Предложи на конкурс свое произведение. Почитай критику. Напиши, что ты думаешь о других произведениях. Ваши таланты не останутся без внимания. Пришлите свое произведение на литературный конкурс.
Дискуссионный клуб
Поэзия | Проза
вернуться
    Прислал: Владимир Корф | Рейтинг: 0.70 | Просмотреть все присланные произведения этого Автора

БЕЗМОЛВИЕ
КРОВИ.




















ПРОЛОГ.

звездная система Бета Ориона, планета Ниэрит,
2996 год от Рождества Христова.

В ночной тиши слов не разобрать. Элория что-то порывисто шепчет, темные воло-сы разметались по точеным плечам. Яркое пламя длинных восковых свечей рассеивает мрак комнаты. Тени, похожие на сказочных чудовищ пляшут по стенам как живые.
Где ты, где ты, блуждающий дух, отзовись! Губы волшебницы шепчут, шепчут, шепчут, прядут невидимые тенета заклинаний. Внезапно воздух пронизывает могильный ледяной холод, пробирающий до костей. Но что ей, Элории, этот холод! Ее греет любовь, любовь к нему. Но он отверг ее и поэтому умрет. Страшна будет его смерть…
Вот он, вот он дух. Призрак. Темная фигура в плаще с глубоким капюшоном возни-кает изниоткуда посреди комнаты.
- Ты звала меня, Элория, я здесь!
От голоса веет жутью и девушке становится немного страшно, не каждый же день доводится пронзать пространство и открывать Запредельные врата Мира вечных мук и огня. Только надо быть осторожной, очень осторожной.
В комнате вновь могильная тишина. Время словно остановилось.
- Чего ты хочешь, Элория? – темная фигура не шевелится, да и голос духа просто проникает в ее мысли. Да это и не голос вовсе. Телепатия? Поди, разбери. Может, зря она забралась в высшие материи? Страх пробирает до костей. Холодный липкий пот струится по спине. Роскошные шелковые одеяния Элории становятся влажными.
- Обещай мне, что убьешь его, и я тебе дам возможность начать все сначала.
- Ты просишь слишком многого. Альфар сильный маг, но, безусловно, он виновник всех моих несчастий. Он разрушил мои замыслы о возрождении Великой Империи, по-добной той, что правили я и мои собратья до Катастрофы. Он убил всех королей-Трогов , а меня низверг в Мир вечных мук и огня. Мне нужно подумать.
- Нет! – казалось еще немного и Элория сорвется, - Ты обещал: свобода в обмен на смерть альфара!
- Хорошо, - после некоторого молчания вновь прозвучал в ее голове задумчивый го-лос, – Но я не трону его до тех пор, пока наши пути не пересекутся. Это мое последнее слово. Решай.
- Я согласна.
Трог протянул Элории старый растрескавшийся от времени пергаментный свиток, концы которого были скреплены волшебной печатью.
- Твоя задача сделать так, чтобы он оказался у альфара, - сказал он, - Как ты это сде-лаешь – твои проблемы. Эта карта – путь в Мелузию. Я знаю, что он жаждет попасть туда, чтобы найти свою возлюбленную.
Самые худшие опасения Элории подтвердились. Она едва сдерживала гнев, обещая что отомстит Ронару-альфару самым ужасным, самым изощренным способом.
- Как ее имя? – спросила Элория, глянув на Трога таким взглядом, что ему даже ста-ло немного не по себе, ему, который отважился заглядывать в глаза демонам Бездны!
- Деланна, - вымолвил он внезапно охрипшим голосом, - Насколько мне известно, она предводительница пиратов с острова Пелит.
Глаза Элории метали молнии. Она взяла протянутую Трогом карту и привязала ее к шее космического странника – летучей мыши-вампира, что водились на темной стороне некоторых планет созвездия бета Ориона.
- Считай, что карта уже у альфара. Он знает Ирета и примет от него мое послание. Но ты должен взять меня с собой!
- Завершай чары, - кивнула фигура, - Только помни, что твоя встреча с альфаром может быть роковой. Ты на пике судьбы. Твой выбор?
- Я с тобой! – твердо сказала Элория.
Голос ее был полон решимости. Если Ронар Доргтон не достанется ей, то не доста-нется живым никому.
- Я держу свое слово, - напомнил Трог, - До тех пор, пока наши пути с ним не пере-секутся.
Через секунду темный тоннель уже поглотил их обоих.

* * *
На пустынной планете Чар – царстве вулканов, кипящей магмы и пепла, в темной пещере, изредка озаряемой отстветами подземного огня, клубилась тень, черная, словно грозовое облако и даже еще чернее.
Чудовищный демон – повелитель Заэкранных миров, вечно терзаемый голодом, не-терпеливо ждал своего часа. Верховный Трог был освобожден. Время близилось.
________



























ЧАСТЬ 1. Здравствуй, Мелузия!

Дом. Как много значит для меня это слово! При мыслях о доме мое воображение уносит меня на Альвию, где прожито столько прекрасных, тихих и спокойных дней. Я вспоминаю свой маленький уютный домик на дереве, шелест листвы у темных окон, ко-гда ночной ветерок, играя, крадется меж ветвей, тихое журчание ручейка, текущего неподалеку, и пение птиц на рассвете, когда Огненный цветок только-только начинает раскрываться.
Я помню теплые дни, когда, сидя в речных камышах, мог часами удить рыбу и на-блюдать за полетом стрекоз над водой.
Я помню свой стол, усыпанный лепестками цветущих вишен, за которым я сочинял стихи Деланне, свои книги о воинах и волшебниках, которые мог читать всю ночь напро-лет. Помню изящный камин, в котором весело играло яркое пламя темным зимним вече-ром, когда за окном ярилась вьюга, а я сидел в кресле, укутавшись в плед, и прислушивался к завыванию ветра.
Дом. Это слово значит для меня так много, ибо где бы я ни был, и что бы со мной не случилось, я всегда твердо знаю, что есть во Вселенной место, куда бы я мог прийти и отдохнуть от опасностей, так часто выпадающих на мою долю.
Конечно, жажда приключений снова позовет меня за собой в иные миры и измере-ния. Но я знаю точно, что Альвия мой дом, дом, который я построил своими руками.
Такова, наверное, наша сущность: каждый стремится в какой-то мере отгоро-диться от других, создать свое большое или маленькое королевство, будь то воинствен-ный властитель, либо чародей в замке, или же бедный крестьянин в своей лачуге.
Но создавая свое королевство важно помнить о том, что его нужно охранять от посягательств чужих, а уж насколько Альвия лакомый кусочек для всех, кто одержим завоевательными замыслами, это я и так знаю.
И я борюсь за свой дом, за свою планету, ибо в ней воплощены мои чувства, мои по-рывы, мои фантазии и добродетель. На Альвии я чувствую себя в полной безопасности и знаю, что там я с чистым сердцем могу повесить свои клинки над камином, убрать в сундук волшебные вещи и просто прогуляться по лесу, наслаждаясь невесомой тишиной, которую, кажется, боишься спугнуть. А когда придет ночь, пойти к таинственным по-лянам, подсвеченных разноцветными феерическими огнями и веселиться с эльфами всю ночь напролет, а может, просто слушать их стихи и песни. Или же пройти глубоко-глубоко в чертоги гномов, где неутомимые мастера день и ночь не отходят от кузнечных горнов, либо пуститься на волшебном корабле по Звездному морю, с упоением вглядываясь в мерцающие точки над сводом или в удивительно прозрачную водную гладь, где от-ражаются звезды и мелькают серебристые рыбки.
Как я уже упоминал, я люблю сидеть у камина, смотреть на огонь, читать ста-ринные книги, рассматривать таинственные карты неведомых земель и фантазия уно-сит меня далеко-далеко. Чувствовать, что мои самые смелые мечты осуществятся, и я вновь ступлю на дорогу приключений.
Каждый должен защищать свой дом. И я делаю это и для себя и для блага всех доб-рых существ, живущих во Вселенной. Ведь пока я обладаю Ключом от Альвии , Чаша Ми-ровых весов не поколеблется.
Так было. И так будет.

Из дневника Ронара.


ГЛАВА I. Долгожданное возвращение.

звездная система Кассиопея, планета Альвия,
2996 год от Рождества Христова.

Темная ночь и шепот дождя,
Сказочный ветер гуляет вдали,
Я смотрю на тебя и твою красоту
Не затмят даже звезды, касаясь земли,
Или падая в море…
Ронар Доргтон. Стихи о Деланне.

Ночь на Альвии была необыкновенно тихой, а теплый воздух дрожал и струился волнами. Черные облака затягивали небо, и вскоре уже не было видно ни звезд, ни сереб-ряного диска луны.
Волшебник альфар Ронар Доргтон наблюдал с высокого балкона главной башни своего замка с резными мраморными колоннами и золотыми крышами за этой картиной. Затем он взглянул на изящные часы в зале, освещенной длинными восковыми свечами, кивнул сам себе и громко хлопнул в ладоши. Свечи погасли.
Минула полночь. Ронар взял блестящий золотой диск со столика и, открыв пузырек стоящий там же, кисточкой из волос русалки намазал диск содержимым пузырька – кро-вью дракона.
Дождавшись, когда луна не будет заслонена облаками, альфар направил окрашенную сторону диска к ней и сказал:
- Ээлас дарок лоид. Кораг тар.
Магические слова волшебник повторил четыре раза. Из диска вырвался алый луч, прочертил небо и врезался в луну, которая вдруг стала красной, а затем сам по себе в цен-тре нее нарисовался контур летучей мыши. На золотом диске появился подобный отпеча-ток.
Ронар проговорил охранное заклинание и резко убрал диск. Алый луч оборвался, где-то в небе раздался громкий взрыв, потом грянул гром, и засверкали молнии. На мест-ность обрушился стремительный ливень, рванул порыв ветра, принесший запах озона и мокрой листвы. Лик луны принял свой нормальный цвет, а алый луч исчез.
Положив диск на стол, Ронар взял со стола шкатулку из эбенового дерева с выре-занными на ней райскими птицами, и, откинув крышку, вынул старый пожелтевший и растрескавшийся от времени пергаментный свиток, скрепленный печатью с эмблемой летучей мыши. Альфар приложил к ней золотой диск так, чтобы контуры силуэтов совпали. Едва это произошло, как перевязь исчезла сама собой, и волшебник смог развернуть пергамент.
Наконец в его руках то, что он так давно искал. Вот она – карта Мелузии, невероятного и чарующего мира, где осталось его сердце, отданное женщине, мира полного приключений, путешествий и опасностей. Он снова нашел путь туда. Встретить свою возлюбленную, пробираться под сенью зеленых лесов, бороздить на корабле бескрайние моря со старыми друзьями в поисках затерянных сокровищ, смело встречать опасности и пусть ветер странствий ведет его к туманным горизонтам давно забытых тайн древних цивилизаций о которых не сохранилось ни легенд, ни преданий, ни мифов.
А еще он чувствовал опасность. Опасность для Альвии. Где-то в пространственно-временных глубинах затаилось древнее зло. Иногда Ронар чувствовал своей магической сутью чей-то пристальный наблюдательный взгляд. Только кто это был, альфар не знал, но почему-то не сомневался, что рано или поздно найдет того, кто угрожает Альвии. Или этот кто-то найдет его, и Ветры Судьбы столкнут их друг с другом.
По галактикам об Альвии ходили легенды. Во многих мирах и измерениях завоева-тели стремились найти ее. Но задачей Волшебника Времени было сделать так, чтобы тай-ной путешествий в звездно-временном пространстве не должно было обладать ни одно разумное существо, будь то амбициозные правители планет и галактик, или демоны и иные обитатели потусторонних миров, которые были бы до безумия рады, попади им Ключ от Альвии в руки. В былые времена Ронару случалось пресекать такие попытки. Если инопланетных властелинов он ни капли не боялся, ведь для них Альвия была лишь легендой, то демоны звездных миров вполне могли состроить козни. И самое главное – ведь не угадаешь, где они тебя найдут: в прошлом, настоящем или будущем. Конечно, поймать Блуждающую планету было непросто: маскировочный прибор делал ее невидимой, она постоянно перемещалась по галактикам и во временном пространстве, но эти два последних обстоятельства и делали ее желанным объектом для захвата, ведь тогда властителям открывался путь неограниченных завоеваний.
Альвия была уникальной планетой. С помощью знаний, волшебства и технологий далекого будущего (а ведь сейчас они были в 2996 году) альфар сумел воплотить свою мечту в реальность.
Из космоса Альвия была похожа на луну – такая же скалистая безвоздушная пусты-ня с огромными кратерами, жерла которых уходили в недра планеты.
Контроль над планетой осуществлялся живым компьютерным разумом, у которого вместо процессора была Матрица Вселенной. Он необыкновенно мудр и почти всегда самостоятельно управлял Альвией, лишь иногда пользуясь для анализа чувствами Ронара.
Гравитатор создавал на планете нормальную силу тяжести, вулкан, расположенный в горах, грел недра планеты, чтобы в межзвездном пространстве она не остыла до абсолют-ного нуля.
Климатизатор был запрограммирован на смену времен года и погодные условия, Шахта Ветров служила для переработки и очистки воздуха.
Цветок-Солнце, распускавшийся каждое утро, давал жизнь и тепло всему живому.
На Альвии строго определено число обитателей. В хранилищах памяти компьютера заложена извечная формула Альвии, сохраняющая каждый атом точно на своем месте, не-смотря на все изменения, которые приносит время.
И, кроме того, остается проклятие. Каждое полнолуние Ронар носит полный доспех, а на голову надевает шлем с глубоким забралом. В полночь чары начинают действовать, и магии лунного камня не хватает, чтобы удерживать его нормальный облик. Он превраща-ется в зомби, и серый полупрозрачный светящийся туман окутывает его, словно призрака. Впрочем, он и есть призрак. Призрак на одну ночь. Быть может, удастся снять чары на этот раз? Хотя за сотни лет, он так и не нашел ответа на этот вопрос ни в Мелузии, ни в галактиках. Да и привык настолько, что уже почти не обращал внимания.
Он думал о Деланне. Прекрасная, нежная и юная ильвиния , которая навсегда завла-дела его сердцем.
Несоизмерима глубина ее глаз. Любовь и верность, преданность и отвага порази-тельным образом сочетались в них. Как они прекрасны и как похожи своим необыкновенным мерцанием на сапфировую гладь моря!
А ее коралловые изумительные губы, целуя которые он не мог оторваться и, каза-лось, что не целовал вовсе, а словно пил какой-то волшебный нектар, который наполнял-любовью и заставлял трепетно биться сердце.
Белоснежная улыбка ее трогала сердце. На душе становилось легко и весело, когда она улыбалась. Черты лица ее поражали красотой и правильностью пропорций. Красота эта притягивала, словно магнит, и на нее хотелось смотреть снова и снова, не отрываясь, ласково гладить золотистые волосы и изящные руки, обнимать за нежные плечи или тон-кую талию.
- Милая Деланна, - шептал Ронар, - Я обязательно найду тебя!
И он начал читать те стихи, что посвятил ей, окрыленный любовью, как заклинание и чувствовал, что волшебные чары телепортации пульсируют, крепнут, и стираются грани между реальностью, временем и пространством.
Он шептал строки, думал о Деланне, и каждое слово приближало его к цели:

В темном небе горят серебристые звезды,
В облаках проплывает золотая луна,
Я смотрю на тебя, все конечно не просто:
Я все так же один, ты все так же одна.
Ты красива, Деланна, ты само обаянье,
Но ты так далеко, далеко от меня.
Тихо падают капли мне на ладони
И прошу я тебя: «Ты взгляни на меня».
Что ты видишь? Тоску, грусть ли, тревогу,
Или видишь любовь в глубине моих глаз?
Жарко плавился полдень, река серебрилась,
Искрилась, сверкала, словно алмаз.
А теперь уже ночь, только воздух трепещет,
И над лесом дремучим тихо тучи плывут.
Льется горный ручей со скалы, и зловеще
Где-то ухают совы, и волки, крадучись, идут.
Не забыть мне тебя, твои нежные губы,
Звездный свет твоих глаз, шелест мягких волос.
И гуляет по лесу дикий северный ветер,
Он опавшие листья подхватил и понес.
Я вздохнул. Догорела свеча и погасла.
В голове образ твой, мысли лишь о тебе.
Я люблю лишь тебя! Всходит солнышко ясное,
Просыпается лес, улыбаясь весне.

Карта начала расти. Из нее послышался плеск волн и крик чаек. Альфар положил ла-дони на пергамент и та волшебная сила, что когда-то вернула его обратно на Альвию, по-глотила его. Он вновь очутился в каюте своего карака, что держал курс к острову морских разбойников в Керенирском море.
- Земля на горизонте! – прокричал вахтенный.
- Остров Ломмор, - прошептал Ронар.
___________________
















ГЛАВА II. «Драконы южного моря».

Планета Земля, континент Мелузия,
до рождения Иисуса Христа 25 тысяч лет.


Черные волны жутко ревут,
Корабли ко дну моря неспешно идут,
Сотрясается мрачно небесная твердь,
Это рев всех богов, но не будем жалеть,
Если волны морские поглотят вдруг нас,
В столь роковой для разбойников час.

Песня Ломморских пиратов.

Город Лами, раскинувшийся по берегам глубоко вдающегося в сушу залива, сверкал огнями. В этом городе с таким, казалось бы, безобидным названием располага-лось настоящее логово пиратов, ломморских морских разбойников. Лами был центром их Братства. У деревянных пирсов, гранитных причалов или просто на якорях стояли много-численные, хорошо вооруженные, доверху набитые сокровищами корабли.
В Лами, вот уже три тысячи лет бывшей столицей пиратов Керенирского моря, цари-ли жестокие неписаные законы. Все члены Братства были равны между собой и получали при набегах равную долю добычи, за исключением отличившихся в сражении, раненых и капитанов кораблей.
Несмотря на промысел, которым они занимались, пираты не были лишены таких по-нятий как достоинство и честь, знали, что на Ломморе им не простят ни малейшего про-ступка, что за хитрость и обман при дележе награбленного, трусость и неповиновение их тут же вздернут на рее, пустят на корм акулам или высадят на остров, кишащий хищника-ми или людоедами.
Ломморские пираты были страшным проклятием для всех стран. Быстроходные ка-раки и каравеллы на мачтах которых развевался черный флаг с белым драконом можно было встретить от берегов Велларана до Кафаларских островов на западе и от восточного побережья Гуафара до Мальтеки на востоке. Керенирское же море было прямо-таки на-воднено кораблями из Ломмора.
В столице Черного Братства можно было встретить представителей разных стран и народов, однако основными обитателями были торийцы, корфиты, гуафарцы, шантийцы и когонцы.
Весь остров был окружен неприступными обрывистыми скалами, а сторона города, обращенная к заливу, напоминала стену крепости, способной выдержать не один враже-ский штурм. У входа в залив с обоих концов были построены сторожевые башни-маяки, между которыми с помощью специальных механизмов натягивалась огромная стальная цепь, чтобы ни одно судно в случае надобности не вышло и не вошло в порт.
Нападение на остров не имело никакого смысла, поскольку пираты могли сидеть в осаде годами: воды было в изобилии, а плодородные земли давали богатый урожай.
Сегодня в городе был грандиозный праздник в честь возвращения бывшего вождя пиратов, корсара, молва о котором облетела все страны Мелузии, разбойника, ставшего живой легендой – альфара Ронара Доргтона или Тигра Морей, как его называли пираты. За прошедшие пятнадцать лет о нем не забыли. Его помнили. Помнили, как он бороздил Верульское море на дракаре «Нордрель» с командой бесстрашных эларов-северян, затем о нем стало известно как о карафале гуафарской армии и флота, после он вступил в Братст-во и в скором времени стал вождем. Однако им альфар пробыл лишь полтора года. Потом Ронар исчез, не оставив никаких следов, и все решили что он погиб, но вот Тигр через пятнадцать лет объявляется вновь и, похоже, метит на место вождя. С теперешним пред-водителем дела Братства идут все хуже и хуже. Нет в Оллориге таланта руководителя, не способен он организовать крупные походы, горазд только на небольшие вылазки. Плани-рованием путешествий он не занимается, капитаны действуют практически сами по себе, оттого и добыча стала не так богата, да и люди гибнут как никогда прежде. Такого не бы-ло за всю историю Братства, и поэтому пираты восприняли появление Ронара за долго-жданную милость богов. Кроме него никто не отважится бросить вызов пиратскому гла-варю. Вождь Оллориг, гуафарец по происхождению, силен как бык и обликом на него походит. Характер вспыльчивый и грозный, чуть что, так сабля в ходу или кулак. Не человек, а зверь.
В ту ночь таверны были забиты до отказа. Здесь, на Ломморе, знали толк в еде и вы-пивке. Пираты орали песни и вспоминали подвиги Тигра в те времена, когда он бы их вождем. А в популярной среди морских бродяг таверне, носившей название «Окровавленные клинки и морские сапоги», на почетном месте восседал сам Ронар Доргтон.
На вид ему было лет двадцать пять . Высокий и стройный, с резкими, напоминавши-ми эльфийские, чертами лица и удивительной глубины выразительными зелеными глаза-ми, он будто бы сошел со страниц волшебной книжки, словно рыцарь, полный благород-ства и отваги.
Характером, по своей сути, альфар обладал замкнутым, предпочитая делиться сокро-венным только с самыми близкими ему людьми, которых, впрочем, у него было немного. С остальными же предпочитал держаться на расстоянии, хотя всегда был открыт душой и сердцем, но до конца все же, никому не доверяя, особенно если это касалось людской ра-сы. Самой его большой страстью была любовь к Деланне, безумная, как он сам называл ее, безудержная, как речной поток, и нежная и ласковая, как лето. А еще любовь к при-ключениям.
Одет альфар был, как и подобало воину благородного происхождения. Сам капитан Сантар Дазал, первый щеголь Ломмора не устыдился бы такого одеяния.
Великолепная кольчуга, выкованная глейтами, сидела на мускулистом теле Ронара, как влитая. Поверх нее был надет широкий камзол из дорогого синего бархата с вышиты-ми серебром на спине и груди тиграми. Наколенники были из чешуйчатой стали. На пра-вом боку висел длинный корфийский кинжал, на левом, на расшитой золотом перевязи, тяжелый двуручный меч северной работы. Поперек колен лежал ясеневый посох, покры-тый искусной резьбой с кошачьей головой в надвершии, глаза которой сияли неестественным магическим светом в полумраке таверны. Видно было, что посох использовался совсем не для поддержки в ходьбе, а для колдовства. И действительно, альфар был волшебником.
Все оружие, доспехи и одежда альфара были военными трофеями и в той или иной мере наделены волшебной силой. Великолепный северный меч, с лезвием из серебристо-голубой стали, с выбитыми вдоль клинка рунами, и витой рукоятью из рога белого оленя с головой дракона в надвершии он взял в сражении с главарем пиратской шайки Велларана Ультгара Одноглазого, державшего в страхе все побережье Верульского моря. Необычайно прочная кольчужная рубашка из плотно пригнанных друг к другу серебристых колечек, благодаря специальному заклинанию практически невесомая, была подарком Тагона – короля глейтов Такламских гор. Стальные щитки на запястьях таили в себе еще по три смертоносных метательных ножа, вылетающих в разных направлениях, а потом исчезавших и возвращавшихся на свое место. А те щитки, что прикрывали голени Ронара, делали его необычайно подвижным, недаром хитрый маг Занар Фалгор не хотел расставаться с ними.
Наплечники, увенчанные острыми шипами, что Ронар когда-то сам выковал в кузнице и наложил соответствующие чары, наливали его руки такой неукротимой силой, что он запросто мог разрубить пополам дикого буйвола.
Чешуйчатый пояс альфара, украшенный золотой пряжкой в виде головы змеи, тоже был заколдованным. Стоило альфару расстегнуть его и бросить в сторону противника, как тот оживал, и стальная змея, которую он держал за хвост, пронзала сердце противника, либо впивалась в него своими ядовитыми зубами.
Мягкие черные сапоги из хорошо выделанной кожи, позволяли Ронару использовать заклятье левитации, а еще ступать совершенно бесшумно, точно тень.
Темно-зеленый плащ, подаренный Деланной, украшенный изображением листвы, придавал таинственность его фигуре, а стоило альфару накинуть на голову капюшон, и вовсе делал невидимым.
Рогатый шлем, с наложенным на него заклятьем прочности, когда-то принадлежал самому Скалферу, а когда много лет назад альфар отправился сражаться с королями-Трогами, был подарен ему мрачным северным богом латанийцев. Ох, и стукнул же им Ронар тогда Верховного Трога, так стукнул, что тот полетел прямиком в Мир Вечных мук и огня, ведь меч альфара прославленный Лонкарон застрял в магической паутине, брошенной Трогом.
Волшебных посохов у Ронара было несколько, но он предпочел взять в путешествие тот, что получил при выпуске из Маги-Олн, Академии Сумеречного Волшебства, решив, что это будет оптимальный вариант из всех, так как таскать с собой все сразу не очень-то удобно.
Время шло. Ронар неспеша рассказывал о своей бурной, полной приключений жиз-ни, а пираты его внимательно слушали, те же, кто никогда не видел альфара, старались получше рассмотреть его, ведь так или иначе, а перед ними сидела живая легенда.
Внезапно Ронара прервал чей-то злобный голос, в дверном проеме появился сам Ол-лориг – вождь Братства. Он хищно ухмылялся, одной рукой покручивая длинный ус, дру-гой держал за запястье красивую пленницу, чьи прекрасные черты, темные волосы и гла-за, подобные цвету морской волны, вызывали неподдельное восхищение.
Гуафарец толкнул ее вперед.
- Это Ольна, - прорычал он, - принцесса Тории. За нее мы получим огромный выкуп!
- А золото, вождь, - поинтересовался кто-то из разбойников, - Вы захватили золото?
- Нет, - сердито проворчал Оллориг, - на проклятой галере не было ничего ценного, кроме принцессы.
- Глупец, - произнес старый моряк с ловчим соколом на плече, - разве ты не слышал, что король Тории продал свою дочь когонскому работорговцу за то, что она отказалась выйти замуж за короля Корфа. На невольничьих рынках за нее дадут десяток золотых, - это твои огромные деньги?
Глаза вождя метали молнии.
- Старый дурак, чего это ты так расхрабрился? Неужели думаешь, что я боюсь этого проходимца, который приплыл на гнилой посудине кормить вас байками о сказочных королевствах и несметных сокровищах?.. Да стой ты спокойно, в конце концов!
Последние слова относились к принцессе, пытавшейся освободить руку из цепкой хватки Оллорига.
- Отпусти девушку, - спокойно, сказал Оллоригу Ронар, но в глазах его уже читался вызов пиратскому вожаку.
- Я не разговаривал с тобой, альфар, - буркнул вождь, - она моя пленница и будет де-лать все, что я прикажу, а иначе живо познакомится с плетью!
Ронар усмехнулся с издевкой:
- Только дураку нужен страх, чтобы так обращаться с женщинами. Поищи-ка себе лучше скулящего койота, которого сможешь бить, а Ольну оставь в покое!
Смерив альфара полным ненависти и презрения взглядом, вождь произнес:
- Тебя никто сюда не звал, северянин. Хочешь занять место вождя? Попробуй, умо-ешься кровью! Не был бы я в плавании, твой карак не подпустили бы к острову и за де-вять полетов стрелы. Ты вовремя подгадал мое отсутствие и наверняка успел настроить против меня моих головорезов. Только я все равно здесь предводитель и все будут испол-нять мои приказы. Всем из таверны, живо!
Никто не пошевелился. Воцарилась могильная тишина, но ее тут же нарушил голос Оллорига:
- Что вы здесь сбились в кучу, словно стадо безмозглых баранов? Я здесь вождь и кто не согласен с этим пусть бросит мне вызов! – с этими словами Оллориг вытащил меч. Медленно-медленно, словно наслаждаясь скрипом смертоносной стали о ножны и пред-вкушая кровавую расправу.
- Я бросаю тебе вызов, - спокойно произнес Ронар, встав с кресла, - Твое отношение к обязанностям предводителя «Драконов южного моря» все сгубило. Я знаю, что как ка-питану разбойничьего корабля тебе нет равных, но управлять Братством ты не способен, Оллориг.
Впрочем, если желаешь, можешь забирать свой галеон и отправляться на все четыре стороны. Тем, кто захочет пойти с тобой никто не станет препятствовать.
- Да за кого ты меня принимаешь? – зарычал Оллориг, - Чтобы я как трусливая соба-ка удирал от тебя на гнилой лохани, да еще благодарил за проявленное великодушие? Только поединок решит, кому быть вождем!
- Да будет так, - произнес Ронар.
Он встал с кресла и направился к выходу. Несмотря на кажущееся спокойствие, чув-ства его были напряжены до предела. Он отлично знал характер Оллорига и не удивился, если бы тот напал на него внезапно, в толпе, пока они выходят. Пираты следовали за ни-ми. Прохладный ночной ветерок шумел в кронах пальм, блики мерцающих фонарей пе-реливались в волнах лениво набегавшего прибоя.
- Сейчас мой клинок споет тебе погребальную песнь! – прорычал Оллориг.
Он нервно расхаживал взад-вперед, хищно улыбаясь, и странный блеск появился у него в глазах. Блеск безжалостного убийцы.
Ронар кивнул едва заметно. Мрачная улыбка тронула уголки его губ. Ему не терпе-лось начать смертоносную пляску сверкающих клинков. В душе он признался себе, что уже порядком соскучился по звону стали. Что ж, Оллориг, безусловно, был опасным, очень опасным противником, но, как-раз-таки это последнее обстоятельство только силь-нее горячило кровь альфара-воина.
Оллорига взбесила невозмутимость Ронара. Огонек безумия зажегся в его глазах, с диким криком он прыгнул вперед, нанося удар сверху вниз, стремясь разрубить голову альфару. Сталь встретила сталь, и глаз не мог уследить за вихрем изголодавшихся клин-ков. Удар – защита! Удар – защита! Звенел металл, ятаган и двуручный меч сыпали ярки-ми искрами. Оба бойца показывали, что значит превосходно владеть мечом. Но развязка была все ближе. Чудовищный удар северного меча сломал лезвие кривого ятагана у самой гарды. Одновременно Ронар толкнул противника. Гуафарец отлетел назад и упал. Пираты ахнули при виде лежащего Оллорига. Зарычав, он вскочил и вновь бросился на Ронара с длинным кинжалом. Точно леопард отскочил альфар, пропуская Оллорига вперед и, ши-роко размахнувшись, ударил мечом. Острый клинок разрубил звенья кольчуги на боку, глубоко рассек плоть, и вождь Братства, на мгновение застыв, с грохотом упал на мосто-вую.
Ронар обвел взглядом пиратов. Грудь его вздымалась, точно кузнечные мехи, а в глазах еще читался азарт поединка.
- Я - вождь Драконов! - громко крикнул он, взмахивая клинком и разбрызгивая капли еще теплой крови, - Кто не согласен с этим пусть бросит мне вызов!
Дикий крик за спиной альфара сотряс воздух. Оллориг, несмотря на страшную рану, словно ведомый какой-то сверхъестественной силой поднялся, и бросился на Ронара, за-неся кинжал для удара высоко над головой.
Но ответ не заставил себя ждать. Ронар резко обернулся, взмахивая рукой, а через секунду в груди Оллорига уже торчали три метательных ножа. Ни один острый глаз не уследил, откуда вылетели эти клинки. Так и не достигнув альфара, разбойник вновь пова-лился наземь и замер. На этот раз навсегда.
Все просто застыли от удивления. Повисла тревожная тишина, затем пронесся при-глушенный шепот, а через минуту толпа уже ревела:
- Слава Тигру Морей!!! Слава!!! Да здравствует Ронар, величайший из вождей Братства!
Альфар вложил меч в ножны и бросил беглый взгляд на тело Оллорига. Клинки в теле пирата окутались бирюзовым сиянием и… исчезли. Ронар почувствовал, что они возвратились в волшебные ножны, на щитке правой руки.
Он мрачно ухмыльнулся, и обернулся к Ольне, стоявшей неподалеку. Кровожад-ность мигом исчезла с его лица. Альфар приветливо улыбнулся и сказал:
- Принцесса, вы свободны.
С этими словами он достал из-за пазухи кошелек, туго набитый золотыми монетами и бросил его пиратам со словами:
- Я выкупаю ее… Надеюсь, никто не против?
Возражений не последовало.
Ольна приблизилась к Ронару и заглянула ему в глаза.
- Спасибо Вам. Честно говоря, я не ожидала встретить на Ломморе столь отважного и благородного рыцаря, как вы.
Альфар улыбнулся.
- Пойдемте со мной. Поживете пока в моем доме, а там видно будет, что дальше де-лать.
Принцесса улыбнулась в ответ.
- Вы так великодушны, сударь, как я могу отблагодарить Вас? Увы, теперь я даже не принцесса, а будь иначе, Вам бы непременно воздали королевские почести. Но, может быть…
Она прижалась к нему, легонько коснулась губами его губ. Ронар только вздохнул и покачал головой.
- Вы любите другую,- догадалась Ольна.
- Её зовут Деланна, - мечтательно ответил альфар и снова погрузился в воспомина-ния.
Деланна, далекая, словно звезда, но яркая и мерцающая. А легкий ветерок, шурша-щий кронами пальм, словно шептал строки:

Струится ласковая синь и в небесах звезда
Цветут подснежники весной, журчит в ручье вода,
И льется звездный свет с небес, и видно в темноте
Как я шагаю по тропе навстречу той звезде…


* * *

Оставшись в своей комнате одна, Ольна расплакалась.
- Ну, погоди! – сквозь слезы проговорила она, - Ты посмел отвергнуть меня и за это дорого заплатишь! Всю жизнь проведешь в тюремных застенках и никогда не увидишь солнечного света. Вместе со своей Деланной…
Принцесса задула свечи, а через несколько секунд из окна ее комнаты вылетел со-кол-сапсан и взял направление на северо-запад.

* * *

Казалось бы, все идет, как задумано, да только не спится Ронару. Задумчиво он ме-ряет шагами комнату, а в мысли вновь настойчиво вкрадывается Элория. Чем-то напом-нила ему торийская принцесса волшебницу. Да, Элория нравилась ему, но не более. Ронар словно наяву видел ее: прекрасную, гордую, полную амбиций женщину. Сила, власть, могущество, – вот ее основные принципы. Много лет назад ей едва-едва не удалось проникнуть на Альвию. Тогда она стала бы королевой Элорией Грозной и одни только боги ведают, что она натворила бы, доведись ей стать Волшебницей Времени .
В отместку она выследила Ронара в Мелузии, подослала чудовище. Сотни лет прошли с той поры, но неразделенная любовь и жажда мести по-прежнему в ней не угас-ли. Ронар устало ложится на кровать, касается шрамов на запястье и воспоминания нака-тываются сами собой. Видения настолько реальны, что он не поймет, сон это или явь, да и не стремится к этому, а просто смотрит, заново переживая весь ужас кровавых событий разыгравшихся давным-давно на берегу Верульского моря.
Огромный зверь замер во тьме, втягивая носом воздух. Он остановился всего на мгновение, но вывернутые задом наперед ступни чудовища тут же начали вязнуть в бо-лотной жиже. Полная луна осветила гигантскую фигуру, заросшую черной блестящей шерстью, мощные руки, вооруженные длинными кривыми когтями, опускались чуть ли не до самой земли. Из хищного рта вырывалось утробное рычание, глаза мутные в кровавых прожилках грозно сверкали. Зверь не охотился. Он был послан сюда сквозь пелену времени и пространства с единственной целью: убить. И жертва была там, на дракаре эларов, бросившем якорь в маленькой бухте замерзающего моря.
Существо, тяжело шагая, подошло к берегу, и сходни заскрипели под непомерным весом, когда зверь взбирался на палубу. Проснувшийся, было, часовой закричал и попы-тался ударить чудовище копьем, но оно отшвырнуло древко в сторону, словно тростинку, а блеснувшие в свете луны клыки, сомкнулись на горле несчастного. А потом начался кровавый кошмар. Зверь хватал ошеломленных воинов и разрывал их на части. Ни один клинок не мог оставить на нем и царапины. Даже капитан дракара с заговоренным мечом оказался бессилен что-либо сделать и разделил кровавую участь своей команды. А чудо-вище, сделав свое черное дело, растворилось во мраке ночи, оставив после себя лишь без-дыханные тела, да клочья ядовитого тумана.
С той поры минули века. Места здесь были пустынные, дикие, сюда не забредали ни элары, ни люди, глейты и орки тоже сюда не совались. Корабль сгнил, став похожим на обглоданного дракона. Печально торчали, словно ребра, гнилые шпангоуты, палуба провисла, но драконья голова на носу, почерневшая от солнца и непогоды все еще скалилась на призрачный лес, отгоняя злых духов и таящуюся во тьме нечисть.
И вот однажды, когда звезды заняли определенное положение, а луна была полной, совершилось волшебство. Медальон, висевший на шее мертвого капитана, озарился голубоватым сиянием, лунная руна, выбитая на нем, засветилась золотом. Капитан ожил, с ужасом и удивлением оглядываясь вокруг и с трудом осмысливая произошедшее. Он был зомби – ожившим мертвецом, а вокруг его товарищи, и все мертвы, мертвы уже много веков! А он ожил и теперь обречен на скитания и жажду теплой крови, пока посох какого-нибудь некроманта окончательно не упокоит его.
«О боги, за что вы мне послали такое испытание?» - подумал капитан, с ужасом оглядывая себя – дочиста выбеленного временем скелета с красными мерцающими глазами.
Но решение уже принято, и верный меч, покрытый темной патиной, а местами ржавчиной, но по-прежнему острый, крепко зажат в костяной руке. Он найдет того, кто забрал их жизни во мраке ночи. А дальше? Дальше видно, что будет.
Капитан вспомнил легенду о волшебном источнике в Либианских горах, вода ко-торого возвращала жизнь умершим. Конечно, это маленький шанс, но его нужно исполь-зовать.
Ронар, а это был именно он, дико ухмыльнулся. Он сделает то, что задумал, а даже если и погибнет, все равно терять уже нечего.
В итоге получилось, что он ничего не потерял, а наоборот, приобрел. Источник найти ему помогла Деланна, и именно тогда, при первой их встрече он влюбился в нее без памяти. Сколько воды с тех пор утекло, но разве забудешь ту любовь и нежность, что она подарила ему! И пусть источник и не до конца снял чары (ведь каждое полнолуние Ронар по-прежнему становился зомби), зато он нашел свою настоящую любовь.
Альфар улыбнулся во сне: кошмар сменился приятным сновидением, и он словно наяву ощутил на своих губах легкое прикосновение губ возлюбленной. Но вдруг могиль-ный холод и темнота окутали его душу, и громовым раскатом зазвучал грозный голос Элории:
- Берегись, Ронар, я пришла за тобой!!!
Альфар вздрогнул и… проснулся.

* * *

Ранним утром капитаны пиратских кораблей собрались в усадьбе вождя Братства. Ронар завладел ею полноправно, ведь он победил Оллорига в честном бою, а не с помо-щью магии. Такая победа вряд ли зачлась бы пиратами.
Альфар стоял за огромным дубовым столом в окружении главарей, которые скло-нились над пергаментной картой.
- Сколько у нас сейчас кораблей? – осведомился Ронар, пытаясь собрать разбегав-шиеся после ночного кошмара мысли, и сосредоточиться на обсуждении дальнейших пла-нов Братства.
- Двести сорок четыре. Из них восемьдесят шесть караков и двадцать три каравеллы, - доложил Зинглар из Тории, стройный черноволосый корсар, в блестящей кольчуге, быв-ший одним из самых удачливых искателей приключений Ломмора.
- Давно ли были на текущем ремонте?
- В течении последних двух месяцев мы прокренговали все корабли, так что суда в полной исправности.
- А как насчет добычи? Успешны ли походы?
- Какое там, - проворчал Язлат из Когона, - купцы вооружены до зубов, военные суда бороздят море, и к ним не подступишься, а и вовсе Дарийское море находится под лапой ведьмы Деланны.
Суровое, изрезанное сетью старых шрамов, лицо пожилого моряка стало мрачным.
- Деланна? – изумленно воскликнул альфар.
- Ну да, - произнес Язлат, - Деланна. Вот уже десять лет она держит западные воды в своем подчинении. Я не понимаю, как эта девчонка может управлять целым братством.
- Братством? – переспросил Ронар.
- Да, братством, именуемым «Алый ветер». Центр – остров Пелит. Под началом Де-ланны всего сто пятьдесят кораблей, в основном триремы и биремы поэтому открытого сражения она избегает. Флот против флота я имею ввиду. Да и мы тоже не сильно рвемся к таким столкновениям.
- Понятно.
Воспоминания нахлынули как снежная лавина. Деланна! Его первая и последняя любовь. Как давно они расстались, но он продолжал любить только ее. Язлат что-то гово-рил, но Ронар не слушал, он весь ушел в воспоминания.
- Вождь! Ронар, ты слышишь?
Альфар словно очнулся.
- Да-да, я слушаю, и вот что я придумал: велите-ка приготовить мой карак к не-большому путешествию.
- Куда держим курс? – поитересовался Зинглар.
- На Пелит.
- Куда? – поперхнулся моряк.
- На Пелит, я сказал! – произнес альфар голосом, не допускащим возражений.
Зинглар кивнул и скрылся за дверью.
Вскоре карак «Эатон» был готов к отплытию. Едва Ронар взошел на палубу, судно отдало швартовы и отчалило от каменной пристани. Матросы подняли паруса, и они загудели, наполняясь свежим ветром. Карак стремительно набирал скорость. Волны плескались за бортом, скрипели снасти, шумел ветер, пронзительно кричали чайки. «Эатон» миновал маяки и взял курс на северо-запад.
Ронар стоял на шканцах и смотрел на дельфинов, резвящихся в бирюзовых волнах. Зинглар подошел неслышно, словно тень.
- Зачем идти на Пелит, капитан? – спросил он, - Мы хозяева Керенирского и Фангорского морей, а это уже кое-что.
Альфар смерил боцмана недобрым взглядом.
- Вот именно, кое-что. Мне же нужно гораздо больше. Лет двенадцать назад я был корсаром у ритолла Тории Нолдора V, на службе у него была и Деланна. Мы путешест-вовали вместе, но после происшествия с чашами Хетарона поневоле расстались. Я упал в пропасть, а она посчитала, что я погиб. Но я выжил, и судьба занесла меня в страны Юж-ной Мелузии. Там я был даже некоторое время карафалом армии Мальтеки.
- А что случилось потом?
- Я больше не нужен был королю, и мне пришлось бежать в Вензалию. Захватил этот карак и отправился на Ломмор.
О том, что Ронар из далекого будущего из другой планеты и галактики он, есте-ственно, не говорил. Да и кто бы поверил?
- Жаль, капитан, что так получилось.
Ронар махнул рукой.
- Я и сам понял, что в Мальтеке мне не место. Моя цель стать королем Эглофии!
- Во имя бычьей головы Хатпа если вы не шутите капитан, то сейчас самое вре-мя!
- Вот как?
- Вы что, разве не знаете? В стране смута. Север страны до реки Ивалы захвачен Манкаллией и Тогароном. Тролли и гоблины уничтожают и жгут все подряд. Каронцы захватили и разграбили ряд городов на границе. Тримулия заявила о выходе из состава Эглофии.
- А король, спит что ли?
Зинглар презрительно хмыкнул.
- Король! Это низкий и жестокий человек, равнодушный к чужому горю. Его алч-ность не знает границ, а для достижения своих целей он не гнушается любыми средства-ми, взять хотя бы то, что он отравил своего отца, чтобы взойти на престол. Он заботится только о себе и своих интересах, а до государства ему нет никакого дела. Ригендо терро-ризирует собственную страну. Люди говорят, что он сошел с ума. В столице каждый день казни, убивают по малейшему подозрению в измене нынешней власти.
- Ригендо, – задумчиво произнес Ронар, - так он что еще на троне?
- Вот именно, Тигр, уже одиннадцать лет. Десятки раз он уже избегал яда отрави-телей и безжалостных кинжалов наемных убийц! После каждого раза страна просто уто-пала в реках крови, и ведь большей частью страдали непричастные к заговорам, ни в чем не повинные люди!
- Зря, выходит, я не разделался с ним тогда, в Каронии. Пощадил, будь он неладен.
- В Каронии? – удивился Зинглар.
- Да. Я был вождем Шихуаров – одного из каронских племен и пленил Ригендо, когда тот находился в Ирриде, будучи еще принцем. Обменял на пятерых пленных вождей и сундук с драгоценностями. Когда Ригендо вздумал идти на меня войной, я разбил его в пух и прах и сжег Иррид. Знаешь, Зинглар, по иронии судьбы сначала я воевал за этот город, эглофийским наемником, а потом, через десять лет, сжег его.
- Скажи, Ронар, ты ведь снова стал вождем Братства, чтобы с его помощью взой-ти на эглофийский престол?
Этот вопрос застал альфара несколько врасплох.
- Я не исключаю такую возможность, - сказал он, - а Братство от этого только выиг-рает. Вспомни былые времена, когда я водил вас в походы и наши корабли едва не тонули от количества золота и драгоценностей, которые мы везли на Ломмор.
Зинглар улыбнулся: да, действительно, были времена.
- А почему, Тигр, ты не стал бороться за мальтекийский трон?
- После долгих усилий мне удалось слить Шантию и Мальтеку в единую страну. Потом я сломил мощь Мисары. Проклятый король посчитал мою миссию выполненной, предательски пленил меня и отправил на реку Ронессу мыть золото. Но я удрал в первую же ночь, порвав цепи. Кандалы там ржавые и прогнившие, потому что узники все время в воде. Я украл лодку и отправился вверх по течению в Вензалию. Клыки Скалфера! Меня уже дважды лишают звания карафала. Сначала в Гуафаре, потом в Мальтеке. Нет, теперь я не буду помогать всяким недомеркам всходить на престол. На этот раз королем стану я. Король Ронар, звучит, клянусь Скалфером!

_______________

















ГЛАВА II. Две Деланны.


Лучик звездочки мерцает
Ночью в темном поднебесье,
О тебе я лишь мечтаю,
О тебе, моей принцессе.
Красота твоя волнует,
Ангел, нет тебя прекрасней!
И тихонько бьется сердце,
Ты, Деланна, мое счастье.

Стихи Ронара.


Я люблю ее. Люблю, быть может, даже больше, чем она того достойна. Мои мыс-ли, мои чувства, прекрасные порывы моей души принадлежат ей. Я хочу быть с ней ря-дом, но она словно по волшебству ускользает от меня. Честно говоря, я даже не знаю, какие чувства она ко мне испытывает. Она говорит, что ей очень интересно проводить со мной время, но сбудется ли когда-нибудь моя сокровенная мечта и она полюбит меня? Увы, этого знать не дано. Я бреду словно в тумане навстречу неизвестности и не знаю, что меня ждет.
Иногда я пытаюсь выбросить из головы все мысли о ней, заранее зная, что это не-возможно. Слишком много «но», туманно говорит она, и я пытаюсь разобраться в этих самых «но», только ответы на все загадки знает лишь она. Быть может, она любит другого, но почему тогда я не единожды удостаивался ее поцелуев? Сейчас она далеко и я вспоминаю о ней с теплотой и любовью. Хотя и злюсь иногда в душе на нее, чувствуя, что просто бываю в ее руках надоедливой игрушкой, которая пристает со своей любовью и задаю себе вопрос: нужен ли я ей? Как я ждал ее темной ночью под окнами королевского дворца в Шарте, пока она гостила у принцессы Инниэль, чтобы проводить ее, но она словно забыла обо мне, и полночь уже пробила, а я все стоял и стоял, думая только о ней, не замечая ни холодного ветра, ни того, что вымок до нитки под хмурым осенним дождем.
Она вспоминает обо мне, только когда я ей нужен, но даже тогда я, словно покор-ный слуга, на крыльях зари лечу к ней, готовый исполнить любое ее желание.
Признаюсь, ее не совсем понятное отношение ко мне меня угнетает. Печаль все глубже охватывает мое сердце. Я как- то говорил ей, что скорее реки потекут вспять, чем она полюбит меня. Но она дала мне надежду, сказав, что все возможно. Только сколько ждать мне: месяц, год, тысячу лет? Что ж, я готов ждать и десять тысяч, лишь бы ожидание не оказалось напрасным. О своих чувствах она мне не говорит, но я подозреваю, что у нее есть какая-то тайна.
И еще я хочу, чтобы она была счастлива.

Из дневника Ронара.








* * *

Через двадцать один день карак «Эатон» достиг острова Пелит. Дул легкий вете-рок и карак изящно скользил по волнам, направляясь прямо гавани, а Ронар взял на себя роль лоцмана, ибо прекрасно знал весь путь к острову сквозь рифы.
Наперерез им уже шла бирема, курсировавшая по заливу, капитан которой очень хо-тел знать, что за незваные гости нагрянули так внезапно, да еще шли, огибая подводные скалы так, словно у них был человек, хорошо знавший здешние воды.
На палубе биремы толпились вооруженные с ног до головы пираты. Их насторожен-ные взгляды были устремлены на пришельцев.
Одноглазый пират со шрамом на правой щеке, по виду капитан, прокричал в перга-ментный рупор:
- Кто вы такие, проклятье демонов на ваши головы? Как вы узнали местный фар-ватер?
- Мы к госпоже Деланне, - крикнул Зинглар.
- Госпожа не принимает у себя ломморских псов!
- А если ее хочет видеть вождь «Драконов Южного моря»? – поинтересовался Ронар.
- Ха! Да если ты вождь «Драконов», то я император Манкаллии! – презрительно рассмеялся капитан биремы.
- Может, пустить их ко дну, да и делов-то, - шепотом предложил альфару Зинглар.
Ронар чуть качнул головой, мол, не стоит и вновь обратился к капитану:
- Послушайте-ка, господин хороший, что-то вы не больно вежливы. Передайте-ка своей предводительнице нашу просьбу, да проводите в корабль в порт, а то мои люди, надо сказать, уже успели соскучиться по твердой земле и, хоть они и моряки, но даже им надоело чувствовать раскачивающуюся под ногами палубу.
Одноглазый с минуту тупо смотрел на Ронара, видимо переваривая сказанное и, на-конец, выдал:
- Катитесь вы ко всем чертям! – проорал он, - Мы чужаков на остров не пускаем! А если хотите, чтобы акулы сегодня хорошо пообедали, то милости прошу прямо на наши клинки!
- Какие слова, - пренебрежительно усмехнулся Ронар, - Действительно, я уже начи-наю подумывать об обратном путешествии. Но… может быть, сначала, поучить вас веж-ливости?
С этими словами альфар расстегнул свой волшебный пояс с пряжкой в виде змеи-ной головы. Пояс тотчас ожил, превратившись в настоящую змею, и Ронар, держа за хвост, метнул ее в сторону одноглазого капитана. Змея, молниеносно растянувшись над водой в добрые двести локтей, достигла биремы и опутала пирата с ног до головы. А по-том, прежде чем ее коснулись кривые кинжалы ошеломленных моряков, сжалась обратно и перепуганный капитан оказался на палубе «Эатона» в трех шагах от Ронара.
- Так что, - поинтересовался альфар, - Доложишь ты своей госпоже, или продол-жим фокусы? Я хоть и не бродячий циркач, но своих ребят развеселить сумею!
С этими словами, он снял заклинание, и, неспеша, принялся застегивать вновь ставший обычным пояс.
Пират со шрамом вздохнул, с понурым выражением лица достал из кармана бле-стящий черный шар размером с кулак, потер его ладонью и произнес:
- Госпожа, к нам прибыл ломморский карак. Капитан его представился Ронаром Доргтоном, вожаком Братства Драконов.
Из черного шара донесся голос:
- Пусть берет с собой свиту из пяти человек и высаживается на берег. Ты прово-дишь их во дворец.
- Как прикажете, госпожа, - сказал пират, и, спрятав шар в карман, обратился к альфару, - Госпожа сегодня великодушна. Она примет вас.
Вскоре Ронар с пятью отобранными людьми был уже на берегу. В сопровожде-нии одноглазого пирата они направились во дворец.
Когда-то давно, почти семнадцать лет тому назад, Ронару довелось побывать на Пелите. Он прожил на острове два месяца, оказавшись жертвой кораблекрушения, и обна-ружил древний город, полный сокровищ. Построив лодку, Ронар, прихватив сундук с зо-лотыми монетами, покинул Пелит. В море он встретил корабль своего друга Дангира и тот доставил его на Ломмор, где альфар вскоре стал главой Братства.
Город был отстроен заново. Великолепием он не блистал, но был выстроен со вкусом. Дворец, изрядно потрепанный, сложенный из гранита, находился в пальмовой роще неподалеку от гавани. За дворцом начинались густые джунгли, из которых доноси-лась какофония птичьих голосов и визг обезьян. От центрального входа шел ряд огромных золотых дисков с изображением солнечных ликов. Ронар помнил их и помнил свое сражение с демонами, что вышли из этих солнц.
Деланна ждала их в главном зале, обставленном с роскошью присущей пиратам – кругом ковры, шкуры ягуаров, пум, золотые украшения из полудюжины стран, изящные люстры и светильники. Ильвиния сидела в мягком резном кресле, устремив взгляд внику-да, словно медитировала. Ронару подумалось, что она несколько изменилась. Но её пре-красные, женственные черты лица по-прежнему притягивали взгляд, словно магнит.
- Госпожа, - сказал пират, - я привел этих людей.
- Отлично, - Деланна очнулась, посмотрела на Ронара, сердце которого так и за-прыгало в груди, едва он увидел ее, - можешь идти.
Пират поклонился и вышел.
- Ну что ж, садитесь, раз пришли, - произнесла ильвиния холодным тоном, указы-вая на резные стулья у стола с различными блюдами и напитками, - Хотите есть и пить, не стесняйтесь.
Корсары присели.
- Так что вам нужно? – спросила Деланна.
- Это вы Тигра спросите, - произнес Зинглар, нарезая пирог.
Деланна перевела взгляд на Ронара.
- Я слушаю тебя.
- Побеседуем наедине? – предложил альфар, несколько задумавшись: «Что-то тут не так. Деланна сама на себя не похожа».
- Я думаю, что нам беседовать не о чем, Ронар, - ответила ильвиния все таким же ле-дяным голосом, - Пути наши разошлись еще там, в Либианских горах, и теперь у каждого своя дорога. Нам не по пути, поверь мне. Я не никогда не испытывала к тебе любви, так небольшое увлечение...
Что и говорить, при этих словах сердце Ронара не то что упало, а прямо-таки прова-лилось до самых пяток. С большим трудом сдерживая самообладание, он подошел к столу и неловким движением плеснул вина из расписного кувшина в серебряный кубок.
- Хороший выбор, - согласилась Деланна, - такого божественного напитка не пода-вали даже королям.
Альфар поднес кубок к губам. У него хватило ума понюхать вино. Он различил слабенький запах синего ронга, ядовитого растения, что растет в южных странах. Отве-давший синего ронга засыпал и становился беспомощным словно младенец.
«Интересно зомби пляшут, - подумал Ронар, - Вся эта история мне совсем не нра-вится. Кости Скалфера, что здесь происходит, в конце концов!».
Альфар поставил кубок на стол и положил ладонь на рукоять меча. Улыбка на лице Деланны исчезла.
- Пренебрегаешь моим гостепреимством? – спросила она.
- Да нет, - пожал плечами Ронар, - Просто не в моих правилах топить грусть в вине, тем более, что в нем есть малая толика ронга.
- О чем это ты? Какой еще ронг?
Но удивление на лице Деланны явно было фальшивым. А тут еще догадку альфара подтвердили его спутники, которых внезапно одолел глубокий сон.
- Может, ты объяснишь мне, что здесь происходит, Деланна? - спросил Ронар, на-хмурившись, - К чему этот цирк?
Деланна осталась на удивление невозмутимой, словно ничего из ряда вон выходящего не произошло.
- Кажется, ты хотел поговорить наедине, - спроизнесла она, изящно вставая с кресла и направляясь к альфару, - вот я и исполнила твое желание. Ну же, поцелуй меня.
- Что-то я тебя не понимаю…, - вымолвил слегка растерявшийся Ронар, с изумлени-ем оглядываясь на спящих товарищей, но ильвиния уже впилась точно вампир в его губы, а через секунду Ронар почувствовал резкий щемящий укол в спину, дошедший до самого сердца. Что-то мокрое и липкое заструилось по телу. Альфар оттолкнул Деланну и оше-ломленно провел рукой по пояснице: кровь.
Длинный тонкий клинок торчал у него под лопаткой и причинял невыносимую боль. Струйка крови стекала из уголка губ альфара, а в пронзительных зеленых глазах читался лишь один вопрос: за что? Ведь я люблю тебя!
- Любишь меня?
Словно прочитав его мысли, Деланна усмехнулась, превращаясь в Ольну.
- О, боги, нет! – выдохнул альфар.
Он чувствовал, как вместе с капающей со стилета кровью уходят его силы, тело не-меет, а сознание покрывается туманом.
- Я посчитала тюремные застенки слишком мягким наказанием для тебя, - произнес-ла Ольна, - Ты ведь разбил мое сердце, увлекшись этой белобрысой шлюхой, понимаешь это или нет!
- Я люблю Деланну, - прошептал Ронар дрожащими губами.
- Любишь? – Ольна жестоко рассмеялась, - Ты, наверное, говоришь эти слова каждой встречной, которая только поманит тебя взглядом!
Она снова изменила облик, и Ронару все стало ясно в одно мгновение. Перед ним была Элория – волшебница с планеты Ниэрит, с которой он когда-то был близок, но по-нял, что чувства к ней оказались ненастоящими. Да, он был виноват перед ней, только сердцу любить не прикажешь, и потом Элория строила коварные планы относительно Альвии, а это тоже сыграло свою роль. Когда альфар сказал ей об этом, чувство мести за-хлестнуло в Элории все остальное. Она не хотела упускать ни Ронара, ни возможность стать Волшебницей Времени. Пусть альфар лучше умрет, но не достанется никому.
Элория не смогла отыскать Альвию, но каким-то образом нашла его здесь, в Мелу-зии. Только что же она сделала с настоящей Деланной?
- Где она? – еле слышно прошептал альфар, падая на колени.
- Если ты имеешь в виду свою Деланну, - с деланным безразличием сказала Элория, - то я подарила ему какому-то безумному правителю одной из этих варварских стран. Ка-жется, королю Эглофии. Тебя так это волнует? Все равно ей уже не поможешь.
Она ядовито рассмеялась и продолжала:
- А ты теперь мой раб, ибо пока я не вытащу из твоего сердца заколдованный клинок, ты так и будешь стоять на коленях, истекая кровью и не в силах двинуться с места.
Ты будешь жить, будешь чувствовать в своем сердце боль, такую, которая посели-лась в моем, и мучает меня каждое мгновение. Тебе было наплевать на меня, а теперь пришло мое время! Но это еще не все. И на твое убежище найдется управа. Повелитель Заэкранных миров скоро будет здесь, а уж он-то вытрясет из тебя тайну Альвии. И тогда я стану владычицей Вселенной!
Как Элория разошлась! Она неиство ходила по комнате, пиная попадавшиеся под ноги шкуры, и взглядом, полным ненависти, смотрела на альфара. Но вдруг произошло то, что совсем не входило в ведьмины планы. Сначала она почувствовала, что кто-то неведомый набросил на нее связывающее заклинание, причем такой силы, что сразу снять его она не смогла.
А потом она увидела, как посреди залы образовалось серое клубящееся облако, кото-рое втянуло в себя истекающего кровью альфара. Раздосадованной волшебнице остава-лось лишь наблюдать за этим, да молча сыпать проклятия на голову неведомого похити-теля Ронара.

* * *
Альфар пришел в себя в глухом полутемном подвале какого-то неведомого под-земелья. На кандалах, вмурованных в потолок, висел человеческий скелет, тускло горел факел в коридоре. Кругом черные каменные стены, на полу солома. Что-то заползло Рона-ру на ногу. Он дернулся, зазвенев цепями. Существо пискнуло и убралось прочь.
- Крыса, - пробормотал альфар и провел рукой по спине, с удивлением отметив, что заколдованный нож куда-то исчез, да и кровь тоже.
Он потянул кандалы, проверив, надежно ли они ввинчены в стену и понял, что вы-рвать их сможет, пожалуй, только слон.
«Что-то у Элории не заладилось, - подумал альфар, - Кто-то нарушил все ее пла-ны, а если мне настолько повезло, что я оказался в Эделлене, то где-то рядом должна быть и Деланна.
От мысли, что любимая где-то рядом, сердце Ронара учащенно забилось, хотя чтобы настолько повезло… Как то все это нереально и слишком легко. Но с другой сторо-ны…
- Эй, стража, - рыкнул Ронар во всю мощь своих легких, решив развеять сомнения, - Что это за место, проклятье демонов ада на ваши головы?!
Послышалась тяжелая поступь, звякнули ключи, дверь со скрипом отворилась. В проеме появился огромный, заросший шерстью гоблин-тюремщик. Он бросил на пол сухую кукурузную лепешку и поставил кувшин воды.
- Выспался? – голос гоблина напоминал шипение змеи, - Хорошо ли почивать в подземельях города Эделлена?
- Эделлена! – радостно прошептал альфар.
- В первый раз вижу, как узник радуется тому, что оказался в столичных застенках, - удивился страж, - Подожди, я посмотрю, что ты запоешь, когда познакомишься с нашими мастерами пыток. Только я ума не приложу, как ты здесь оказался. Тебя нашли без сознания в коридоре, хотя, впрочем, это уже не имеет значения.
- Послушай, а известно ли тебе о какой-нибудь пленнице короля? – спросил Ронар.
- Не о той ли ты, которую полчаса назад заперли в одной из камер, за то, что она чуть не выцарапала глаза Его величеству? Прекрасная, словно утренняя заря, нежная и юная, словно богиня! Только тебе-то что до нее? Твой удел – смерть на плахе, ее – стать наложницей короля, а согласие или несогласие ничего не значит.
Пока гоблин говорил, альфар почувствовал, что странно знакомая волна захлестнула его магическую суть. Он словно наяву ощутил мощный поток колеблющейся мистической энергии – где-то совсем рядом находился очень сильный чародей.
«Была, не была», - решил рискнуть Ронар. Надеяться, конечно, было бесполезно, что чародей не почувствует, что кто-то питается его энергией, но он постарается сделать все как можно быстрее.
Гоблина Ронар уже не слушал, а мысленно произносил заклинание. Когда страж повернулся чтобы уйти, кандалы превратились в громадных кобр, упали с рук альфара и поползли к гоблину. Тот услышал шипение и повернулся, но было поздно. Змеи кинулись на него разом, и гоблин вскрикнул от боли, когда ядовитые клыки вонзились в его ноги.
Ронар сорвал с пояса мертвого стража ключи и зазубренный ятаган. Бесшумной тенью выскочил в коридор и побежал. В одном из переходов ему повстречались волки за решеткой, очевидно использовавшиеся для травли узников. Горящими глазами-угольями они сверкали в полумраке и лениво расхаживали по загону, а почуяв альфара, оживились, защелкали зубами. Заскулили, и, толкая друг друга, принялись грызть прутья решетки.
Ронар прошептал заклинание леса, чтобы волки не тронули его. Затем, подобрав нужный ключ, он открыл замок, и, выпуская зверей, мрачно улыбнулся. Ну и наделают же они переполоха!
Альфар поспешил за ними, окутав свою фигуру серым полупрозрачным туманом.
Впереди уже раздавались крики охранников и дикое рычание хищников, жаждавших свежей крови.
Стражник, отбивавшийся копьем от волков, так и не успел понять, откуда здесь взялся странный серый дым, а вынырнувший из него и тускло блеснувший ятаган, навсегда избавил его от всех сомнений.
Проскочив мимо пары воинов, едва обративших на туман внимание, поскольку их больше беспокоили озлобленные волки, альфар побежал дальше. Он чувствовал, что дей-ствие заклинаний леса и тумана заканчивается, после чего волки бросятся вслед за ним.
«Ага. Кажется, уже догоняют», - подумал Ронар и бросил беглый взглял через плечо, заметив приближавшихся хищников. Времени на раздумья не оставалось.
Сорвав с пояса ключи, альфар открыл дверь одной-единственной камеры в этом ко-ридоре и быстро захлопнул ее за собой.
Как раз вовремя. Правда, за ним погналась всего лишь пара волков, но Ронар решил, что убивать их, пожалуй, совсем не стоило. Звери покрутятся-покрутятся и побегут даль-ше, а он тем временем поищет выход. Видимо, он был где-то неподалеку, если судить по иногда проносившемуся сквозняку и увеличившемуся количеству факелов на стенах.
Ронар перевел дух и повернулся.
- Кто здесь? – вдруг прозвучал женский голос во мраке.
Альфар вздрогнул. Неужели,… неужели это был ЕЁ голос?
- Деланна, - тихо позвал он и шагнул к изящной фигурке, контур которой увидел в кромешной тьме.
Еще секунда и Ронар уже заключил в трепетные объятия свою возлюбленную и при-коснулся своими губами к ее губам.
- Я все-таки нашел тебя, любимая, - прошептал он.
- Ронар, о, Ронар, - сквозь слезы сказала она, - Ты пришел тогда, когда я уже потеря-ла всякую надежду. Я так испугалась, ведь думала, что это Ригендо опять приказал при-вести меня к нему. Он хотел сделать меня своей наложницей, но я едва не выцарапала ему глаза. И тогда король приказал бросить меня в подземелье.
- Любовь, любовь моя, Деланна, мечта моя, - ласково шептал Ронар, прижимая к себе свою возлюбленную, - Ангел мой ненаглядный, солнышко мое ясное, - и целовал ее губы, глаза, мягкие шелковистые волосы, тонкие плечи, кончики нежных пальцев, - счастье мое, как хорошо, что ты снова рядом! Я каждую минуту, каждую секунду думал о тебе, мечтал о твоих поцелуях.
- Подожди, - Деланна вдруг отстранилась от него.
- Что случилось, любовь моя? – спросил Ронар, внутреннее опасаясь, что и это не Деланна, а Элория.
- Нужно ли нам все это?
- Нужно что? – настороженно переспросил альфар.
- Что за привычка отвечать вопросом на вопрос, - произнесла Деланна, утерев слезы, - Ты не меняешься, Ронар. Ольна или Элория, уж не знаю, как ее там на самом деле зовут, мне все рассказала. О том, что вы были близки, и что она хотела выйти за тебя замуж.
- Ну, положим, жениться я на ней не собирался. Да и не люблю я ее. Думал, что лю-бил…
Ронар грустно вздохнул.
- Я тебя люблю! – сказал он, - Люблю искренней, чистой, настоящей любовью! На-стоящей!
Сердце Ронара разрывалось на части, ведь он действительно любил Деланну. Он, глядел на нее таким влюбленным, таким пристальным взглядом, что не мог оторваться, ни на секунду.
Голос Деланны вывел его из оцепенения.
- Неужели ты думаешь, что со мной тебе будет лучше, чем с ней? Все мы одинако-вые. На людях разные, а в семейной жизни… Я тебе так же надоем, как она, и ты найдешь себе новое увлечение.
Альфар начинал нервничать. Нет, ему решительно не нравился этот разговор!
- Сердцем ли ты говоришь, Деланна, или повторяешь то, что нашептала тебе Элория? Поверь мне, я отлично знаю эту женщину и это очень на нее похоже… Но, как бы там ни было, я пришел за тобой. К тому же, тюремная камера не самое подходящее место для таких разговоров. Потом разберемся, а пока, давай-ка выбираться отсюда.
Деланна согласно кивнула.
Они вышли из камеры и крадучись двинулись по коридору. Ронар прошептал за-клинание, опять-таки воспользовавшись чужой энергией, накинув на себя с Деланной Покрывало Тьмы, благодаря которому они сумели проскочить мимо стражников, охранявших выход из подземелья. А альфар еще умудрился стянуть у них кинжал и рапиру - первое, что попалось под руки в открытой оружейной.
Миновав несколько огромных залов, наши герои вновь очутились в узком коридоре. На стенах висели светильники и причудливой работы гобелены, пол устилали мягкие ковры. Это были нижние этажи королевского дворца.
Вдруг в конце коридора отворилась массивная дверь, и в помещение вошли три че-ловека.
- Ригендо и его прихвостни, - шепнула Деланна.
- Вперед, - сказал Ронар, - единственный шанс уцелеть, это прорваться сквозь них. Здесь негде укрыться.
Они налетели точно ураган. У Ригендо глаза округлились от ужаса, когда он увидел альфара. Король выхватил из ножен тупой парадный меч, усыпанный драгоцен-ными камнями.
Красивое, но носящее печать порока и злобы лицо Ригендо исказилось от страха. Те-ло его задрожало крупной дрожью, а мягкий приятный голос, которым король говорил до этого, вдруг превратился в мерзкий визгливый вой:
- Эй, стража, скорее сюда! Здесь альфар-оборотень, разбойник и пират, топивший эглофийские корабли и посягнувший на мою царственную персону!
Ронар ударил всего два раза. Ногой он выбил меч из рук короля, кулаком заехал в лицо, превратив его в кровавое месиво.
С криком Ригендо упал на ковер, орошая его кровью. Ударом кинжала Ронар покон-чил со вторым противником. Деланна разделалась с третьим. В первые же секунды боя она с грацией пумы пронзила врага, и тот рухнул, сраженный умелой рукой. Рапира вошла точно в сердце.
Где-то раздавались крики, слышался топот, стража спешила на выручку королю.
Ронар и Деланна выбежали в огромный зал. Альфар отворил окно и перебрался на карниз. За ним последовала Деланна. Они закрыли створки, чтобы сбить со следа охрану и стали продвигаться вперед. Через сотню шагов карниз обрывался. Ронар лег на холодный камень и слегка свесился вниз.
- Высота около пятнадцати локтей. Мы на первом этаже.
- Тогда за мной, - сказала Деланна и сделала шаг, пропав во мраке.
Альфар прыгнул следом.
- Теперь через сад, - произнесла ильвиния.
Они побежали, прячась в тени деревьев, и после пяти минут довольно быстрого бега очутились у южной стены.
- Смотри, Ронар, - прошептала Деланна, - там ступеньки.
Они поднялись на бруствер и посмотрели по ту сторону стены. Внизу, в слабом све-те звезд, поблескивала вода.
Взобравшись на зубцы, Ронар и Деланна оглянулись назад. Слышались крики. В ок-нах носились тени людей. Дворец походил на растревоженный улей. Улыбнувшись друг другу, альфар и ильвиния прыгнули в воду.

* * *

Ригендо валялся на пухлом диване, крича от боли. Придворный маг и лекарь из Ко-гона Лкородор Тетхан, бритоголовый, высокого роста и мощного сложения человек с яст-ребиными чертами лица с помощью заклинаний, скальпеля и щипцов занимался вживле-нием выбитых зубов короля. Нос уже перестал кровоточить, разбитые губы быстро зажи-ли, благодаря целительной мази.
- Вот, ваше величество, все готово, - колдун принялся собирать инструменты, - зу-бы на месте, как и прежде. Ну и разукрасил вас проклятый альфар. Попадись он мне…
Колдун сделал многозначительную паузу. О том же, что Ронар освободился, вос-пользовавшись его энергией, пока он спал сном черного ронга, маг счел благоразумным умолчать.
- Проваливай, - буркнул Ригендо и заорал, - Эй, стража!
В комнату ввалился рослый гвардеец.
- Нашли этих двух?
- Мой король, они как в воду канули!
Ригендо рассвирепел.
- Ах, в воду! Что у меня за охрана, при которой враги разгуливают по дворцу?! Я тебя спрашиваю? Ты начальник стражи и меня бесят твои тупые ответы: не знаю, не виде-ли! Стража во дворце – мои глаза и уши, а вы, пустоголовые идиоты, сквозь пальцы смот-рели, как этот разбойник прорывается на свободу по трупам и ничего не смогли сделать!
- Это все гоблин-тюремщик и охранники у входа в подземелье, - попытался оправ-даться стражник, - Первый поддался на уловку альфара, другие твердят в один голос, что им было использовано чародейство.
- Привести их ко мне, – прорычал Ригендо, - Я лично отрублю им головы!
- Гоблин не придет, а этих я доставлю.
- Это еще почему?
- Он мертв. Его словно змея укусила.
- Проклятье! А теперь убирайся, исполняй приказ. И помни, если к заходу солнца вы не найдете сбежавших, я прикажу казнить каждого десятого стражника. Кстати, ты будешь в их числе.
- Мы найдем их, мой король! – гвардеец гордо выпятил грудь.
- Пошел вон! – взвизгнул Ригендо и залился истерическим хохотом.

_________








ГЛАВА III. Во мраке пещер.


Над седыми горами плывут облака,
В синем небе летают орлы,
По ущелью стремительно рвется река,
И вокруг слышны звуки воды.

Путешествие Ронара.

Они попали в засаду за очередным поворотом узкой тропы, хотя надеялись, что горы надежно их укроют от погони, которую выслал за ними разгневанный эглофийский король.
Воины Тайной Стражи Ригендо в черных кольчугах, вооруженные длинными копьями и сетями; злобные, похожие на волков, собаки, которых вожатые с трудом удерживали на коротком поводке, поскольку те так и норовили броситься не только на чужих, но и на своих, гнались за ними весь день. Теперь же они теснили их с обеих сторон, точно диких зверей, зная, что с тропы им некуда деться.
Глаза альфара напоминали глаза загнанного в угол хищника. Сжав рукоять меча так, что побелели костяшки пальцев, он глянул на старый веревочный мост в десятке шагов от них перекинутый на другой конец пропасти. Подгнившие канаты, удерживавшие его, доверенности не внушали. Но другого пути спасения не было. Превращаться в тигра не имело смысла - на узкой тропе негде разгуляться гибкому телу и смертоносным когтям. Значит, придется рискнуть. «Был бы у меня посох, я бы показал, с кем они связались, - подумал альфар, - Хотя… пару простых иллюзий, я могу создать и так».
- Ронар, мне страшно, - прошептала Деланна, прижимаясь к нему.
- Сейчас, - тихо сказал альфар, - будет еще страшнее. Только ты не бойся, я же с то-бой.
Чары были уже готовы, и он выпустил их на свободу, а сам, схватив Деланну за руку, рванулся к мосту.
Два искрящихся черных облака опустились на воинов Ригендо. Альфар знал, что их хватит секунд на двадцать, не больше. Там, в черных облаках, воины на эти считанные секунды потеряют пространственную ориентацию, слух и зрение. Но этого времени должно хватить, чтобы добраться до противоположного края моста, если только…
- Кости Скалфера! – прорычал Ронар, одной рукой цепляясь за какой-то канат на рухнувшем в пропасть мосту, который все-таки успел перерубить огромным мечом не-весть откуда взявшийся воин со знаками отличия шафала Тайной Стражи, пока его под-чиненные барахтались в черных облаках. Другой рукой альфар крепко сжимал ладонь Де-ланны.
Но вот облака исчезли. Воины один за другим приходили в себя. Неистово залаяли псы, носясь туда-сюда вдоль обрыва.
Деланна тянула Ронара в пропасть. Руки немели. Закусив губу, альфар начал подни-мать ильвинию вверх и тут почувствовал, что канат, за который он держался, растягивается и понемногу рвется, не в силах выдержать двойной вес.
На другой стороне над ними вовсю потешались солдаты. Половина из них держали луки со стрелами наготове. Стоит одному из них спустить тетиву, и все кончено. Но они медлили – видимо решили подождать завершения разыгравшейся на их глазах сцены.
За секунду до того, как канат лопнул, Ронару удалось поднять Деланну вверх, и она ухватилась за край обрыва, а альфар заскользил вниз. Однако он не упал, его цепкие паль-цы впились в небольшие выступы скалы в паре локтей ниже. Ронар перевел дух. Еще не-много усилий и он взберется наверх, если, конечно, его сейчас не утыкают стрелами. Что же еще придумать?
И тут Ронару пришло на ум одно простенькое заклинание. Он мрачно улыбнулся и зашептал строки.
Неожиданно на солдат прыгнул, словно соткавшийся прямо из воздуха, уродливый огненный демон. Конечно, эглофийцы были отважными воинами, но от колдовских шту-чек предпочитали держаться подальше. А тут не просто штучки, а огромное пышущее жа-ром из преисподней чудовище, ревущее так, что кровь стыла в жилах.
Пора было уносить ноги. Не прошло и нескольких мгновений, как гвардейцев уже и след простыл. Что и говорить, они неслись по тропе наперегонки с собаками, не замечая тяжести своих доспехов с такой скоростью, что им позавидовали бы лучшие бегуны Эг-лофии.
Ронар тем временем вскарабкался на край обрыва. Он глубоко вздохнул, обнимая свою возлюбленную, радуясь в душе, что опасность уже позади.
- Ты злишься на меня? – ни с того ни с сего спросила Деланна, заглянув альфару в глаза, - Я усомнилась в твоих чувствах…
Ронар приложил свой палец к ее губам.
- Мой ангел, я никогда не обижаюсь на тебя, - ласково сказал он, - Я очень, очень те-бя люблю! Мое сердце принадлежит тебе, просто обстоятельства не всегда складываются так, как нам хочется. Но я хочу, чтобы мы всегда были вместе. Ты и я.
- Мы будем вместе, - улыбнулась Деланна, - Совсем скоро.
- Я не тороплю тебя, - немного грустно сказал Ронар, - Ты же знаешь, что я могу ждать твоей любви хоть тысячу лет, и моя страсть к тебе не угаснет. Лишь бы все было не напрасно…
Чудовищный рык прорезал воздух. Ронар едва-едва успел оттолкнуть Деланну и по-вернуться к пуме, ринувшейся на них с утеса, совершая превращение.
Пума успела сбить Ронара с ног, но затем удар тяжелой тигриной лапы отшвырнул ее на несколько шагов. Вскочив, альфар мощным прыжком достиг пумы и подмял ее под себя.
- Ронар!!! – раздался звонкий голос Деланны, - Помоги!
Выпустив когти из уже мертвой пумы, альфар молниеносно повернулся и бросился к новой напасти – стае орков, тащивших вглубь одной из пещер его возлюбленную. И откуда они только взялись!
По пути Ронар успел растерзать пару чудовищ, то ли от избытка храбрости, то ли глупости решивших бросить вызов тигру, а когда заскочил в пещеру, остальных орков уже и след простыл.
Превратившись обратно в альфара, Ронар подхватил оброненный орочий ятаган и скользнул в темноту.
Веревка в конце пещеры сразу за поворотом несколько смутила его. Не могли же ор-ки таким скопом столь быстро спуститься! Но, обследовав близлежащие стены, Ронар не заметил даже намека на потайную дверь, и, разочарованно вздохнув, стал спускаться вниз.
Он оказался в заброшенной шахте глейтов . По тоннелю вилась железная дорога, тут же стояла вагонетка для перевозки руды. Кругом валялся инструмент, несколько не-больших самородков. Все это, очевидно, было брошено в панике, словно глейты спаса-лись то ли от орков, то ли еще от кого. Тут же лежало несколько скелетов глейтов, если судить по росту, но изъеденных какой-то кислотой и принявших неестественную форму. Вкрапления кислоты альфар заметил и на камне: большая извилистая линия, вся в вы-щерблинах, точно тут прополз какой-то гигантский червь.
«Странно все это» - подумал альфар.
Поставив вагонетку на рельсы, он продолжил путь. Дорога шла под уклон, и Ронар катился с довольно приличной скоростью, как вдруг неожиданно рельсы оборвались, и альфар вместе с вагонеткой полетел в водяную шахту. Вагонетка громко плюхнулась в воду, подняв тучи брызг, и камнем пошла ко дну.
Ронар вынырнул на поверхность и попытался зацепиться за противоположный край шахты. Не сразу, но ему это удалось. Мокрый до нитки, он вскарабкался на кромку, пере-вел дух (настолько неожиданным было это падение), а потом двинулся дальше.
На развилке ему повстречались светильники. Альфар приближался к обжитым мес-там.
«Интересно, куда ведет этот путь, к оркам или глейтам?» - размышлял Ронар, но, так и не успев ничего придумать, остановился как вкопанный – путь ему преградил каменный великан, сидящий в кресле, вырубленном из куска скалы.
- Так-так, - озадаченно проговорил Ронар, - и что теперь делать?
Пораскинув мозгами, альфар решил, что секрет кроется в пуговицах на куртке исту-кана. Взобравшись статуе на колени, он стал нажимать на них в определенном порядке и на очередной попытке вдруг почувствовал, что идол медленно поворачивается вокруг своей оси. Это была удача.
Оказавшись по ту сторону стены, Ронар не поверил своим глазам. В огромной пеще-ре, освещенной множеством громадных светильников, раскинулась целая страна глейтов. Дома, покрытые золотом, были расположены вокруг маленького озера с серебристой во-дой. Улицы сияли мрамором и отполированным гранитом. Вдоль дорог были установлены статуи из золота с рубиновыми и изумрудными глазами, изображавшие глейтов, эларов, людей, животных и птиц. Выглядели они как живые.
У альфара перехватило дыхание при виде такой картины. Даже он – пират и разбой-ник никогда не видел столько сокровищ сразу, а ведь он не раз находил клады, чего стоит разрушенный Джагг в Латании с золотом Великой Империи или гробница одного из пра-вителей Шарта, вся заваленная драгоценностями.
Неожиданно позади Ронара раздался голос:
- Добро пожаловать в Нодгор Ваэр, страну глейтов.
Альфар резко обернулся. Он увидел маленького розовощекого человечка, в зеленых шароварах и коричневой куртке, с рыжей бородой и красным колпаком на голове, кото-рый приветствовал его.
Ронар произнес удивленно:
- Я погнался за орками, а попал к глейтам. Как же так?
- Вход к оркам около спуска в заброшенную шахту. Потайная дверь, сливающаяся с каменной стеной в единое целое.
- Кости Скалфера, как я мог ее пропустить? - развел руками альфар.
- Орки мастера ладить потайные двери, - заметил глейт, - Так сделают, что вовек не сыщешь.
- Ладно, - сказал Ронар, - мне надо к ним. Орки похитили мою девушку.
- Пойдем, сначала поговоришь с нашим правителем. Он решит, как лучше помочь тебе. И еще: оружие тебе не понадобится. Пока…
С этими словами глейт щелкнул пальцами и что-то сказал. Ятаган песком посыпался на пол.
- Неплохое заклинание, - хмыкнул Ронар, стряхивая прилипшие к ладони песчинки, - только с орками я, чем сражаться буду?
- Мы мирные существа, - парировал глейт, - и не очень любим оружие.
- Я слышал совсем иное.
- Мы искусные ремесленники, не более. Можем выковать волшебный меч или кин-жал, кольцо или перстень. Но мы не воины. Вот северные глейты, то другое дело. Они воители, каких поискать. И мастера знатные.
За разговором они незаметно подошли к небольшому дворцу.
- Нам сюда, - сказал глейт, - Великий мудрец Фараг, наш король, не откажет тебе в помощи.
Они вошли в парадный вход и, пройдя приемную, очутились в большой, украшенной резным деревом и прекрасными гобеленами зале. На возвышении в мягком кресле в окружении челяди сидел седой старец.
- Фельхе ванн диэн, - произнес Ронар слова приветствия.
- Диэн ванн фельхе, - учтиво ответил король глейтов, - Я - Фараг, правитель Норгор Ваэр – подземной страны глейтов Шантарских гор, давно уже ожидаю тебя Ронар Дорг-тон.
Альфар если и удивился тому, что старец знает его имя, то виду совсем не подал, но взял на заметку и подумал, что король сейчас наверняка его о чем-нибудь попросит.
Как выяснилось, он не ошибся.
- Мы ждали тебя долгие годы, отважный воитель, ибо древние пророчества гласят, что на тебе лежит печать судьбы, - вновь заговорил глейт.
Ронар лишь слегка пожал плечами. Внезапно его лицо посуровело.
- Мою девушку похитили орки, - промолвил он, - И сдается мне, что печать судьбы в виде острого клинка вскоре ляжет на них.
Глаза старца ярко вспыхнули, и тут же погасли.
- Мы поможем тебе в поисках, - сказал он, - Но и ты помоги нам. Уже много лет чу-довищный гигантский червь ползает по тоннелям, пожирая глейтов. От него нет спасения. Мы не воины, а ремесленники, нам же нужен именно воитель. За оружием и доспехами дело не станет. Я прошу тебя уничтожить чудовище. А потом, требуй, чего пожелаешь. Любое вознаграждение.
- Я буду рад помочь Вашему народу, почтенный старец, - чуть склонил голову Ронар, - Только поймите правильно: девушка, которую я люблю больше всего на свете, сейчас находится в лапах коварных орков, и, думаю, Вам не стоит лишний раз объяснять, что каждую минуту ей угрожает опасность. Но обещаю, как только Деланна будет в безопасности, я принесу Вам сердце червя, чего бы мне это не стоило.
Правитель несколько удивленно покачал головой.
- Спасибо тебе, отважный воитель, - сказал он, - Я говорю спасибо, ибо ты не отка-зываешь мне в просьбе, услышав которую, многие храбрые витязи спешили ретироваться, а те, которых прельстили наши награды, уходили во тьму тоннелей и пропадали, не оста-вив следа. Кто ты? Безрассудный ловец удачи, или же безумный берсерк, а может, тебя влечет слава героя, прославленного в песнях?
Чуть заметная улыбка тронула губы альфара.
- Ни то, ни другое, ни третье, дедушка, - сказал он.
- Дедушка, дедушка, - возмущенно зашептались придворные, - Разве так следует об-ращаться к королю?
Фараг сделал знак рукой им умолкнуть.
- Я хочу помочь вам, только и всего, - сказал Ронар, - И не нужно мне ваше золото, а уж тем более песни. Я искатель приключений, и меня влечет все таинственное и интерес-ное. Из добрых побуждений я готов помочь вам, от вас же прошу только дружбу и госте-преимство, а еще добрый клинок и доспехи для битвы с Ужасом Подземелий.
Только одного не пойму: что там еще за пророчества?
- Знакомы ли тебе откровения Тарды ? - спросил старец, взяв свиток со столика у трона.
- Никогда не слышал.
Фараг протянул свиток альфару. Тот развернул его. Письмена были эглофийскими, но старыми и выцветшими и поэтому Ронар почти ничего не разобрал, хотя и знал эгло-фийское письмо.
- Настанет час, - изрек Фараг, - придет воитель, уничтожит чудовище и сгорит оно в ярком пламени волшебного огня. Ты, Ронар, и есть этот самый воитель и именно на тебя пал выбор Великих Богов.
«Пророчества, прочества», - с некоторым неудовольствием подумал про себя Ронар, но заметив на лице короля глейтов скорбное выражение и затаенную надежду, все же со-гласился.
- Думаю, мне стоит прогуляться вашими тоннелями, - сказал он, - как раз доберусь до орков. Да и Червь, сдается мне, не заставит себя ждать.
И тотчас король глейтов хлопнул в ладоши.
- Принесите оружие и доспехи!
Вбежало несколько глейтов, неся рыцарское снаряжение.
Ронар поблагодарил, облачился в доспехи и направился к выходу. Провожатый глейт повел его тайными ходами к заброшенным вратам в царство орков.
Через пару часов они вышли наружу и зашагали по узкой горной тропе. Внезапно по-лурослик остановился. Из-за поворота пахнуло сыростью, а еще каким-то затаенным стра-хом. Было странное ощущение, что страх этот прямо-таки витает в воздухе.
- За следующим изгибом вход к оркам, - внезапно охрипшим голосом произнес глейт, - Мне надо возвращаться.
И рванул обратно так, будто бы его ветром сдуло.
Альфар остался один, впрочем, не сильно расстроившись. Он огляделся по сторонам, обнажил меч. Глаза его превратились в кошачьи, с вертикальным зрачком, чтобы хорошо видеть в темноте.
Дул резкий пронизывающий ветер, мрачные пики серых отвесных скал, кое-где по-крытых снегом, устремлялись ввысь, цепляя вершинами клочья рваных облаков, что не-слись, подгоняемые соленым ветром, веявшем с моря. Гнилые деревянные створки ворот, за которыми начинался тоннель, жалобно скрипели, шатаясь в разные стороны.
Оттолкнув одну из них, Ронар вошел внутрь, распугав стаю летучих мышей и те, с шумом и писком, хлопая крыльями и дико вереща, принялись носиться по коридору, то и дело задевая альфара. Отсюда начиналась (или заканчивалась?) Подземная Сеть.
Подземной Сетью назвали тоннели и пещеры расположенные под Северной Мелузией наземные жители. Немногие смельчаки рисковали забираться туда, тех же, кто оттуда возвращался, было и того меньше. В могильной тишине и темноте чернее самой Тьмы, таились там страшные обитатели, с безжалостными сердцами, а то и вовсе без них.
Несчетные племена орков и гоблинов, беспрестанно кочуя из пещеры в пещеру, бро-дили там, нападая на караваны глейтов, шедших на поверхность, чтобы предложить жи-вущим под солнцем свои товары. Другие же, обосновавшись в заброшенных или завое-ванных городах глейтов, украшали их своим варварским великолепием, и сотни захваченных рабов не покладая рук, трудились под присмотром жестоких надсмотрщиков. О, если бы вам довелось побывать в этих городах, вы бы оценили их неповторимость и несхожесть с городами людей!
Обитатели подземного мира тонко умели чувствовать камень, и даже грубые орки и гоблины, подчас умудрялись создавать величественные здания и монументы, тонко пере-дававших настроения и чувства своей расы, не говоря уже о глейтах и эларах ночи, чьи города, подсвеченные разноцветными феерическими огнями, не выпускали из объятий сказочности и загадочного волшебства, темного, иногда, даже не злобного, потому что даже темнота может быть прекрасна.
А эта тишина, настолько глубокая, что порой и легкий шум шагов кажется донельзя громким и пугающим. Лишь временами ее нарушают звуки капающей с высоких сводов воды, но в остальном темное оглушающее безмолвие.
Безмолвны бесчисленные, идущие в разных направлениях пещеры и тоннели. Без-молвны свисающие с потолка сталактиты, плавно переходящие в сталагмиты. Безмолвны ледяные озера с неподвижной, таящей опасность светящейся водой, ибо кто знает, какие обитатели скрываются в их глубинах? Безмолвны огненные реки медленно текущей лавы, лишь где-то в отдалении слышится приглушенный рокот вулкана. Но и, то не всегда. Тьма стемится поглотить звуки, не позволяя нарушить царящий покой.
Пещеры и тоннели только на первый взгляд кажутся пустыми. Нужно быть всегда начеку, ибо из странного скопления нор, точно молнии выскакивают змеиные головы, готовые схватить зазевавшуюся жертву. Двуглавые краснокожие эмегены пасут на скудных пастбищах маленьких пещерных коров, отгоняя черных гиен, что вечно голодные шныряют около их стад в надежде хоть чем-нибудь поживиться.
Поляны необыкновенных светящихся цветков, тоже таят в себе смертельную опас-ность. Лучше обходить их стороной, а иначе рискуешь быть съеденным заживо, ибо края бутонов усеяны ядовитыми коническими зубами. Яд парализует жертву, и людоеды, рас-тягивая удовольствие, пьют кровь медленно-медленно, заставляя испытывать невыноси-мую боль и страдать, порой, несколько дней.
Можно довольно долго рассказывать и об остальных обитателях Подземной Сети. О ядовитых пауках, достигающих порой человеческого роста, огромных грибных рощах, которые скрывают клочья смертельного тумана, водяных змеях и гигантских кракенах, что спят в черной глубине холодных озер, каменных дикарях, бродящих во тьме тоннелей, прикосновение которых обращает живую плоть в камень, и чудовищных летучих мышах-вампирах, висящих вниз головой под высокими сводами.
Но есть в Подземной Сети и самое страшное, то чего боятся даже самые могучие ее обитатели. Аргор Моддорг – Ужас Тьмы – клубится черной тенью где-то на севере. Что за черная тень, поселившаяся в мрачных глубинах? Этого никому знать не дано. Лишь самые искушенные маги знают эту страшную тайну, и что хуже всего, стремятся почерпнуть в ней силу для свершения темных дел.
Такова Подземная Сеть, со всеми ее страхами, но всегда чем-то притягивавшая Ро-нара. Она по-своему очаровывала тем, что никто не мог оторвать альфара от мыслей о своей возлюбленной, не нарушала его уединения и течения сокровенных мыслей и наве-вала такие прекрасные строки.
Вот и сейчас, испытывая лишь радостное волнение от того, что он входит в этот не-обыкновенный, совершенно не похожий на наземный мир, Ронар углублялся все дальше во тьму, и лишь ставшие кошачьими глаза, слегка поблескивали в темноте.
По обе стороны пещеры начались двери. Одни имели более или менее надлежащий вид, другие прогнили, от иных вовсе ничего не осталось кроме пары трухлявых досок.
«И где могут быть орки?» – размышлял Ронар, заглядывая в помещения.
Открыв очередную дверь, альфар приметил на разваленной кровати неясную фигуру, прикрытую рваной тканью.
- Так, а это что?
Он откинул покрывало и поморщился – на кровати лежал скелет гоблина.
- Веселенькое место, - пробормотал Ронар, оглядываясь.
Ничего подозрительного: лишь окованный медью позеленевший от времени сундук, да полуистлевший ковер на полу.
И тут он заметил, как скелет шевельнулся, и в могильной тиши отчетливо брякнули кости. Альфар застыл и прислушался – вдруг почудилось? Но нет – пустые глазницы че-репа заполыхали алым зловещим огнем. Мертвец проснулся к жизни.
«Только неупокоенных мне не хватало!» – в сердцах подумал Ронар.
Чтобы сплести подходящее заклятие некромантии, и окончательно умертвить зомби, требовалось время, да и посох в этом деле тоже бы не помешал.
А пока надо было отступать. Альфар вытащил меч и стал пятиться к выходу, но тут совсем некстати запнулся о порог, потеряв равновесие. В этот момент скелет прыгнул.
Ронар отшвырнул его ногами и вскочил. Он ударил мечом по черепу гоблина, и тот треснул, расколовшись. Но на зомби это мало подействовало.
Тут альфар увидел новую напасть. Из стен показались привидения. Они дико захохотали, а одно из них произнесло жутким голосом:
- Кого тут попугать?
Надо сказать, призраки очень любят этим заниматься и могут обитать не только в пещерах гоблинов, но иногда забираются в жилые дома, выгоняют домовых и по ночам начинают творить такое…
Ронар повернулся и побежал по коридору, а за ним, вопя и ухая, по воздуху мчалась целая толпа привидений, да вдобавок, треща костями, топал отвратительный скелет.
Добежав до деревянной лестницы, ведущей вниз, альфар прыжками стал спускаться по ней. Но тут между ступенями высунулась чья-то костлявая рука , ухватила его за ло-дыжку, и Ронар кувырком полетел вниз.
Он расшиб колени, больно ударился головой, так, что вспыхнуло в глазах. Схватив выпавший из руки меч, Ронар дернул за ручку какой-то двери и, войдя, задвинул засов с другой стороны.
Он перевел дыхание и прислушался: шаги скелета затихли, воплей призраков не бы-ло слышно. И это было странно.
Альфар повернулся спиной к двери, и ему тотчас все стало ясно. Он находился в большой пещере, в которой около трона вождя сгрудилась свора огромных орков с тем-ными мордами, клыкастыми пастями и глубоко посаженными глазами, мерцавшими неес-тественным светом. Одеты орки были в куртки и штаны из грубо выделанных шкур, ког-тистые трехпалые лапы сжимали мечи и палицы.
Увидев Ронара, орки зашипели а, трое самых здоровых, потрясая оружием, броси-лись к нему. Удар был нанесен ими одновременно, и альфару стоило большого труда его отразить и вовремя увернуться. После чего он тут же оттолкнул всех троих лезвием меча, который держал плашмя, с такой силой, что чудовища не устояли на ногах.
Орк, вскочивший первым, вновь бросился на альфара, но его остановил острый кли-нок, вошедший глубоко в грудь. Колени орка подогнулись, и он упал, обливаясь кровью.
Второй орк был поумней. Он бросался вперед, точно пантера и тут же отскакивал на безопасное расстояние. А сзади к Ронару подбирался еще один орк, прятавшийся за бочками, стоявшими около входа. Он подполз на нужное расстояние, оставаясь вне света чадящих факелов, дождался, пока альфар повернется к нему спиной, и метнул в него короткую дубинку.
Последнее, что помнил Ронар был сильный удар по голове и хищные морды бросив-шихся к нему чудовищ. Больше он не видел и не чувствовал ровным счетом ничего.

* * *
- Я все сделаю так, как вы сказали, Повелитель.
Зеленокожий гоблин, ростом с ладонь, помахивая кожистыми крыльями, принялся отбивать прямо в воздухе поклоны, но Лкорон Кин Де Ласах жестом когтистой руки оста-новил его.
- Прекрати, - сказал Трог, - Ты все запомнил? Впрочем, в случае неудачи ты пре-красно знаешь, что я с тобой сделаю, Подлиза. Я намерен поквитаться с Ронаром-альфаром, но прежде чем убить, хочу заставить его познать горечь утраты, ибо кровь мо-их собратьев взывает к отмщению.
Я лишу его возлюбленной и самых преданных друзей. Оставшись один, альфар будет страдать, а я буду наблюдать за ним. О, это доставит мне огромное удовольствие!
Но довольно слов. Отправляйся-ка к Барготу и воспользуйся зеркалом телепорта-ции. Найди альфара, войди к нему в доверие и соверши то, что должно.
Гоблин кивнул, поклонился и вылетел из покоев Трога.
Лкорон Кин Де Ласах хищно ухмыльнулся, предвкушая расплату.

* * *
Очнулся альфар уже в загоне для рабов. Он дотронулся до раны на голове и зажму-рился от боли. Волосы слиплись от запекшейся крови, а в голове неприятно шумело. Он не потерял зрение только чудом, хотя удар пришелся как раз в зрительную зону головы. Что ж, убивать его явно не собирались – орки вечно испытывают недостаток в рабах, ко-торые слишком быстро умирают в подземельях от непосильной работы и болезней.
Чья-то нежная рука коснулась его. Альфар повернул голову и не поверил своим гла-зам: Деланна!
- Все в порядке, милый, я с тобой, - ласково прошептала она, - Болит?
Ронар улыбнулся. Ему было приятно внимание Деланны.
- От прикосновения твоей нежной руки заживет быстро, даже не сомневайся.
Он обнял свою возлюбленную. Выпускать ее из своих объятий ему совершенно не хотелось.
Над горами давно сгустилась ночь, рабы в подземелье отдыхали, забывшись беспо-койным сном, а между лежащих на камне тел, тихо ползли Ронар и Деланна. Около ре-шетки, закрывавшей выход из загона рабов, уткнувшись мордой в стол, сидя спал дюжий охранник, вполне доверяя надежности замка и крепости стальных прутьев. И ни ему, ни остальным оркам никогда бы и в голову не пришло, что двое смельчаков безоружные спустятся в ущелье Червя, чтобы добыть свободу и пройти темными пещерами смерти и ужаса. Но это был их единственный шанс, и они должны были его использовать.
Довольно долго Ронар и Деланна шли извилистыми тоннелями, пока не добрались до заброшенных мастерских глейтов. В одной из них альфару посчастливилось найти большой бронзовый светильник, в который было залито черное масло, подобное тому, что он видел в пустынях Когона и Роарана, а также несколько старых, покрытых черной патиной мечей с отгнившими рукоятями, но представлявших собой все еще грозное оружие.
Со светом их продвижение еще более ускорилось, хотя наши герои обладали и ноч-ным зрением (особенно Ронар, глаза которого с наступлением темноты превращались в кошачьи). Но свет есть свет, пусть даже это огонек в лампе, и идти с ним гораздо прият-нее.
Какой-то отвратительный запах вдруг ударил им в ноздри, а где-то неподалеку по-слышалось шипение и явственный шорох скользкого тела о камень.
Потом они увидели гигантское Нечто. В свете фонаря возник огромный белый червь с оскаленной пастью, вооруженной длинными коническими зубами.
Деланна задрожала от ужаса.
- Скалфер! – выдохнул Ронар, - Все-таки встретились!
Из пасти чудовища потекла отвратительная белесая жидкость, которая шипела, въе-даясь в камень. Похоже, это была какая-то кислота. Червь пополз к ним. Медленно, слов-но предвкушая грядущее насладжение теплой плотью, зная, что несчастные жертвы нику-да от него не денутся.
Хочу вам сказать, что он жестоко ошибался. Если он, конечно, умел ошибаться. Ве-домый животными инстинктами, он чувствовал потребность в пище, не более, и не его вина, что боги его создали плотоядным.
Ронар ждал. Он сумел разглядеть, как напряглись для броска мышцы чудовища и в ту же секунду нанес удар, вырубив кусок желеобразного мяса. Червь заметался в агонии. Неожиданно чудище бросилось в сторону альфара и прижало его к стене так, что у того затрещали кости. По счастью, секундой раньше, Ронар успел направить острие меча в тело твари и червь сам вогнал острый клинок до такой глубины, что даже рука альфара по плечо вошла в студенистое тело. От боли червь отпрянул назад, бешено извиваясь. А Ронар, снова занося меч, рванулся к нему. Но, почему-то в этот раз все пошло не так, как он задумал. Впопыхах альфар поскользнулся в слизи, а потом метнувшийся в его сторону хвост отбросил Ронара назад на несколько шагов. Меч, выскользнув из руки, жалобно зазвенев, и канул куда-то в темноту.
«Маловато толку, - пронеслось в голове у Ронара, - слишком он живучий. Придумать бы что-нибудь такое…».
Тут его взгляд упал на светильник и альфар понял, что нужно делать. Он вскочил, схватил фонарь, открыл крышку и зашвырнул его прямо в раскрытую пасть чудовища. Горящее черное масло полилось в утробу, сжигая внутренности, а сквозь полупрозрачное тело было видно, как внутри червя занимается пожар.
Ронар схватил Деланну за руку, они юркнули в первое попавшееся ответвление и бежали пока не выбились из сил.
Мало по малу тоннель стал подниматься наверх, откуда-то потянуло сквозняком и сыростью. Еще минута и перед ними открылась небольшая пешера. В уголке ее у самой стены бежала тонкая струйка ручейка, холодом тянуло из трех открывшихся им ходов.
«Терпеть не могу сквозняки, - подумал альфар и приглушенно чихнул, - Ну и эхо же здесь».
- Ронар, - ильвиния порывисто схватила альфара за руку, - Мне страшно. Кажется, здесь кто-то есть.
- Вряд ли, - пожал плечами Ронар, - Червь на всех такого страху нагнал.
- Я чувствую, - прошептала Деланна, - Давай уйдем отсюда. Ты какое ответвление выбираешь?
- Подожди, дай-ка подумать… Левый ход слишком узкий…
- Господа, - вдруг извиняющимся голосом произнес кто-то во тьме, - вам сюда, в средний тоннель. Он ведет в царство глейтов.
- Так, а это еще кто? – поинтересовался альфар, небрежно поигрывая мечом и идя на голос, - Для гоблина вроде мелковат…
- Кто ты? – спросила Деланна.
Маленькая фигурка поклонилась.
- Я крылатый гоблин, о прекрасная фея, маленький крылатый гоблин из маленького племени, что обитает в Такламских горах. Несколько лун назад мой учитель - великий шаман гоблинов, взяв меня с собой, отправился на юг, в Каронию, чтобы найти город Джаладэрг, столицу давно исчезнувшей империи Олзартов, ибо желал получить еще больше знаний по магическим искусствам. Но, увы, этому не суждено было случиться, потому что во время сильной грозы мой учитель упал в пропасть и разбился, а я, запутав-шись в зарослях, попался троллям. Поскольку я был мал, есть они меня не стали, а первые дни потешались надо мной и сломали мне крылья своими грубыми лапами.
Наигравшись, тролли отдали меня местным оркам, только те не особо приветливо меня приняли, постоянно били, заставляли делать грязную работу, и я решил, что скитать-ся в темноте пещер гораздо лучше, нежели подвергаться унижениям. Я сердцем чувство-вал, что встречу вас.
- У гоблинов, слыхал я, вместо сердца сгусток тьмы, - проворчал Ронар, - Дел, пой-дем отсюда. Сдается мне, что этот вежливый гоблин сдаст нас своим собратьям при пер-вой же возможности, а сейчас просто водит нас за нос, потому что боится подавиться ста-лью, изрекая свои лживые речи.
- Воистину, сердца гоблинов черны, но не у всех, - коротышка вновь поклонился, - и потом, мне ужасно надоело жить отшельником и словно неприкаянная душа блуждать в темноте. Я прошу немногого: просто возьмите меня с собой. Так хочется увидеть сол-нышко и поваляться на зеленой травке у реки.
- На солнце? У реки? – рассмеялся Ронар, - Ты, часом, не забыл, что гоблины терпеть не могут солнечного света!
- Я же говорю, - вновь терпеливо стал объяснять гоблин, - что я из особого племени. Если вы возьмете меня с собой и сделаете, ну, хотя бы, своим оруженосцем, я докажу вам, что я совсем не такой как вы думаете. Не предатель, то есть. И я люблю путешествовать.
- Давай возьмем его, - мягко попросила Деланна, - он такой забавный.
Брови альфара сошлись на переносице. Он отлично знал характер гоблинов, но Де-ланне предпочел уступить. И поверить. Значит, сердцем чувствует. А если что, он всегда сможет размазать этого коротышку по стене или сделать так, чтобы тот стал еще пониже. На голову.
- Пусть будет так, - сказал Ронар, - но не меня благодари, подлиза, а госпожу фею. И смотри: вздумаешь нас выдать своим собратьям…
Далее речь альфара завершил острый клинок со свистом рассекший воздух.
- Я все прекрасно понял, - гоблин постарался как можно ниже пригнуться, и что бы-ло сил втянуть в плечи лобастую голову с огромными остроконечными ушами, - но уве-ряю Вас, мой господин, такого просто не случится.
- Ладно, ладно, - отмахнулся Ронар, - Дорогу знаешь, вот и показывай.
- Прошу сюда, господа.
И гоблин вновь поклонился.

* * *

То ли гоблин действительно знал дорогу, то ли благодаря случайности (а случай-ность, как известно, высшая закономерность) они попали в тоннель, постепенно подни-мавшийся вверх. Пару раз им пришлось подняться на скрипучих лифтах из недр шахты (глубоко же их затащили орки!), а через час уже добрались, лучше сказать – дотащились, падая с ног от усталости и от пережитых событий до пещеры, где мастеровитые глейты вырабатывали золотую жилу. Поначалу их приняли за орков, и хотели, было уже пристрелить из арбалетов, но потом недоразумение разрешилось. Ронар показал глейтам меч, весь покрытый слизью червя, поведал им всю историю о приключениях в подземельях орков, и через час наших героев торжественно встречали во дворце короля Фарага. Ронара же глейты величали теперь не иначе, как Победитель Червя.
- Воистину ты велик, Ронар, - произнес король глейтов, едва Ронар и Деланна вошли в тронный зал, - ибо только по-настоящему смелый воин рискнет сразиться с Червем Под-земелья. Ты спас свою девушку, но скажу тебе откровенно, что никто бы из моих поддан-ных не отважился бы на такое предприятие, даже если бы у него орки утащили бы в раб-ство всех родственников. Скажи мне, что есть в тебе, чего нет в нас?
- Смелость тут совершенно не причем, - промолвил альфар, - Просто я настолько люблю Деланну, что готов сражаться за нее не только с орками, но даже с Аргор Моддор-гом, если понадобится.
- Ради любви к женщине? - с удивлением спросил Фараг, - У моего народа такое не-возможно!
- Ради любви к даме своего сердца, ради самой дамы и во спасение ее можно совер-шить самое невозможное и самое невероятное! – твердо ответил альфар.
Фараг встал с трона и низко поклонился ему.
- Я восхищен тобой, Ронар. Восхищен, ибо у тебя прекрасное и доброе сердце. Я жи-ву уже достаточно долго, и в своей жизни мне довелось повидать не только своих сопле-менников и мерзких орков, живущих по соседству, но еще и людей, ильвейнов, эларов . И поверь мне, то, что я сказал о твоем сердце, это не пустые слова.
А теперь я вижу, что тебя мучает какой-то вопрос. Само собой от золота и драгоцен-ностей ты и так не отвертишься, но я хочу попытаться, если это возможно, разрешить твои сомнения.
- Скажите, могу я стать королем Эглофии? – спросил альфар.
Деланна недоуменно взглянула на Ронара. Вот так дела!
- Я могу спросить у подземных духов, - неторопливо произнес Фараг, - Только нуж-но ли это? Следуй своей судьбе, отважный витязь, верь в свою звезду и, поверь мне, удача тебя не подведет. Я чувствую в тебе королевскую кровь, а это говорит уже о многом. Ко-ролем станешь, но береги любовь свою и береги друзей. Задай вопрос себе и подумай, по-думай хорошенько, что говорит тебе твое сердце.
- Сердце говорит мне идти дорогой приключений, - ответил Ронар, - и я знаю, что путь этот полон опасностей. Спасибо тебе за предупреждение, почтенный старец и пусть королевство глейтов процветает долгие годы!
- Все так, - согласно кивнул Фараг, - но есть еще одно условие. Символом твоей вла-сти помимо короны должен быть еще и меч. Только с его помощью ты сможешь взойти на престол и, что немаловажно, удержать его. Клинок этот не простой, один в мире, сталь его имеет синий оттенок и тверже алмаза.
- Лонкарон! – воскликнул Ронар.
Двадцать два года назад в Латании альфар сумел добыть меч, выкованный богом Скалфером, в чудовищном поединке с самой Смертью – матерью бога латанийцев. От этого клинка пал и древний демон Тронкатор, и король горных троллей, а также множество черных колдунов. Жаль, что Лонкарон утонул в море неподалеку от побережья Вензалии – лучший из всех мечей, что когда-либо держала его могучая рука.
- Правильно, - промолвил Фараг.
- Но этот меч в царстве Танара. Я несколько дней потратил, чтобы найти его под во-дой, только все усилия пропали даром.
- Лонкарон прибрал к рукам сам Танар Владыка морей. По преданию, его дворец на-ходится неподалеку от Колгорских островов.
- Что же теперь делать? – задумался Ронар, - У меня и корабля нет, да и потом, как я доберусь до дворца Танара, он ведь глубоко?
Ронар излагал только факт, а сам уже тем временем думал, как бы повыгоднее все это дело обставить. Так, придется опять тащиться на Ломмор, брать корабль, а заодно вы-яснять у бывалых моряков, где именно находится подводное царство. Времени, конечно, многовато уйдет, но, с другой стороны, как любил говаривать Скалфер, пока имеем то, что имеем.
- За кораблем дело не станет, - разрешил его сомнения старец, - Как раз мимо Шан-тарских гор идет судно твоего друга Дангира. Я с помощью магии доставлю вас на побе-режье. А к Танару ты сможешь попасть очень просто, - тут Фараг снял с пальца бронзовое кольцо, - носи его на безымянном пальце, а наденешь на указательный, сможешь дышать под водой, и вместо ног у тебя появится рыбий хвост.
- Спасибо, - поблагодарил Ронар, надевая кольцо, - а теперь творите волшебство и переносите нас к морю, мы готовы!
_______________











Глава IV. В царстве Танара.

Буря воет и рвет, словно демоны ночи,
Что же ветры судьбы нам еще напророчат?
Неизвестные земли больших островов,
Где живет чародей, не видящий снов.

Песня ломморских пиратов

Они оказались на песчаной косе с трех сторон окруженной отвесными скалами. Перед ними раскинулось синее море, и волны, набегавшие на берег, ласкали им ноги.
В полуфарне от них по лазурной глади неспешно скользил трехмачтовый карак. Это был превосходный корабль с высоким носом, крутой кормой и узким килем, прекрасно вооруженный и готовый в любой момент дать отпор врагу.
- Вперед, - сказал Ронар, - догоним «Лагхель». Это судно моего друга Дангира. Кол-довство глейта перенесло нас точно в условленное место.
Они вошли в воду и поплыли. Не прошло и нескольких минут, как их уже заметил дозорный на марсе , и корабль лег в дрейф . Через фальшборт перекинули веревочную лестницу и, спустя немного времени, Ронар и Деланна уже стояли на палубе в окружении морских бродяг.
- Ронар Доргтон, - раздался голос позади пиратов, - вот это встреча!
Толпа расступилась, и перед ними предстал Дангир, капитан «Лагхеля».
- Мое почтение даме, - корсар церемонно поклонился.
Он откинул с лица прядь темно-зеленых волос, красивое лицо его озарилось улыб-кой. Деланна сразу поняла, что друг Ронара был эларом моря. На это ясно указывал облик пирата, а еще какое-то странное, чувство, говорившее с первого взгляда о том, что элар находится в своей родной стихии.
Альфар отметил про себя, что Дангир нисколько не изменился. В живых глазах его по-прежнему кипела страсть к приключеним и авантюрам, и казалось, что если Ронар сей-час предложит отправиться в какое-нибудь безумное путешествие, Дангир без колебаний согласится.
- Друг мой, как я рад тебя видеть, - обратился он к Ронару, крепко пожимая его руку и похлопывая по плечу, - Рад, что наши пути снова пересеклись. Ну, рассказывай, где ты был все эти годы, гроза океанов и вершитель судеб королей. Решил вернуться в море, а?
- Пока да. Я вновь стал вождем Братства Драконов, и у меня есть тут кое-какие весьма перспективные планы, их мы обсудим позднее с глазу на глаз. Скажу одно: пред-приятие предстоит серьезное, но игра стоит свеч.
- Отлично! – Дангир улыбнулся, - А теперь ступайте, переоденьтесь. Йонто, покажи нашим гостям дорогу.
Помощник капитана проводил Ронара в одну из кают.
- А вас, миледи, я попрошу сюда, - обратился он к Деланне, и указал на соседнюю дверь.

* * *

- Ну, наконец-то, - обрадовано произнес Дангир, - когда Ронар и Деланна, приведя себя в порядок, вошли в его каюту, - Хм, а вы красиво смотритесь вместе. И наряды у вас под стать, словно король и королева сошли со страниц волшебной книжки.
Сам же корсар был одет по-морскому неприхотливо: желтая жилетка, надетая прямо на загорелое мускулистое тело, легкие зеленые шаровары, оттенявшие цвет волос, и сафь-яновые туфли с загнутыми носами. На расшитом золотом поясе в шагреневых ножнах по-коилась волшебная сабля, памятная Ронару еще по сражению у Берега Костей, когда им пришлось испытать не слишком теплый прием в Замке Тьмы Таргрен Дантром .
- Репетируем себя в новой роли, - улыбнулся Ронар, с любовью взглянув на Делан-ну. Она улыбнулась в ответ.
Каюта Дангира навевала впечатление домашней теплоты и уюта. Богатая обстановка показывала, что капитан, даже будучи корсаром, не отказался от удобств и роскоши, к ка-ким привык еще во времена принадлежности к эглофийской знати.
Нашим героям понравилось решительно все: и три квадратных окна, украшенных причудливой резьбой с диковинными зверями, в которой Ронар тотчас признал работу глейтов Велларана, прикрытые легкими полупрозрачными занавесями, и мягкие диваны, обитые темно-бордовым бархатом, и несколько больших зеркал в серебряной оправе, со-всем недавно изобретенных эглофийскими мастерами, и изящные, чуть покачивающиеся золотые люстры, и мягкий когонский ковер на полу.
В центре каюты стоял стол, покрытый узорчатой скатертью. Он был полон различ-ных блюд и напитков. Вокруг стола стояли резные кресла, в которые Ронар и Деланна не замедлили присесть.
Трапеза была долгой. И то не сколько ели, сколько слушали Ронара, который расска-зывал им обо всем, что с ним приключилось с момента расставания как с Деланной, так и с Дангиром, не вплетая в повествование только Альвию. И если Дангир нечего не заметил, то Деланна явно почувствовала, что Ронар многого не договаривает, но ничего
говорить пока не стала, до поры до времени. Нужно будет, он сам все расскажет.
Кроме того, альфар поведал Дангиру о своих планах относительно Эглофии. Корсар с готовностью согласился поддержать Ронара: во-первых, как друга, а во-вторых, разве не заманчиво вернуться на родину, принять титул акафа и стать карафалом эглофийского флота?
В заключении Ронар сказал:
- Нужно кое-куда сходить на «Лагхеле».
- Куда? – Дангир вскинул брови, - В Корф, Торию или, может, в Мальтеку?
Мой карак в твоем распоряжении.
- На Колгорские острова.
- Пятьсот фарн по открытому морю, - задумчиво промолвил Дангир и велел позвать своего помощника.
- Меняйте курс, - приказал корсар, едва Йонто появился в дверях, - Идем на закат.
Помощник капитана кивнул и вышел из каюты.
Зазвучали отрывистые команды, на мачтах закипела работа.
Снасти заскрипели, зазвенели блоки, «Лагхель», поворачивая реи, резко менял курс.
Ветры Судьбы понесли галеон на запад.


* * *

С того дня как Ронар и Деланна ступили на палубу «Лагхеля» прошло десять дней.
- Земля на траверсе ! – прокричал вахтенный.
Палуба загремела от топота, и через несколько минут над планширем уже торчал длинный ряд голов, глазами пожиравших долгожданную сушу. Два больших острова, ок-руженные островками поменьше, на первый взгляд опасности не внушали. Синие волны лениво набегали на желтый прибрежный песок, ветерок играл листьями кокосовых пальм. Лишь одно было странно: не кричали птицы в лесных зарослях, не было слышно возни обезьян, крупных животных в подзорную трубу Ронар с Дангиром тоже не увидели. Но, не смотря на это странное обстоятельство, матросы получили приказ убрать все паруса и бросить якорь в бухте самого крупного из островов.
Спустили шлюпки, и вскоре небольшой вооруженный до зубов отряд высадился на берег. Нашли неподалеку речушку и пополнили запасы пресной воды.
Ронар, вооружившись луком со стрелами, отправился в дебри острова, чтобы раздо-быть мяса к ужину.
В джунглях было невыносимо душно. Тесно стояли друг к другу деревья, оплетен-ные лианами, кустарники, гигантские цветы, растущие прямо на стволах на первый
Продравшись сквозь джунгли, альфар взобрался на холм, потом спустился вниз. Ни-кого. Ни одного шороха, ни одна веточка не шелохнется. Лес был удивительно безмолвен, точно намеренно замер, внимательно наблюдая за незваными гостями.
«Удивительно странная тишина», - подумал альфар.
Оглядевшись по сторонам, Ронар заметил, что у подножия холма чернеет зев пеще-ры. А поскольку его всегда манило таинственное и неизведанное, он решил, что туда оп-ределенно стоит заглянуть.
И с этой мыслью альфар шагнул внутрь. В полумраке он сумел разглядеть то, что привело его в трепет. Странное сияние заливало небольшое помещение. Ронар окинул взглядом подземелье, а потом поднял с пола горсть чего-то блестящего.
- Кости Скалфера, - сорвалось с его губ, - золото!
Он уронил сверкающие монеты и шагнул вперед. Пол был устлан слоем золотых и серебряных монет. Кроме того, здесь были паланкины для королей, седла для единорогов с бляхами из серебра и золотые светильники. Были статуи эларов и глейтов с изумрудны-ми глазами, кольчуги, рогатые шлемы, усеянные рубинами цвета драконьей крови, бле-стящие щиты, усыпанные аметистами и опалами. Отдельно стояли посохи, инкрустиро-ванные жадеитом и бирюзой, золотые перстни с голубыми сапфирами, нефритовые стату-этки, кольца, кожаные пояса, расшитые золотыми нитями, кинжалы с серебряными руко-ятками, золотые чаши и ковши. На штабелях лежали обоюдоострые секиры, усыпанные изумрудами, золотые короны, кувшины и кубки покоились в окованных медью сундуках, бесчисленное множество сапфиров, изумрудов, рубинов, бриллиантов, было просто сва-лено в кучу.
Случайно взгляд Ронара скользнул в самый дальний и темный угол пещеры, и аль-фар замер от неожиданности. Там на груде золота спал страж сокровищ – огромный кры-латый дракон.
«Вот так влип», - с ужасом подумал Ронар, чувствуя, как холодный пот струится по спине.
Но внезапно одно обстоятельство показалось альфару странным. Дракон-то спал, но как-то странно: из ноздрей не шел дым, а от громоподобного храпа не дрожали стены.
Преодолев страх, Ронар подошел к дракону и увидел, что от него остался один лишь скелет. Альфар удивился: судя по размерам ящеру от силы восемьсот лет – самое начало юности у драконов, а ведь для них прожить десяток-другой тысячелетий совсем пустяк.
Но, честно говоря, преждевременная смерть чудовища показалась Ронару весьма по-дозрительной. Если это дракон-призрак, то жди неприятностей.
Однако приглядевшись внимательнее, альфар заметил между ребер ящера кинжал с лезвием длиною в половину локтя, и слегка загибавшимся острием. Вдоль клинка шли магические символы и руны, рукоять же представляла собой подлинное произведение искусства. Она была сделана из прозрачного горного хрусталя, внутри виднелось восходящее солнце, великолепная панорама гор и дремучий лес, раскинувшийся у отрогов.
Ронар еще пристальнее вгляделся в рукоять кинжала, и вдруг все вокруг поплыло, краски замелькали и он оказался на опушке леса. Его неожиданное появление спугнуло осторожных ланей, пьющих воду из ручейка. Из мрака чащи желтыми огоньками на миг сверкнул и погас настороженный волчий взгляд. Ронар закрыл глаза и тряхнул головой, а когда открыл их, то вновь стоял в пещере дракона.
Он перевел дух и напомнил себе, что надо поосторожнее обращаться с волшебными вещами. Хорошо еще, что из мира внутри рукояти ему удалось так запросто вернуться. А ведь все могло быть иначе.
Но, как бы там ни было, Ронар твердо решил, что этот кинжал будет его оружием. Он вдруг ощутил странную потустороннюю силу, исходившую от клинка, словно тот звал его.
Немного покопавшись в сокровищах, Ронар подыскал для кинжала подходящие ножны, изящные и со вкусом оделанные и, чуть улыбнувшись – хорошее оружие было его страстью - повесил клинок на пояс.
Продолжив осмотр дракона, альфар увидел, что внутри ящера на том месте, где дол-жен был находиться желудок, лежат обугленные и раздробленные человеческие кости. Ронар живо представил себе картину: храбрый воин, судя по костям элар, вонзает вол-шебный клинок в спящее чудовище, но только ранит его, а проснувшийся ящер, ошелом-ленный неожиданным вторжением, сначала выдыхает на храбреца пламя, а потом пожи-рает его.
Но кинжал-то оказался волшебным и все-таки добил дракона, даже после смерти хо-зяина. Впрочем, что говорить, магическое оружие эларов всегда отличалось своими не-обыкновенными свойствами.
Ронар облегченно вздохнул. Довольная улыбка тронула его губы.
- Отлично, - в азарте прошептал он, - деньги для войны с Ригендо у меня уже есть!
И стрелой понесся на побережье, к «Лагхелю».
Вскоре альфар был уже на берегу.
- Ронар, - с тревогой спросила Деланна, - Что случилось? Ты где так долго пропадал? Я уже передумала все, что можно!
Она бросилась ему на шею.
- Кажется, ты обещал нам мяса к ужину, - встрял Дангир, прерывая их затянувшийся поцелуй, - И почему-то ничего не принес.
- Потому что ничего не попалось, - ответил Ронар, переводя дыхание, - но я нашел кое-что поинтереснее, чем дичь.
- Что? – Дангир вскинул брови.
Альфар показал монеты.
- Клад. Там столько добра, что мы и за день не управимся.
- Наверняка сокровища охраняет кто-нибудь, - заметил Дангир, - дракон, например, или тролли.
- От дракона осталась лишь груда костей, - произнес альфар и слегка махнул рукой, давая понять, что опасения Дангира совершенно напрасны.
- Это меняет дело, - с воодушевлением произнес пират.
Вскоре было решено, что несколько человек будут ждать подхода сокровищ, чтобы перевозить их на корабль, а другие пойдут за ними в пещеру.
Оставив корсаров разбираться с драгоценностями дракона, Ронар вновь вернулся к морю. Он вошел в воду по грудь и нырнул, после чего надел кольцо глейтов на указатель-ный палец и сразу почувствовал, что может свободно дышать. Вместо ног у него появился рыбий хвост. Поначалу, это было не очень удобно, казалось, будто ноги склеены вместе.
Но, наконец, освоившись, Ронар поплыл. Благодаря хвосту, он двигался гораздо бы-стрее и, как это ни странно, не ощущал особо ни давления воды, ни тяжести своих движе-ний.
А вода была на удивление прозрачной. Лучи полуденного солнца до самого дна про-низали толщу воды. Было видно и водоросли, и причудливые скопления кораллов и стай-ки рыб, снующих вокруг и поблескивающих зеркальной чешуей.
Вдруг из-за камней выполз чудовищный морской змей. Он незаметно подкрался к альфару и вмиг опутал его своими кольцами, так что тот не мог морских водорослей, чем-то напомнивших Ронару земные джунгли.
Словно по волшебству, водоросли расступились перед ними сами собой, и показался огромный, дивной красоты хрустальный дворец. Чудовище направилось туда.
Охрана ворот – морские коньки с копьями наперевес пропустила их, и вскоре змей достиг главного зала. Там, на троне из красных кораллов, восседал Владыка Морей – Та-нар. Это был огромный гигант получеловек-полурыба, с седыми волосами и бородой, и черными, словно опалы, глазами. На теле выделялись рельефы могучих мускулов, сильная рука сжимала волшебный трезубец; рыбий хвост нервно подергивался.
Глаза Ронара заблестели, когда он увидел на поясе бога свой легендарный меч.
- Лонкарон, - прошептал альфар радостно.
Вдруг змей заговорил, несказанно удивив Ронара.
- Я поймал чужака неподалеку. Он не морской обитатель, а колдун. Что с ним делать, Повелитель? Прикажешь отдать акулам, или быть может, бросить в Черную Впадину?
- Подожди, - грозно произнес Танар, - Я хочу узнать сначала, что привело его сюда. Быть может, он вражеский лазутчик, или просто глупец, вздумавший играть в игры с бо-гами. Освободи-ка его.
Змей прошипел что-то неразборчивое и ослабил кольца. Зачем с чужаком разговари-вать? Прикончить и дело с концом. А то, не ровен час, накликаешь беду.
- Зачем ты явился, презренный? – обратился бог к альфару, - Известно ли тебе, что из моего царства назад пути нет? Тот, кто попал сюда, остается навеки!
Только ответь мне: что привело тебя сюда? Тебя послали разведать о наших богат-ствах? Или похитить самые прекрасные сокровища моря?
- Драгоценности меня не интересуют, - равнодушно ответил Ронар, - А вот меч, что висит у тебя на поясе, пожалуй.
- Что еще за, пожалуй? – Танар начинал сердиться. Мало того, его просто взбесило хладнокровие альфара.
- Меч принадлежит мне по праву поединка, - твердо сказал Ронар, - Я сражался с са-мой Смертью и Лонкарон стал моим. Оружием победителя! А ты присвоил то, что тебе не принадлежит. Или уже успел позабыть тот шторм, который настиг мой корабль у побере-жья Вензалии, посланный тобой, между прочим, о великий Танар! Скалфер мне рассказы-вал, что ты уже давно вознамерился завладеть Лонкароном, да только ссориться с богом Севера тебе было не с руки, но зато когда хозяином меча стал я, ты своего не упустил!
Рыбы различных пород, русалки, осьминоги и прочие морские обитатели, находив-шиеся в тронном зале, зашептались.
- Ты обвиняешь меня в воровстве? – разъярился Танар,- Меня, Владыку Морей, мо-гучего бога!
- Мне все равно, кто ты, - спокойно ответил альфар, - отдай мой меч и в своем царст-ве ты меня более не увидишь.
- Ты умрешь, ничтожество! – вскричал Танар, вскакивая с трона и занося трезубец.
Бог стремительно подплыл к Ронару и нанес удар, но альфар не стоял на месте. Он ушел вниз и мечом поддел пояс Владыки морей. Тот расстегнулся и Ронар, схватив его, вытащил из ножен Лонкарон. Он бросил простой клинок и взялся обеими руками за руко-ять самого лучшего меча, что когда-либо держал в своей жизни.
Лонкарон отразил новый удар трезубца и прочертил алую полосу на груди Танара. Вода окрасилась кровью.
- Так у богов тоже кровь красная, - рассмеялся Ронар, - а я и не знал!
Танар свирепо зарычал и отплыл в сторону.
- Сейчас ты пожалеешь, что родился на свет! Ты осмелился поднять руку на бога и за это дорого заплатишь!
Из трезубца вырвался черный смерч и поглотил альфара. Ронар ничего кроме яркого белого света не видел. Внезапно его тело пронзила боль, адская боль, которую Ронар не смог стерпеть и дико, словно раненый тигр, закричал. Ах, если бы у него был волшебный посох!
Вдруг, что-то обожгло огнем его щеку, и морок развеялся. Альфар помотал головой, стараясь придти в себя. Он снова был в зале Танара, впереди злобный Владыка Морей, а рядом справа… Скалфер – огромный исполин на две головы выше его, в проржавевшей кольчуге и стальном рогатом шлеме. Череп из-под шлема, казалось, улыбался, но неми-гающие красные глаза грозно сверкали, а по широким плечам разметалась копна седых волос. В руке бог сжимал Эронтар, меч, прославленный не менее чем Лонкарон. Это Скалфер порезал щеку Ронара, разбив чары.
- Ты вовремя появился, - обрадовано произнес альфар.
Еще секунда и два лучших воителя мира стали плечом к плечу.
- Убейте их! – заорал Танар.
На его зов в зал ворвались акулы. Увидев цель, они бросились на воинов. Неожиданно оба меча – Лонкарон и Эронтар, засветились небесным светом и словно из ниоткуда донеслись как бы отголоски Древней Песни эларов, той, что заставляла дрожать темные силы:

Неф элерен иннат лерон,
Си лэйвон, нэймот оф арон,
Литуинар дарг элерен,
Нен Айни эллет таргоден.

- Пора! – рявкнул Скалфер металлическим голосом.
Мечи рассекали тела рыб с легкостью, ибо могучая сила питала клинки. Неожидан-но Танар напал на Скалфера со спины, сжав его в своих могучих объятиях. Однако тот их с легкостью разжал, а подскочивший сзади Ронар с воинственным криком снес голову Танару.
- Уходим! – бросил Скалфер.
Альфар согласно кивнул, и оба воителя ринулись из зала, рубя направо и налево.
- Снимай кольцо, - произнес Скалфер и Ронар сдернул кольцо Фарага, надев его на безымянный палец.
Он тотчас превратился в обычного альфара. Через несколько мгновений Скалфер с помощью магии перенес его на берег.
В это время принцесса Лалона старшая дочь Танара сорвала с головы поверженного отца золотую корону и водрузила ее на свою голову. Как, однако, удачно все сложилось! Если бы не этот храбрый витязь, ходить бы ей в принцессах еще как минимум полторы тысячи лет!
«Спи спокойно, папочка» - саркастически подумала она.
- Акира! – позвала Лалона и огромная хищная акула-молот, находившаяся в тронном зале, подплыла к ней.
- Что угодно, Богиня Морей?
- Пошлите морского дракона за кораблем убийцы моего отца, пусть он потопит его!
- Как прикажете, госпожа.
Акула стремительно уплыла.
Лалона, конечно не желала смерти Ронару, просто сделала это для отвода глаз. Принцесса была ему благодарна за то, что он убил ее отца, которого она не любила и меч-тала отобрать власть. «Если этот воитель выживет, я его никогда более не трону, а буду всячески покровительствовать» - подумала богиня.
А тем временем Ронар и Скалфер очутились на берегу.
- Спасибо, - поблагодарил альфар, - Ты как всегда вовремя.
Бог махнул рукой.
- Не стоит. По правде говоря, я искал тебя, чтобы сообщить нечто важное. Я пока еще не совсем уверен, но, тем не менее, считаю, что ты это должен знать. Я чувствую опасность, угрозу, но от кого она исходит, это таинственным образом ускользает от меня. Кто-то копит мистическую энергию «и да свершатся дела Тьмы» Большие перемены грядут в Мелузии и чаша Мировых Весов колеблется. Черные маги копят силу и призы-вают демонов из других измерений, чтобы обрести вековую власть. Начало этого клубка теряется где-то на Севере. Именно там самый большой источник мистической энергии. Но точное место скрывают очень сильные чары.
Другая концентрация, менее слабая, на юге. Я подозреваю, что тут замешаны карон-ские шаманы, но опять, же это только догадки.
Кроме того, я опасаюсь за Когон, да и Манкаллия внушает некоторую тревогу.
- Что-то я не совсем понимаю, - покачал головой альфар. - Когонские колдуны всегда стремились к мировому господству, пока я не разрушил их культ, сойдясь в поединке с верховным магом. Чем могут быть страшны полудикие каронские шаманы или придворные лизоблюды короля Манкаллии?
Поверь мне, если нам чего и стоит опасаться, так это колдовства орков. Они – дети пещерной Тьмы и ведь именно их кудесники были создателями черного колдовства, зна-ния о котором они добыли у обитателя подземных глубин – Ужаса Тьмы или Аргор Мод-дорг, как его называют глейты. Вспомни, что саги говорят об этом.
- Орки? – Скалфер призадумался, - А ведь это стоит проверить. Подозревая высших мира сего, мы часто забываем о червях, копошащихся под земелей.
Видишь, вместе уже полдела решили. Остается узнать, кто именно и для чего это де-лает. У меня есть подозрение, что колдунам кто-то специально помогает, преследуя опре-деленную цель. Но какую?
- А вот какую, - высказал догадку Ронар, - они обретают максимально доступный, а вернее, кем-то дозволенный предел энергии, а потом этот кто-то попросту забирает ее се-бе. Собрав все воедино, он использует собранную силу для очень опасного колдовства, возможно угрожающего обоим континентам.
- Заклятие умноженной силы, - проскрежетал Скалфер, - этот кто-то действительно очень умен! Клянусь Четырьмя Ветрами, мы имеем дело с опасным, очень опасным про-тивником.
- А когда наши враги не были опасными? – пожал плечами альфар, - Но, собирая Си-лу, он все больше уверяется в своей неуязвимости, а значит теряет бдительность. Этим мы и воспользуемся. Поверь мне, я с удовольствием посмотрю, как лезвие окровавленного меча будет торчать у него между лопаток! Да, и еще, Скалфер. Элории каким-то образом удалось проникнуть в Мелузию. Может, она тоже как-то со всем этим связана?
- Я знаю о ней, - кивнул Скалфер, - Кто же, по-твоему, утащил тебя прямо у нее из-под носа? Нужно выяснить все как можно скорее, но мне потребуется твоя помощь. Ты как?
- Разве я когда-нибудь тебе отказывал? – немного с обидой сказал Ронар.
- Ладно-ладно, не обижайся. Скажи лучше, какие у тебя ближайшие планы?
- Самым важным для меня было найти Деланну, - произнес альфар, - теперь я наме-рен стать королем Эглофии, чтобы разобраться с теми, кто угрожает Альвии и Мелузии. Имея сильное государство и самые мощные во всей Мелузии армию и флот, я смогу пре-одолеть все преграды, что станут у меня на пути.
Скалфер кивнул.
- Да будет так, Ронар. Только знаешь, какое-то смутное чувство тревожит меня. Что-то должно случиться. Непоправимое. Страшное. Для тебя. Но что именно, скрыто от мое-го взгляда. Лишь в одном я могу тебе помочь. Используй их в минуту самой крайней нуж-ды, в то самое мгновение, когда ты поймешь, что это нужно сделать именно сейчас. Раз-бей их. А теперь до встречи!
И Скалфер исчез так же внезапно, как и появился.
На раскрытой ладони Ронара остались лежать маленькие песочные часы. Он с со-мнением поглядел на них, вот так штука! Но, подумав немного, положил в карман и, про-кручивая в голове еще раз разговор со Скалфером, зашагал к лагерю.
- Совсем забыл, - фигура бога снова выросла на пути Ронара, - тех сокровищ, что вы увезете на «Лагхеле» будет мало, чтобы вести войну. Поэтому я дарю тебе свой волшеб-ный кошелек. В него вместятся все золотые и серебряные монеты дракона и место еще останется.
Очертания Скалфера заколебались, и через мгновение он превратился в полупро-зрачное облачко серого тумана, которое унес внезапно налетевший порыв ветра.
Ронар зашагал дальше.
По пути альфар подумал, а не могла ли быть взаимосвязь между таинственным взглядом, что наблюдал за ним и собирателем магической энергии на Севере. Что ж, вполне возможно. Надо будет послать весточку Натерро – королю эларов, и Тагону – ко-ролю глейтов, они, скорее всего, смогут рассказать обо всем, что творится в полуночных землях и о неведомом волшебнике, что плетет тонкую паутину заклинаний, собирая чу-жую магическую энергию воедино.
Идти же Ронар решил не вдоль побережья, чтобы не огибать мыс, а отправился на-прямик через заросли: так было почти вдвое короче.
Занятый своими мыслями, он выбрался из леса на пляж и застыл как вкопанный. Ка-рака не было! Чуть поодаль, у воды, валялась раздробленная шлюпка и растерзанные в клочья останки пиратского лагеря.


* * *

Не прошло и секунды с момента увиденного, как Ронар был уже настороже, и Лон-карон с шелестом покинул ножны. Волнительная дрожь, свойственная только искателю приключений, пробежала по спине. Меч вспыхнул голубоватым сиянием, осветив какие-то странные вмятины на песке, похожие на отпечатки следов великана. И, судя по догад-кам, именно великан похитил людей и корабль. Друзья в опасности!
Тревожно забилось сердце. От волнения, что с его любимой могло что-то случиться, Ронар перешел на бег. Через фарну, когда показались очертания второго острова, следы великана оборвались в воде.
Вечерело. Над торчащей поверх леса верхушкой холма курился дымок, и это указы-вало на признаки жилья.
Войдя в воду, альфар превратился в тигра и попыл – так ему было удобнее. Не меша-ла ни одежда, да и меч не тянул ко дну. Еще втайне Ронар надеялся, что пока он переправ-ляется, ни одна акула не позарится на него, хотя приходилось быть готовым ко всему. Но все благополучно обошлось.
Выйдя на берег, Ронар вновь стал самим собой, и, крадучись, направился к жилищу великана.
Картина, которую он увидел на открытой поляне спустя некоторое время, ему не по-нравилась. На костре, источая не слишком приятный запах, жарился какой-то несчастный из пиратской команды, а всех остальных эмеген запер в деревянной клетке, подвешенной на сук огромного дерева. Неподалеку на водной глади озера, отражавшей отблески огня, покачивался «Лагхель» - своего рода игрушка для такого чудовища.
Сам великан сидел у костра на стволе упавшего дерева и, неспеша покручивал вер-тел, чтобы такое вкусное, по его мнению, мясо могло равномерно подрумяниться со всех сторон. Вид великана вызвал у Ронара не сильно приятное впечатление: косматые волосы, мутные глаза в кровавых прожилках на изъеденном болезнью лице, желтые, неровно торчащие из хищного рта, зубы, нос, изогнутый крючком, точно у ястреба. Массивное тело его представляло сплошную груду мышц, кое-как прикрытое разноцветным тряпьем. Неподалеку лежало оружие эмегена : огромный, с зазубринами, заржавленный меч, покрытый коркой спекшейся крови и скорее похожий на мясницкий тесак, круторогий, раза в полтора выше альфара, лук со стрелами, толщиной в человеческое запястье.
- Мой господин, - неожиданно донесся голосок из кармана Ронара, а через секунду оттуда показалась лобастая гоблинская голова.
- О, звездный Эрт , - с недовольством выдохнул альфар (только этого остолопа ему сейчас не хватало!) и шепотом спросил у гоблина, - Чего тебе?
- Я всего лишь хочу помочь Вам, мой господин. С этим переростком мы разделаемся в два счета: видите, как тени от костра пляшут по поляне и очень напоминают злобную демоническую пасть. Так вот, я помогу Вам оживить эту тень. Пасть сграбастает великана за милую душу, даже косточки не оставит. Просто воткните в землю свой новый кинжал и скажите «ундорг келенгот», что в переводе с языка темных эларов значит «жадная пасть». Как вы, наверное, уже догадались, это волшебный клинок. Более того, я скажу Вам, мой повелитель, что знаю его. Это Пожиратель плоти, созданный темными эларами для борьбы со своими извечными врагами – великанами и драконами. Лезвие его, войдя в плоть, настолько быстро поглощает ее, что от того же, к примеру, великана чистый скелет останется через пару минут. На дракона уйдет от силы минут десять… Также можно вызвать злобную пасть, что мы сейчас и сделаем. Можно, конечно, и просто метнуть кинжал в эмегена, но нужно ли говорить при этом что-то, я не знаю. Пасть, пожалуй, понадежнее будет.
Последние слова гоблина альфар слушал уже вполуха, в очередной раз подумав, что поход на Колгорские острова оказался весьма удачным. А сколько еще полезных вещиц может оказаться среди остальных сокровищ?
Он машинально кивнул, велел гоблину спрятаться, и вновь принялся наблюдать.
А где же Деланна, спросите вы? Ей-то как раз пришлось пострашнее всех: хрупкой девушке, пусть даже отважной предводительнице пиратов, выпала участь танцевать на раскрытой ладони великана, а тот внимательно смотрел, время от времени скаля свои ост-рые зубы и слегка притоптывая ногой в такт.
Деланна стремилась выиграть время, отвлечь внимание великана от людей. Но на-долго ли хватит сил? «Где же ты, Ронар?» - беззвучно шептали прекрасные губы, и боже-ственное тело извивалось в восхитительном ритме южного танца.
Внезапно эмеген что-то почуял.
- Эй, - рявкнул он, втягивая носом воздух, - кто здесь прячется? А ну покажись!
И альфар с обнаженным Пожирателем плоти, прекрасно зная, что делает, ступил в свет костра.
- Ты кто? – спросил великан.
И Ронар ответил так, как в этой ситуации мог ответить только он:
- Я тот, кто приходит в ночной тишине,
Волшебный клинок сверкает во тьме,
Страшись исполин, хладной стали клинка!
Ты кровью окрасишь вокруг облака!
- Да ты никак стихоплет, - великан живо заинтересовался Ронаром, - только я не-сколько глуховат и плохо разбираю твой комариный писк. Погоди, я сейчас наклонюсь поближе.
Эмеген опустил с ладони Деланну, почти потеряв к ней интерес, но она, к его удив-лению, метнулась не в чащу леса, а к альфару.
Великан склонил голову к земле.
- Ну-ка, прочти мне свои вирши еще раз, – потребовал он, - да смотри, не вздумай уколоть меня своей иголкой!
Тело эмегена затряслось от смеха.
- У меня немного другие планы, - виновато улыбнувшись, сказал Ронар, мимоходом поглядывая на заалевшее лезвие Пожирателя плоти, мерцание которого достигло своей предельной яркости, означавшей, что кинжал набрал полную силу, - тебе предстоит от-правиться в небольшое путешествие.
Великан недоуменно глянул на Ронара.
- Какое путешествие, что ты несешь, козявка? – прорычал он.
Отвечать альфар не стал, а метнул кинжал в землю прямо под ноги великану, про-шептал волшебные слова, освобождая магическую энергию, и рванулся в сторону, увлекая за собой Деланну.
На месте где стоял великан, земля разверзлась, превратившись в жуткую слюнявую пасть длиною во всю поляну, с огромными коническими зубами, похожими на кинжалы. Длинный язык вмиг сграбастал потерявшего опору исполина, и, не обращая внимания на его громовой рев, утащил под землю.
Деланна поцеловала Ронара и прижалась к нему. Другого она и не ожидала. Ронар охотно ответил на ее поцелуй, мельком глянув на торчавший из земли край лезвия Пожи-рателя плоти. Исчерпав силу, волшебное сияние клинка угасло.


* * *

Два последующих дня у наших героев ушли на то, чтобы починить «Лагхель», побы-вавший в ручищах великана, а потом вывести его из озера (благо оно было проточное) ко второму острову на место прежней стоянки.
А затем три дня и три ночи пираты гребли лопатами золото в пещере дракона, вы-сыпая его в волшебный кошелек, поочередно сменяя друг друга, пока не подчистили все до последней монетки.
В обратный путь тронулись с рассветом. Ронар стоял на шканцах и, положив ладонь на рукоять Лонкарона, провожал очертания исчезающих Колгорских островов долгим взглядом. Все пока складывалось удачно, но какое-то смутное чувство тревожило альфа-ра. Где-то в глубине души Ронар знал, что что-то пойдет не так, как он хочет.

* * *


Кругом только открытое море и ничего более. За бортом весело плещутся бирюзо-вые волны, попутный ветер наполняет тугие, красиво изогнутые паруса карака. День еще только начинается, поэтому не так печет.
Ронар и Деланна, расположившись на палубе в удобных гамаках, о чем-то негромко беседуют. Море пустынно. Разомлев на солнце, дозорный на марсе, потихоньку начинает клевать носом. Ему грезится земля, портовые девки в откровенных нарядах, грохот бока-лов в тавернах и веселые голоса морских волков, рассказывающих друг другу небываль-щины.
Лениво окинув взглядом море, Ронар собрался, уже было, сказать Деланне очередной комплимент, как вдруг заметил слева по борту в паре полетов стрелы огромного плезиозавра, приближавшегося к кораблю. У ящера было массивное тело, покрытое буро-зеленой кожей, на длинной шее покоилась маленькая приплюснутая голова. Две пары ластообразных конечностей, барабанили по воде.
- Тревога!!! – закричал альфар, соскакивая с гамака и хватая Лонкарон, - Дел, быстро в каюту!
На крик Ронара вся команда высыпала на палубу. Все побледнели от ужаса, увидев морского дракона.
- Занять места у аркбаллист! – пытаясь сохранить самообладание, приказал Дангир, - Лучники, на мачты! Копейщики, становись вдоль борта!
Не мешкая, пираты бросились исполнять приказания капитана.
Ронар стал у аркбаллисты. Она представляла собой деревянную раму с длинным стальным стволом, который оканчивался огромной тетивой. Тетива натягивалась с помо-щью пары коловоротов и, освобождаясь, толкала поршень внутри желоба, а тот стальное или каменное ядро.
Он быстро втолкнул в ствол тяжелый снаряд, закрутил ручками коловоротов, наце-лил аркбаллисту на плезиозавра и нажал на рычаг, удерживающий тетиву.
С громким хлопком конусообразный снаряд вылетел из ствола и врезался в грудь дракона, тотчас взвывшего от боли. Рядом хлопнула вторая аркбаллиста, но ядро пролете-ло мимо и с плеском шлепнулось в воду.
Плезиозавр оглушительно заревел и с удвоенной скоростью рванул к кораблю. Еще минута и над бортом показалась его голова. Своей жуткой пастью дракон принялся кру-шить его, и обломки досок захрустели в его конических зубах.
- Стрелы и копья! – приказал Дангир.
Зазвенели тетивы луков, полетели стрелы. Пираты метнули копья. Но на ящера это мало подействовало. Стальные наконечники беспомощно скользили по мокрой коже зве-ря, игравшей на солнце радужными бликами.
Дракон тупо уставился на мелких букашек, пытавшихся оказать ему сопротивление, а через несколько секунд его голова метнулась за добычей. Алчная пасть схватила первого попавшегося матроса, мощные челюсти с хрустом сомкнулись, брызгая кровью.
Эта же участь постигла еще четверых корсаров, оказавшихся менее расторопными, чем их остальные товарищи.
Утолив немного свой голод, чудовище принялось раскачивать судно. Вперед-назад, вперед-назад, словно колыбель с младенцем. Устоять на палубе оказалось просто невоз-можно. Внезапно чья-то меткая стрела попала монстру прямо в глаз и он, перестав качать корабль, дико взревел от боли.
И снова самые отчаянные бросились к дракону с мечами, стремясь отрубить его ла-пы, вцепившиеся в борт, но, ни один клинок не брал толстую шкуру. Лишь Лонкарону в крепких руках альфара посчастливилось оставить глубокую рану на запястье ящера, толь-ко это еще больше разъярило чудовище.
С удивительной быстротой заметалась хищная голова дракона, хватая несчастных моряков, и длинная его шея извивалась, точно змеиное тело.
Тут откуда ни возьмись, раздалась прекрасная чарующая мелодия. Все замерли, словно статуи, а особенно морской дракон. Голова его медленно покачивалась из стороны в сторону. Рев чудовища стих. Глаза подернулись пленкой и закрылись. Когтистые лапы, вцепившиеся в борт «Лагхеля» разжались. Еще минута и гигантский ящер скрылся в мор-ской пучине.
Музыка смолкла. Оцепенение спало с корсаров, и они увидели, кому обязаны спасе-нием: на шканцах, держа в руке маленькую ильвийскую дудочку, стояла Деланна.
- Вот и все, - спокойно сказала она, - дракон больше не вернется.
Пираты разразились, было, ликующими возгласами в благодарность своей спаси-тельнице, но вздыбившаяся посреди спокойного моря огромная волна, вновь привела их в ужас.
Постепенно волна приняла вид прекрасного женского лика, который заговорил, об-ращаясь к альфару:
- Можешь быть спокоен, воитель, убивший моего отца Танара своим колдовским ме-чом. Никто более не нападет на тебя. Благодаря тебе я обрела власть над всеми морями, и за это я буду покровительствовать тебе.
- Кто ты? – спросил Ронар.
- Знай же, я – богиня Лалона, Владычица Морей. А теперь, плывите, но помни, аль-фар, если вам потребуется моя помощь, позовите меня и я приду!
- Благодарю тебя, Владычица, - с почтением проговорил Ронар, - Для нас это боль-шая честь.
- Восточный ветер проводит вас до Пелита, - милостиво сказала богиня, - И звезды на ясном небосклоне будут вести вас точно по курсу.
- Тогда чего же мы ждем? – воскликнул Дангир, становясь к штурвалу, - Слушай мою команду: всем по местам, курс на восход!
И клянусь девятью кубками Ада, если кто-нибудь еще раз заснет в «вороньем гнез-де», акулы им славно пообедают. Живо за работу, братья-волки! Судьба Эглофии в наших руках!
_________________


































ГЛАВА V. Разрешенные сомнения.

Сердце тревожно бьется в груди
Что же ждет его там, впереди?
Ведьмины чары ильковарный клинок?
Плещутся волны и лижут песок.

Путешествие Ронара.

Луна серебрила море. Неяркий свет далеких звезд делал ночью остров Пелит таин-ственным и загадочным.
«Лагхель», прокравшийся точно безмолвный призрак в северную бухту острова, чуть покачиваясь, застыл на якоре. Через несколько минут от карака отчалила небольшая шлюпка, направляясь к берегу.
Пока добирались до острова, Ронару пришлось изрядно попотеть, чтобы справиться с течением, пытавшемся вынести хрупкую лодочку в открытое море. Но, благодаря вол-шебным наплечникам, что наполняли его мышцы неукротимой силой, он превосходно справился с этим.
На берегу, едва он и Деланна миновали неширокую песчаную косу, им тотчас же пришлось пустить в ход кинжалы. Джунгли в этой части острова были настолько густыми, что совсем не подходили для подобных путешествий. Но Ронар не зря выбрал для высадки это место. Неподалеку находилось заброшенное капище людоедов, приплывавших на пирогах с материка и устраивавших здесь кровавые жертвоприношения, пока их не разогнал отряд воинства Мрака под предводительством Ронара-зомби (кто ж виноват, что шаманам дикарей взбрело в голову устраивать празненства именно в полнолуние?). После этого дикари нашли другой остров, поспокойнее и поближе к большой земле, а обосновавшиеся в скором времени на Пелите пираты предпочитали не тревожить понапрасну таинственных духов, дабы не накликать беду на островное братство.
- Ну, что, - сказал Ронар Деланне, когда они, наконец, выбрались из чащобы на про-торенную тропу, - Мы почти у цели. Обычно с севера на стены часовых не выставляют, так что я думаю, преград не будет.
И действительно, без помех преодолев зубчатую стену с помощью волшебного поя-са-змеи, они садами добрались до дворца. Таким же порядком влезли на карниз и застыли у одного из окон, ведущих в покои Элории.
Альфар напряг свои стальные мускулы и огромным усилием развел два железных прута в разные стороны, образовав пространство, через которое могло протиснуться чело-веческое тело.
- Я первая, - шепнула ему ильвиния, и, не дожидаясь возражений, с кинжалом в руке, точно кошка, скользнула вперед.
- Деланна, - раздался совсем рядом мягкий голос, - ты решила убить меня спящей… Это нехорошо!
- Ольна! – выдохнула Деланна, - О Скалфер!
- Ты ошиблась, милая, я Элория, хотя это не так уж и важно. Заходи, и ты, Ронар, не стесняйся. Располагайтесь поудобнее, присаживайтесь, в ногах правды нет. Хоть оценю вас, голубки, как вы вместе смотритесь. Это хорошо, что вы пришли вдвоем: дам шанс умереть вместе. Как там, в старой сказке: они жили долго и счастливо и умерли в один день. Конечно, долгую и счастливую жизнь я вам, увы, обещать не могу, а вот умереть в один день, да что там, в одну минуту, запросто…
Голос Элории был мягок, но как дышал он ненавистью! Ведьме стоило больших тру-дов держать себя в руках. Она неторопливо расхаживала по комнате, и, видимо, полно-стью чувствовала себя хозяйкой положения.
- Что ж, Ронни, - после некоторого молчания вновь продолжила она, - Вкус у тебя есть. Гляди, какую киску себе присмотрел. Какую и мечтал, наверное. «Ах, моя дорогая, ты знаешь, мне нравятся блондинки. Прости, но я не люблю тебя», это я должна была от тебя слышать! Даю тебе последний шанс, Ронар: оставь ее, и я все прощу тебе и забуду. Пусть все будет как раньше.
Взгляд альфара оставался невозмутимым. Он пожал плечами.
- А что было раньше, Элория? Ты сама себе выдумала невесть что, а теперь тешишь себя неразделенной любовью. Ничего не было, Элория. Я люблю Деланну.
Ведьма задрожала всем телом от негодования.
- Так люби же ее мертвой, глупец!
В руках Элории появился огненный шар.
- Это был твой последний шанс, альфар, - гневно сказала она, - Вернись ты ко мне и мы бы стали хозяевами Вселенной, но раз так…
В этот момент Деланна, повернула золотую статуэтку, стоявшую на столе у окна, и пол под Элорией исчез. Изумление ведьмы сменилось ужасом, а потом со дна раскрывше-гося колодца донесся глухой удар, треск разрываемой плоти, дикий крик и … тишина.
Альфар с опаской подошел и глянул вниз. Картина была ужасной. Тело Элории было пронзено острыми шипами, а на прекрасном лице застыла жуткая маска смерти. Он зажмурил глаза и отвернулся.
- Не будь слишком сентиментальным, - послышался голос Деланны.
Ронар открыл глаза и повернулся к ней, заметив, как в глазах ильвинии промелькну-ли и угасли искорки огня.
- Жалко ее, - сказал он, - просто жалко. Но люблю я тебя и только тебя. Я ведь вер-нулся, чтобы найти тебя.
Деланна тяжело вздохнула, глянув в окно.
- Да уж…Тебе пора. Скоро рассвет, а еще нужно успеть добраться до «Лагхеля» за-темно.
- Ты права, - согласился Ронар, - Только будь осторожнее. Береги себя.
- Я буду ждать, - прошептала Деланна.

* * *

Утром, как и было условлено, «Лагхель» вошел в гавань острова Пелит и застыл у каменного причала.
Капитан патрульной биремы, тот самый, что встречал Ронара в прошлый раз, так и остолбенел от удивления, увидев на шканцах карака знакомую фигуру ломморского вожака, а при встрече даже отвесил неловкий поклон, правда, что сказать не нашелся – от удивления слов просто не было.
Ронар же и Дангир, облаченные в элегантные одежды, точно знатные гранды в окру-жении свиты важно шагали ко дворцу, где их ожидала Деланна и освобожденная команда «Эатона».
- Капитан! – радостно воскликнул Зинглар, едва увидев альфара, - Вы как всегда на высоте. Я ведь говорил им, что вы вытащите нас, во имя Девяти кубков ада! Ну же, рас-скажите, капитан, как Вам это удалось?
- Потом, все потом, Зинглар, - улыбнулся Ронар, - Вечером соберемся за бутылочкой вина, и я вам обо всем поведаю. История эта долгая, да и дней прошло немало, а уж сколько всего случилось… Может, статься, историй-то не на один вечер хватит.
Пираты ошеломленно покачали головами, некоторые даже повздыхали сокрушенно, сетуя, что опять пропустили все самое интересное.
- Отдыхайте, восстанавливайте силы, пока есть возможность, - сказал Ронар своей команде, - А чтобы вам не было скучно…
Тут альфар сделал паузу, собираясь вытащить монеты из кошелька, подаренного Скалфером, и с удивлением обнаружил его отсутствие. Вот так чудеса! Все время висел на поясе, а что его нет, внимания и не обращал, пока не понадобился.
Ронар недоуменно взглянул на Дангира.
- Кошелек пропал, - прошептал он своему другу.

* * *

- Про сокровища знала только команда Дангира, - нервно сказала Деланна, взад-вперед расхаживая по комнате.
- Знаю, - ответил Ронар, - но кто мог похитить кошелек, ума не приложу. В команде Дангира нет случайных людей и в честности их можно не сомневаться.
- Да то золото, что находится в кошельке, подкупит любую честность!
В гневе Деланна топнула ногой.
- Тише, тише, - попытался успокоить ее Ронар, - Подумаешь, кошелек пропал. Золо-то, это дело наживное.
- Я поражаюсь твоему спокойствию! - ахнула ильвиния, - у него из-под носа увели миллионы золотых монет, а он стоит здесь и спокойно рассуждает. Если тебе не жалко своих усилий, то пожалей, хотя бы, усилия других!
- Да остановись ты, в конце концов! – терпение альфара в этот раз лопнуло неожи-данно быстро. – Пропади оно пропадом, это золото! Другое найду. Всегда есть варианты. А на острова, если ты помнишь, мы отправились за Лонкароном, и то, что нам посчастли-вилось найти там сокровища дракона, просто случайность, не более того.
- И, тем не менее, - не уступала Деланна, - Ты собираешься стать королем. Чем ты будешь платить армии? Пламенными речами или своим энтузиазмом? Много ли навою-ешь? Для того, что ты задумал, Ронар, нужно золото, много золота, а ты его упустил!
- Я же говорю, всегда есть запасные варианты.
- Да за ними придется тащиться за тридевять земель!
- Ну, положим, не так далеко, - улыбнулся Ронар.
- Что за шум, а драки нет? – спросил Дангир, войдя в комнату, - Милые бранятся, только тешатся.
Деланна демонстративно отвернулась к окну. Ронар смущенно развел руками.
- Я за него переживаю, - со слезами сказала ильвиния, - а ему будто все равно! Стоит улыбается.
Ронар обнял Деланну.
- Солнышко, не плачь, пожалуйста, - нежно сказал он, - ну, что ты, в самом деле. Ку-да нам торопиться? У нас вся жизнь впереди. А сокровища эти? Да не последние же они. Есть еще. И совсем близко.
Деланна обняла Ронара.
- Я же волнуюсь за тебя, - прошептала она.
- Три сундука на севере острова в капище спрятаны, - произнес Ронар, - В тайнике под статуей. На первое время хватит.
- Есть новости, хорошие и плохие, - сказал Дангир, дождавшись, пока страсти чуть поутихнут, - с каких начать?
- С любых, - в один голос проговорили Ронар и Деланна, улыбнувшись друг другу.
- Перемирие достигнуто! – церемонно объявил Дангир, шутливо раскланиваясь, - А теперь к делу.
Начну с того, что с моего корабля этой ночью исчез впередсмотрящий, Афлад, тот самый, что заснул в вороньем гнезде, когда на нас напал морской дракон. Он на «Лагхеле» всего месяц, поскольку прежний дозорный потерял свои иллюминаторы, когда мы напали на когонскую галеру. Кто же знал, что там окажется маг. Я сам едва не ослеп от молнии, которой чародей сшиб грот-мачту, а о бедняге дозорном и говорить нечего.
Так вот, это может быть только Афлад, потому что вся остальная команда на месте, и в них я не сомневаюсь. Кроме того, этот мерзавец немного знаком с магией, что тоже го-ворит не в его пользу. Кошелек-то волшебный, а он сможет им воспользоваться.
- Или попытаться, - вставил реплику Ронар.
- То есть? – не поняли Дангир и Деланна.
- Открыть кошелек простому шарлатану не по силам, - пояснил альфар, - Тем более, вор не знает волшебного слова. Я, правда, удивляюсь, как кошелек не покусал его, но ви-димо с этим Афлад как-то справился. Куда теперь он держит путь, вот вопрос.
- Скорее всего, на юг, - предположил Дангир, - Он украл лодку, и попытается при-стать к какому-нибудь проходящему торговому судну, а потом затеряется в джунглях Южной Мелузии. Места там дикие, неисследованные, особенно центральные области.
- Действительно, согласилась Деланна, - Добраться туда удобнее всего. Тем более, что Афлад моряк, да еще и впередсмотрящий. Такие люди ценятся, и любой капитан с ра-достью возьмет его на борт.
Ронар покачал головой.
- Нет. Не пойдет он по морю, ибо знает, что этим путем мы его наверняка догоним. Отсюда на лодке, ему прямой путь в Эглофию. В столицу он не сунется – побоится та-мошнего произвола. В горах месяц- другой отсидится, пока все утихнет, а там - здравст-вуй, Гуафар! Если я не ошибаюсь, там его родина.
- А если нет, Ронар? – спросила Деланна.
Альфар махнул рукой.
- Нечего гадать. Я уже все решил. Ты останешься готовить флот к войне и руково-дить Братством. Дангир с верительной грамотой отправится на Ломмор, чтобы привести суда на Пелит, а заодно проследить путь мерзавца по морю. Я же отправлюсь на восток.
Где-то в Шантарских горах в нескольких фарнах от Эделлена, стало лагерем армия Ригендо, не желающая ему подчиняться. Я склоню их на свою сторону. Ко мне примкнут также уцелевшие пограничники и тримулийцы. Они меня отлично помнят и пойдут за мной. Кроме того, присоединятся мятежные ренги* со своими дружинами, это еще тысяч пять. А с сорока тысячным войском и крепостью в горах, я сумею захватить эглофийский трон.
Да, и еще я думаю, что с поисками пропавшего кошелька мне повезет больше!
Ронар улыбнулся.
- Да улыбнитесь же и вы! – воскликнул он, - Жизнь прекрасна! Нас ждут новые опасности и новые приключения!
_______________



















ГЛАВА VI. Ронар собирает армию.

Звенят мечи, свистит стрела,
Луч солнца рассекает тучи,
Кровь льется здесь, идет война,
В бою свободу мы получим.

Песня тримулийских лучников.


Через шесть дней после отплытия с острова Пелит, карак «Эатон» вошел в неболь-шую бухту Норта, что находилась в Шантарских горах, неподалеку от Эделлена. Бухта эта была знакома Ронару и раньше. Зная фарватер между подводными скалами, альфар, будучи пиратом, нередко отсиживался здесь, спасаясь от преследования военных судов, которые иногда решались заходить в эту бухту, чтобы поймать прославленного Тигра Морей, но, не зная прохода, частенько находили здесь свой конец, в то время как корабль Ронара был буквально перед носом.
Оставив своих разбойников в этой бухте, альфар отправился в Ревнальское ущелье, где находилась эглофийская армия, собираясь стать ее карафалом. Шутите, спросите вы? Вот так просто взять и стать главнокомандующим? Конечно же, все было совсем не про-сто, как представлялось на самом деле, благо почва была подготовлена альфаром заранее. Ведь он успел побывать и в шкуре эглофийского наемника, охраняя тримулийские леса на границе, да еще прославился как герой манкаллийской войны, и, если бы не попал в плен, быть бы ему еще в те времена карафалом. Но, как любят говаривать элары, случилось, то, что случилось, и судьба не предоставила ему такой возможности. Впрочем, он и не сильно сожалел об этом. В данный момент даже не думал. Он просто стоял, замерев на краю ущелья от яркого впечатления открывавшейся перед ним картины.
Горы! Как они красивы и величественны! Нет ничего прекраснее ледяной цепи, озаренной заходящим солнцем, когда пики приобретают нежный розоватый оттенок и рельефно очерчиваются. Задевая верхушки ледяных шапок, в небе плывут легкие облака. Воздух кристально чист и напоен запахом трав и цветов. Чуть пониже ледников горы встают массивными каменными громадами: черные, бурые, серые скалы причудливыми формами громоздятся друг на друга.
Глубокие ущелья прорезают горы. Глянешь вниз и бегущая с грохотом по камням ущелья горная река, кажется нитью расплавленного серебра, блестящего на солнце.
Орлиным зрением Ронар различает развалившуюся на выступе скалы пуму. Огром-ная кошка довольно щурится и поигрывает кончиком хвоста. Но впечатление ее беспечности обманчиво - глаза зорко осматривают окрестности, уши ходят туда-сюда, прислушиваясь к звукам, нос чутко втягивает различные запахи.
На противоположной стороне пропасти резвятся туры. В вышине, высматривая до-бычу, парят орлы. Ронар, любуясь, смотрит на них.
Небо темнеет. Тяжелые, словно налитые свинцом тучи, окутывают горизонт. Налетает ветер, принося первые крупные капли дождя. Альфар подставляет ладони и на них со звоном шлепаются капли. Шлеп. Шлеп. Шлеп. Одна, вторая, третья. Улыбка появляется на его лице - дождь принес долгожданную прохладу.
Однако надо идти быстрее: скоро разразится ливень и тогда уже будет не до улыбок. Теплая сухая пещера – вот, что ему понадобится этой ночью.

* * *
Афлад уже в который раз проклял свою жадность и необдуманный поступок. И как ему только в голову пришло стащить у ломморского капитана волшебный кошелек? С жалостью оглядев свои разбитые в кровь руки и ноги, он продолжил путь по узкой горной тропе, предаваясь мыслям о ветхом домике на побережье родного Гуафара, где терпеливо ожидала своего единственного сына престарелая мать.
- Проклятое золото! – шептали потрескавшиеся губы.
Начинался еще один день блуждания в горах. То, что он заблудился, Афлад понял еще вчера, когда вышел на развилку у Стоячих камней, где проходил несколько часов на-зад.
Может, действительно, лучше было бы бежать по морю, и сесть на какое-нибудь проходящее торговое судно? В конце концов, он ведь моряк, а не горец, и палуба корабля ему привычнее, чем эти проклятые скалы.
Самое скверное, еще то, что он так и не нашел способа открыть похищенный коше-лек. Проходилось нести его, завернув в матросскую куртку, поскольку тот при малейшей попытке прикоснуться к нему, вращал огромными глазами-бусинами, пытался цапнуть за пальцы и беспрестанно спрашивал: «Кто ты?»
Бесцельно проплутав до самого вечера, Афлад, к своему несчастью, вновь вышел к Стоячим камням.
Он проклял свою судьбу, проклял горы и солнце, скрывавшееся за вершинами, а по-том прислонился к камню и тихонько заплакал.
Когда человек услышал тяжелую поступь какого-то существа, бежать было уже поздно. Огромная лапища горного тролля схватила его точно куклу и сжала, что было си-лы. Кровь залила Афладу глаза, хлынула из ушей и носа. Из горла вырвалось сдавленное бульканье. Сверток выпал из ослабевших рук и развернулся. Оттуда тотчас же вылетела сова и, негромко ухнув, пропала в темноте.
Волшебный кошелек торопился вернуться к своему хозяину.

* * *


Наступила ночь. Накрапывающий под вечер дождик превратился в стремительный ливень. Тугие струи дождя хлестали по скалам. Ущелья превратились в бурные пенящиеся горные потоки, с ревом несущиеся в темноте. Резкие порывы ветра, то налетали, то уносились куда-то вдаль. Воздух, насыщенный электричеством, прорезали огненные стрелы молний, освещая все вокруг призрачным туманно-синим светом – настоящая ночь для разбойничьих происшествий.
Ронар продрог, устал, вымок до нитки, а сколько-нибудь подходящей пещеры, где он мог переждать непогоду, ему до сих пор не попалось.
Но вот, за очередным поворотом тропы, альфар наконец-то увидел расщелину в ска-ле, а в ней пылающий огонь, вокруг которого расселись пятеро огромных, заросших кос-матой шерстью существ, в которых Ронар признал горных троллей – по вывернутым ступням и тупым клыкастым мордам.
Страшные тролли обитали на Северном континенте с незапамятных времен. Огром-ные и уродливые, они, в поисках какой-нибудь поживы, ночами бродили по ущельям, а днем прятались в глубоких пещерах, избегая дневного света.
Вот и сейчас, выбравшись наружу, они расположились вокруг огня, подвесили над пламенем котел (вечером предводителю троллей посчастливилось поймать заблудившего-ся путника, и теперь они варили из него свой жуткий ужин, а вещи с криками и руганью пытались поделить между собой).
Ронар остановился в нерешительности. С таким количеством чудовищ сражаться в одиночку просто безумие, ведь гостеприимством тролли не отличаются, разве что с удо-вольствием разнообразят альфаром свой рацион. Но если есть умная голова на плечах, а не только железные мышцы, то все можно устроить.
Ронар уже кое-что придумал. В притворном ужасе он побежал к троллям, крича на ходу:
- Спасите, спасите меня! Спрячьте!
Тролли недоуменно переглянулись. Глаза их все в кровавых прожилках горели злоб-ным огнем, а зубы лязгали и скрипели в предвкушении кровавой трапезы.
- В чем дело?! – рыкнул их предводитель, а остальные чудовища подумали примерно так: «Какая удачная ночь, добыча сама идет в руки», и хищно облизнулись.
- Помогите, спрячьте меня! - вновь со страхом закричал альфар, - С ледников спус-каются ужасные великаны и крушат целые горы своими топорами! Они камни глотают, людей едят, глейтов, эларов и троллей пожирают. Спрячьте меня!
А тут еще, словно подгадав время, с соседней горы загрохотала лавина камней, сне-сенная мощным селевым потоком.
- Видите, - задрожал от страха Ронар, - они уже близко!
Испуг альфара был настолько убедительным, что тролли перепугались не на шутку.
- Какое нам дело до тебя, - испуганно прорычали они, - самим бы ноги унести, - и стремглав рванули один за другим, через минуту исчезнув за пеленой ночи и дождя.
Альфар же вошел в пещеру троллей. Впечатление, конечно, было отвратное. Мало того, что в котле булькало мерзкое варево, в котором плавали куски человеческого мяса, так еще под ногами валялись черепа и обглоданные кости несчастных, когда-то угодив-ших троллям в лапы.
Котел альфар тотчас же опрокинул, и он, загрохотав по камням, канул в ущелье.
Впрочем, как отметил Ронар, тролли пожирали не только человечину, сыскалась в глубине пещеры и настоящая, вполне сносная еда.
Альфар расчистил себе уголок подальше от входа, отгородился большим окованным железом сундуком и бочонком, в котором оказалось вино, развел костерок и пожарил кар-тофель. Несколько томатов и пара кукурузных лепешек, дополнили ужин. Теперь следо-вало поискать что-нибудь для постели.
Откинув крышку вышеупомянутого сундука, Ронар принялся рассматривать его со-держимое. Сверху лежало несколько латаных одеял, под ними шкура тура, очень красивая и совсем нестарая, череп с рогами на шкуре оставили, поэтому голова имела естественную форму. Альфар уловил странный магический блеск в глазах этой головы.
Где-то в волшебных книгах он уже читал о таких шкурах. Да-да, а еще там были ков-ры-самолеты, ведьмины метлы и крылатые сандалии. Скажешь им: «Лети» и они отнесут, куда пожелаешь.
Альфар развернул шкуру, уселся на нее и мысленно приказал ей оторваться от земли на пару локтей, долететь до края пещеры и вернуться обратно.
Шкура послушно выполнила приказание. Ронар ликовал.
Нашлись в сундуке и другие интересные вещи. В шкатулке лежало странное ожере-лье из клыков медведя, волка, рыси, лисы, кусочка лосиного рога, собольей лопатки и мышиного черепа.
Удалось Ронару разобраться и с этим, благо знаний по волшебству у него было пре-достаточно. Носивший это ожерелье мог по желанию превращаться по желанию в медве-дя, волка, лису, лося, соболя и мышь. Ожерелье это раньше принадлежало дикому шаману гоблинов из Тогарона, повелителю зверей и птиц, который жил в глухих чащобах тайги. И вот однажды, гонимый жаждой тайных знаний, он отправился на поиски таинственного города Джаладэрга, разрушенной столицы некогда могучей империи Олзартов, где глубоко в подземельях скрывались адепты, хранящие знания черного волшебства. Во время грозы, вроде той, что разыгралась сегодня, гоблин свалился в глубокое ущелье, тролли обобрали мертвого колдуна, а ожерелье забросили в сундук в надежде, что когда-нибудь научатся им пользоваться.
Следующей вещью, которую нашел Ронар, был умещавшийся на ладони деревянный охотничий домик. Он превращался, если произнести нужные заклинания, в благоустроен-ный дом с печью, кроватью и столом, полным разной снеди.
«При всей моей любви к путешествиям и походам это будет очень удобно» - поду-мал альфар.
Но и это было еще не все. Самой ценной оказалась находка, к которой можно было носить все свои вещи – маленький изящный сундучок, размером с ноготь. Колечко, при-кованное к его задней стенке, позволяло носить его на пальце, но Ронар повесил его вме-сте со звериным ожерельем на шею. Кроме того, все эти уменьшения-увеличения навели альфара еще на кое-какие мысли, касательно «Лагхеля» (ну уж очень нравился ему этот корабль!).
Ронар подумал, что неплохо было бы и его упрятать в свой волшебный сундучок. В случае надобности, он всегда сможет поднять зомби, хоть из морских пучин, хоть из бли-жайших к побережью погостов, да и посох, который ему в последнее время был ой как нужен, можно было тоже преспокойно носить в сундучке. И еще много чего…
Замечтавшись, Ронар не заметил, как уснул на одеялах в уголке пещеры. О том, что одураченные тролли могут вернуться, он как-то не подумал.

* * *

Ночная тишина окутала замок предводителя орков. На Тогарон снизошла тьма, и только мерцающие в облачном небе редкие звезды были немыми свидетелями, как под покровом ночи выбираются из пещер вооруженные тяжелыми секирами орки в блестящих кольчугах; шлепая перепончатыми лапами, вылезают из трясин болотные тролли, дикие дунги , потрясая шипастыми дубинами, выходят из лесных чащоб; собакоголовые норланны , в чьих жилах течет ярко-зеленая кровь, спешат с предгорий, рыжекожие карлики - горты – маршируют к таинственному замку, ибо Баргот Ужасный, король Тогарона, призывает их в свою непобедимую армию, которая через несколько недель, точно лавина, снизойдет на благодатные просторы Эглофии и сметет все на своем пути до самого западного побережья.
Ночные твари шли, шли на зов, готовые броситься в бой и умереть во славу своего господина. И никто из них не догадывался, что за ними из окна самой высокой башни замка наблюдает чей-то пристальный, насмешливый взгляд, ибо для того, кто в эти мину-ты смотрел на них, они были не более чем пешки на игральной доске, инструментами для осуществления замыслов.
Верховный Трог глядел, как увеличивается день ото дня армия его ученика и пони-мал, что не ошибся, выбрав Баргота. Единственное, чего не было у этого разномастного воинства – толкового карафала. Баргот был способен объединить темные народы, но по-вести их в битву должен был все-таки настоящий полководец - знаток своего дела. При этих мыслях Лкорон Кин Де Ласах нахмурился, ибо в Мелузии он знал только одного, кто мог бы это сделать: Натерро – король Звездных эларов. Трог знал его маленькую тайну: мать Натерро была элайей Ночи, и это значило, что в душе элара можно было разбудить темное начало. Но, увы, этот упрямец слушать ничего не стал, отказался от головокружи-тельных предложений, да еще и послал ко всем чертям.
Пока они беседовали через волшебные зеркала, Трог магическим зрением успел прочесть послание, находившееся в кармане элара. Как он и подозревал, письмо прислал злейший враг – Ронар Доргтон, поэтому, когда Натерро ответил отказом, он придумал несговорчивому элару другое применение. Натерро суждено будет стать убийцей своего побратима. Да-да, именно Натерро разделается с Ронаром, выполнив его обещание Элории, и уж тогда-то от него эта ведьма отстанет.
Лкорон Кин Де Ласах удовлетворенно потер руки, покрытые черной блестящей че-шуей. На трех врагов у него меньше станет. Особенно, если Натерро прикончит альфара, это будет редкостная удача. Без Ронара и Натерро Эглофия обречена, пусть во главе вой-ска Баргота и станет Углат Кровавые Лапы – на редкость подлая тварь даже по меркам орков.
Трог надеялся, что его посланник – маленький крылатый гоблин уже нашел альфара. Он должен войти к нему в доверие и сообщать о каждом его шаге, до тех пор, пока Натер-ро не отведает воды, взятой из проклятой реки, что течет в пещерах Аргор Моддорга, по берегам которой блуждают души умерших. И тогда он станет черным эларом и его слугой навеки.
Лкорон Кин Де Ласах ухмыльнулся. Да, воистину, его коварству нет предела!


* * *

Тролли не вернулись. Глупые твари убежали достаточно далеко от своей норы, а ко-гда гроза прекратилась, решили повернуть обратно. Но не успели они преодолеть и поло-вины пути, как снежные вершины озарились восходящим солнцем.
Кое-как забившись всем скопом в маленькую пещерку, они, подвывая от страха, провели в ней томительный день, а с наступлением ночи, выбравшись наружу, со всех ног понеслись к своему жилищу, дав себе зарок на будущее, не слушать своих жертв, а сразу бросать в кипящий котел.
Ронар же через три дня после встречи с троллями пересек горную цепь и вышел к ре-ке. Он предпочел пересечь горы поперек, поскольку Ревнальское ущелье лежало несколь-ко севернее от бухты Норта, и лазанье по скалам, если идти напрямик, заняло бы у него не меньше недели. А так, шагай себе вдоль реки, наслаждайся природой, на ходу сочиняя стихи прекрасной даме своего сердца. Кроме того, совсем нежданно-негаданно в облике совы вернулся волшебный кошелек и Ронар понял, что не ошибся в своих предположени-ях. Где-то в глубине души он пожалел несчастного моряка, не сумевшего совладать с ис-кушением и вопрянул духом.
Настроение было прямо-таки чудесное. Теплая солнечная погода, извилистая река, окаймленная зеленым лесом, навевали порывы прекрасных чувств. Это был один из тех редких моментов, когда альфар жил сегодняшней минутой, а не предавался мечтам и гре-зам.
Вокруг тишь. Величаво и плавно несет свои воды великая река. Игривый ветерок чуть покачивает ивы, склоняющих копны желто-зеленых волос к холодному потоку. Берега обрывистые, глубина начинается сразу у кромки воды и даже боязно поначалу заходить в холодную мутную воду, мало ли, еще водяной на дно утащит. Берегись его цепких леденящих лап! Медленно погружаешься, привыкая к холоду и легкому плеску серых струй. Поверхность воды переливается на солнце желтыми бликами, глаза превращаются в две маленькие щелочки, чтобы не так слепило. Течение подхватывает и несет за собой. Ронар во власти реки. Нужно взять чуть правее, чтобы не натолкнуться на застрявший в придонном иле ствол дерева. А сколько таких по всей реке…
Коварна, опасна река для тех, кто не знает ее характера. Бывало, и опытных моряков, избороздивших океаны вдоль и поперек, забирала она себе. Но Ронар не из таких. Ему ведомы силы Стихий, в мыслях, точно журчащий поток, время от времени проскакивает дружественное заклинание, убеждающее реку, что альфар и не альфар даже, а маленький ручеек, спешащий по делам и угодивший в великую реку. Река верит и милостиво отпус-кает его.
Неожиданно нога нащупывает каменистое дно. Ронар становится во весь рост. Улыбка трогает его губы. Он давно на отмели и глубина всего-то по-пояс, зря только ба-рахтался, но что сделано, назад не воротишь. Да и не нужно.
А вот и берег. Такой же обрывистый, как и тот, что остался позади. Уровень воды немного упал, но долго стоять нельзя – по колено утопаешь в иле. Ронар хватается за стебли камыша у обрыва, и, осыпая землю, взбирается наверх.
Неподалеку, учуяв чужака, в лес убегают дикие кабаны – желтые полосатые порося-та, крупная самка, и, наконец, самец в полном расцвете сил, воинственно повизгивающий и прикрывающий отход своего семейства.
Лес встречает альфара прохладой. Тутовник и дикая яблоня дарят ему свои плоды. От тутовника губы становятся лиловыми, а яблоки кислят. Но Ронар все равно доволен – не так часто удается расслабиться и насладиться природой.
Он решает устроиться на ночлег здесь. На поляне у зарослей боярышника уже вы-ставлены хитроумные силки и в сумерках в них оказывается довольно упитанный кролик.
Вечереет. Солнце садится за лесом, озаряя верхушки деревьев. Прекрасен закат! Словно яркое пламя он растекается на западе, окрашивая мир в огненные цвета.
Ярко пылает небольшой костерок, отгоняя комаров и привлекая ночных мотыльков.
- Не летите, на огонь, мотыльки, не летите, обожжете свои крылышки, сгорите, - беззвучно шепчет Ронар слова давно услышанной им песни.
Над водой стелется прохлада. Из зарослей на альфара глядят настороженные волчьи глаза. Ронар тихо шепчет какие-то слова. Зверь, крадучись, нерешительно выходит из за-рослей, но уже не боится. Тот, кто знает язык леса, не может быть врагом. Волчица подхо-дит и ложится у его ног. Разевает пасть, демонстрируя розовый язык и мощные клыки. Она будет стеречь покой альфара всю ночь.
Над рекой, пользуясь последними лучами заходящего солнца, ловят насекомых стрижи.
Ронар восхищенно вздыхает. Милая Земля, как ты прекрасна!

* * *

Река, плавно поворачивала на восток, покидая предгорья, Ронару же вновь предстоя-ло карабкаться по скалам, добираясь до Ревнальского ущелья.
Оставив позади тяжелый день, и боль в сбитых в кровь о камни рук, альфар, наконец, увидел цель своего путешествия. Он пришел в лагерь ночью, когда темноту прорезал яркий оранжевый свет тысяч костров, и тени от огней плясали по скалам.
Вокруг костров сидели группы воинов, попивая вино и ведя неторопливые разгово-ры. Здесь собрались копейщики и меченосцы, стрелки и наездники, Были воители регу-лярной армии, тримулийские разведчики, пограничники и даже матросы с кораблей.
Ронар ступил в свет. Воины, сидящие у ближайших костров, повернули головы. Ла-дони их привычно легли на рукояти мечей и древки копий.
- Ты кто такой? – одновременно спросило несколько человек.
- Свой, - ответил Ронар.
- Свои по ночам в лагере, а не шляются, черт знает где! – произнес чей-то голос, - И это не человек даже, не то элар, не то ильвейн. Неудивительно, что он прошел через все посты незамеченым.
- Да я знаю его, - воин, сидевший около самого ближайшего к альфару костра, вско-чил на ноги, - Ронар Доргтон!
Альфар напряг память и попытался вспомнить, где видел этого человека. Потом ска-зал:
- Ланстер из Ревена.
Воин рассмеялся:
- Точно. Не забыл старого товарища! Только я ума не приложу – ты же погиб в войне с Манкаллией.
- А я и не думал погибать, меня в плен взяли, потом побег и все такое… Долго рас-сказывать.
- Точно он, - прервал Ронара какой-то моряк, - капитан, неужели это вы?
- Ну а то кто же! – альфар рассмеялся, - А как спасся ты, после того, как манкаллий-цы потопили наш корабль?
- Свои подобрали.
Тут к Ронару подошли другие воины. Если в регулярной армии альфар был известен лишь сотням, то все несколько тысяч тримулийских разведчиков и южных пограничников знали его в лицо. Как они могли позабыть героя? Они отлично помнили, кому обязаны победой над троллями и болотными лешими, которые нападали на форты и пожирали население. Также, благодаря Ронару пограничники одержали верх над каронскими разбойниками, которые штурмом пытались взять город Иррид.
Вскоре все войско слушало Ронара, который стоял на огромном камне и говорил речь. Разумеется, все свое выступление он продумал заранее и, заканчивая его, сказал так:
- Я пришел сюда, чтобы воззвать к вам, храбрые воины! Уже много дней наше пре-красное, наше замечательное королевство Эглофия подвергатеся разграблению чужезем-ных захватчиков! Безумный король не в состоянии более заботиться о стране. Да и забо-тился он о ней когда-нибудь? Что вы видели за время правления Ригендо? Череда войн, бессмысленных и кровавых, болезни, мор, всевидящее око Тайной Стражи, убивающей любого без суда и следствия только за одно неосторожное слово, сказанное в адрес коро-ля. Воистину говорят, что самое тяжелое время это время перемен. Но мы нуждаемся в этих переменах. Причем нуждаемся немедленно. И начало этому вами уже положено, по-скольку вы собрались здесь, не желая подчиняться Ригендо. Но этого мало. Еще чуть-чуть и враги растерзают королевство на части. Там, на севере, элары и глейты мужественно сдерживают натиск орд троллей и гоблинов, император Манкаллии готовится напасть на Эглофию с моря, каронские разбойники объединились в огромное войско и захватили южное приграничье. Я спрашиваю вас здесь, и сейчас: пойдете ли вы за мной по пути ос-вобождения и возвеличивания государства Эглофийского? Да, будет трудно, и многие из вас сложат головы в битвах, но это будут битвы освобождения, битвы славы и могущества нашего королевства. Нам дороги каждый день и час, ибо алчность и амбиции врагов достигают поистине гигантских размеров. Пока вы сидите здесь захватчики грабят ваши города и деревни, убивают ваших родителей, жен и детей! С севера веет кровью и гарью, толпы эглофийцев, печально звеня кандалами, под присмотром жестоких надсмотрщиков уже стоят на невольничьих рынках южного континента! Почему вы все это терпите?!
Войско зашумело, точно пчелиный улей:
- В армии нет единства, каждый военачальник действует так, как сочтет нужным.
- У нас нет карафала, кто поведет нас в бой?
- Я!!! Я освобожу страну от врагов, я восстановлю былую мощь эглофийского коро-левства!
Поскольку Ронар пользовался уважением и авторитетом многих, как герой Триму-лии, Иррида и манкаллийской войны и идеально подходил на роль вождя, эглофийская армия поддержала его. Наконец-то боги смилостивились над ними, вернули им великого полководца, от имени которого враги трепетали на море и на суше. Уж теперь-то они по-воюют!
Альфар добился своего. Армия была на его стороне. Еще десять дней провел Ронар в лагере. За это время он побеседовал как с военачальниками, так и с простыми воинами, приказал начинать подготовку к войне с Ригендо и отправился на южную границу, чтобы, когда подойдет другая часть войска, перейти к решительным действиям.






* * *

Расстояние до Иррида, которое занимало, если скакать на резонде , две недели, на летающей шкуре Ронар преодолел за два дня. После того как альфар со своей разбой-ничьей бандой одиннадцать лет назад сжег его, город отстроили заново, и он заблистал прежним великолепием.
Конечно, сейчас альфару красоты Иррида не суждено было увидеть. Вновь зияли, как и одиннадцать лет назад наскоро заделанные бреши, стены были перепачканы смолой, лившейся на головы осаждающих.
Подлетев ближе к вражескому лагерю, Ронар с высоты осмотрел расположение ста-на каронцев, с некоротым удовлетворением отметив, что они не позабыли его уроков ве-дения войны, ведь когда-то он был вождем каронских племен.
Лагерь кочевники расположили на холме, выставили три набегающих линии дозоров – не то, что человек, муха незамеченной не пролетит. Вот уже и катапульты навели; огромный таран на колесах двадцать буйволов на пригорок тянут. Таран не простой, дерево самое крепкое, причем крепость эта усилена чарами, а на конце вырезана волчья голова злобного Дарламуна – хозяина Долины Мертвой реки, и на нее наложены древние заклятия разрушения.
«Ворот, считай, уже нет, - с сожалением подумал Ронар, - Разгонят таран, и поминай, как звали!»
Кто ж знал, что когда-нибудь ему придется держать оборону против своих же спосо-бов нападения!
Несколько раз облетев лагерь кочевников, чтобы получше запомнить его располо-жение, Ронар затем тихо и незаметно приземлился на одной из пустынных улочек Иррида.
Честно говоря, на мелькавшую в воздухе летающую тень ни с той ни с другой сто-роны особого внимания не обратили, приняв ее за отстветы костров, да и не до этого бы-ло.
Убрав шкуру в волшебный сундучок, Ронар побежал к крепостным стенам.
Заскочив в сторожевую башню, он вихрем взлетел по ступеням и оказался на зубча-той стене.
- С рассветом пустынники пойдут на новый штурм, - услышал альфар чей-то голос, - все пограничные города, кроме нашего, пали, а завтра и мы будем побеждены. Карафал убит, шафалы и дафалы в растерянности, кто поведет нас в бой?
- Я!
- Во имя Тератона , кто здесь? Назовись, а то стрелять буду!
- В такой темноте ты и в мамонта не попадешь, - усмехнулся альфар, - Меня зовут Ронар. Ронар Доргтон.
- О боги, - раздались голоса, - неужели ты и в самом деле тот Ронар, сказания о под-вигах которого ходят по всей южной границе?
Послышалась возня, запалили факелы и в ярком оранжевом свете воины увидели альфара.
- Это он! – слышалось отовсюду, - Ронар вернулся!
Да, героя Иррида знали все и, хотя прошло двадцать лет, о нем не забыли. То, что именно Ронар сжег их город, не знал никто; во время захвата Иррида, когда он был каронским разбойником, лицо его было скрыто под забралом шлема, и все считали, что Ронар и Зарр это два совершенно разных человека, что, конечно же, было не так.
- Сколько у нас воинов, способных держать оружие? – спросил альфар.
- Около четырех тысяч, - ответили ему, - по крайней мере, так было до последней стычки.
- Количество катапульт и баллист?
- Штук сто, а может, и того меньше.
- Есть ли у каронцев осадные машины и тараны?
- Есть. Один из вождей объединил множество племен в пятнадцати тысячное войско и захватил крепости, расположенные по берегу реки, так что арсеналы теперь у них не хуже наших.
- Как зовут вождя? – спросил Ронар.
- Зарр, что по-каронски означает ястреб.
- Как? – поперхнулся альфар.
- Зарр. Тот самый негодяй, который девять лет назад захватил наш город и хочет сделать это вновь.
- В этот раз у него вряд ли получится, - с уверенностью сказал Ронар и подумал: «Ну, подожди, самозванец, встретишься ты с настоящим Зарром!».
Немного поразмыслив, альфар заговорил вновь:
- Если каронцы пойдут на штурм утром, значит, нам нужно ударить раньше.
- Да вы только послушайте его, - раздался где-то в темноте неподалеку недовольный голос, - И откуда этот умник только выискался? Мы и сами прекрасно знаем, что надо на-падать пока каронцы не пошли на штурм, но разбойников шесть тысяч, а нас едва ли че-тыре наберется. Кроме того, нет воды, провизия на исходе.
- Мы ослабли, - зароптали вокруг.
Ронар начинал сердиться.
- Вы тут сидите, укрывшись за стенами, и ждете, пока Таджад Келенгот разнесет в щепки ваши ворота! А ты, - тут голос его задрожал от гнева, - Ты просто предатель, если смеешь говорить такие трусливые слова! Подойди ближе, чтобы я смог разглядеть твое лицо, мерзавец!
Но говорившего уже и след простыл. Видимо поостерегся связываться с Ронаром, зная, что тот не простит ему подобных слов. Гневно сверкнув глазами, альфар вновь обра-тился к окружавщим его защитникам крепости:
- Я одного не пойму, - с удивлением сказал он, - почему бесстрашные воины прячутся, словно трусливые шакалы, вместо того, чтобы проливать кровь, защищая свой город с мужеством и бесстрашием, которым так отличаются жители приграничья? Или хотите сказать, что пока меня не было, ваши клинки заржавели в ножнах, а щиты стали крышками для котлов с похлебкой?
Славно, славно! Ну-ка, скажите, а почему не можете выбрать карафала? Во имя Де-вяти кубков ада, неужели до вас никак не дойдет, что вы защищаете свою Родину, свой город, своих жен и детей, матерей и отцов! И что же? Я прихожу и вижу, как горстка мед-нолобых ослов перед лицом смертельной опасности не может разделить командные пол-номочия!
В таком случае рубить этот «гордиев узел» придется мне. Теперь Я ВАШ КАРА-ФАЛ!!! Понятно? Но, если вы имеете на сей счет возражения, пожалуйста, я подожду рас-света и посмотрю, как каронцы пируют среди ваших трупов, а шакалы и стервятники рвут мертвых глупцов на части!
- Ты наш карафал, Ронар, - зашумели вокруг, - Ты вернулся, это добрый знак!
- Мы воины! – раздались крики, - Мы пойдем за тобой!
И тут раздались тревожные голоса часовых:
- Каронцы наступают! К бою!
- Кости Скалфера! – прорычал альфар, - Что ж так скоро?
И подумал с горькой иронией: «Перед рассветом нападают, как и учил».
Защитники Иррида вмиг заняли свои боевые места. Огромная толпа каронских раз-бойников, бешено размахивающая оружием, вновь шла на штурм. Они несли с собой длинные лестницы и тараны; погонщики диких быков, тащивших осадные башни, хлопа-ли бичами, подгоняя животных.
«Нужно найти предводителя, - подумал Ронар, - иначе, кто знает, чем закончится се-годняшняя ночь. Так, а это что?»
Где-то рядом творилось колдовство, причем настолько сильное, что фибры его явст-венно ощущались Ронаром, и он смог даже определить, что это чары некроманта.
«Кто-то ведет не слишком честную игру, да еще и не умеет скрывать заклинания, чтобы их не чувствовали другие волшебники. А зря. Это может стоить жизни. Эх, только бы успеть!» - с этими мыслями альфар соскочил с бруствера в темный угол, достал шкуру и взмыл в чернильную темноту ночи, куда не доставал свет факелов и костров.
Лишь подлетев ближе, Ронар понял, с каким страшным противником придется сра-жаться пограничникам – верховный вождь каронцев приказал шаману призвать убитых из Царства мертвых. И теперь они, порубленные, окровавленные, истерзанные стервятниками и койотами шли в бой, независимо от того, на чьей стороне сражались.
«Дело пахнет поражением» - подумал альфар, - «Не у каждого духу схватит сражать-ся с ожившими мертвецами. Так, посоха у меня нет, значит надо позаимствовать его у шамана и разрушить сплетенное заклинание».
А тем временем Таджад Келенгот пробил ворота. Зомби методично делали свое дело, их не останавливали, ни стрелы, ни копья, ни кипящая смола, лишь камни катапульт, да тяжелые бревна, понемногу наносили им урон.
Точно горная река воинство мертвых хлынуло в город. Началась жестокая резня. Практически все воины осажденного города нашли в себе мужество и защищали родной Иррид, не жалея ни крови, ни самой жизни.
Загорелись деревянные постройки на окраине. С ужасающей быстротой огонь захва-тывал все новые территории. Ронар мельком увидел, как смотровая башня, вся объятая пламенем, покосилась и рухнула, создав сплошную стену огня.
Горожане бежали, охваченные ужасом. Мертвецы жутко хохотали, убивая людей. Некоторые зомби загорались, но это им не мешало продолжать свои зверства.
Всюду слышался треск огня, грохот ломающихся балок, рушившихся стен и крыш.
«Ну, где же, шаман, где предводитель?» - взволнованно думал Ронар, кружась над полем сражения, и лихорадочно осматривая все вокруг.
Энергия некромантии исходила теперь и от зомби, и определить ее источник уже было практически невозможно.
Он огляделся уже в который раз, досадливо выдернул стрелу, неожиданно пробив-шую шкуру и, сломав ее, бросил вниз.
Тут какие-то странные сполохи, озарявшие верхушку холма Каменных Троллей, привлекли его внимание. Ронар в сердцах помянул звездного Эрта. Как же он мог забыть про капище лесных троллей, где их шаманы, пытаясь умиртворить глаз грозного Дзарга, оставляли ему выбранную жертву в виде зачарованного тролля, чтобы тот с рассветом превратился в камень.
И Ронар направил шкуру туда.
«Ага, так и есть. Попались, голубчики», - удовлетворенно усмехнулся альфар, пере-летев вершину. – «От меня не спрячешься!»
Ронар увидел того, кого искал – предводителя кочевников в золоченых доспехах, политых кровью, с огромным ятаганом в руке, и шамана, в одеянии из птичьих перьев, который в бешеном танце скакал вокруг большого костра, потрясая посохом, увенчанным черепом, и звеня бубном.
- Ну, что Аль-Даир, вот мы и встретились! Я ума не приложу, как ты снова выбился в главари, после того, как я вышвырнул тебя из Совета Старейшин, когда ты вероломно пленил и отдал четверых вождей в лапы Ригендо, прельстившись его золотом!
Договорив эти слова, Ронар соскочил со шкуры и обнажил Лонкарон.
Вождь метнул на него свой взгляд.
- Зарр? – растерянно вымолвил он, но через секунду глаза его дико блеснули, и кри-вой ятаган описал в воздухе восьмерку, - Продолжай взывать к духам, шаман, я сейчас прикончу нашего незваного гостя!
Клинки скрестились. Ронар сражался яростно и молча. Лонкарон то и дело вспыхи-вал голубоватым свечением. Они кружили вокруг бесконечных статуй каменных троллей, нанося друг другу страшные удары.
Но, забежав за одну из фигур, Аль-Даир вдруг исчез. Ронар недоуменно огляделся по сторонам. Ночная тьма и неровные сполохи костра мешали что-либо разглядеть даже с помощью кошачьих глаз. Куда это он подевался? И больше придумать ничего не успел – кочевник сбил его с ног, прыгнув с плеч огромного тролля. Еще мгновение и острый кинжал вонзился в землю, благо голову Ронар успел отдернуть в сторону. Вождь каронцев взмахнул клинком еще раз, но альфар вовремя подставил руку. Лезвие заскрежетало по стальному щитку на кисти, а в следующее мгновение Ронар ударил им же противника в висок. Побежала кровь, заливая Аль-Даиру глаза.
Воспользовавшись моментом, альфар отпихнул от себя каронца и взмахом щитка увенчанного острыми шипами, переломил ему хребет.
Тут у самых ног альфара ударила молния. Шаман, подняв свой посох, снова прице-ливался.
- Стой где стоишь, чужак, - хрипло пролаял он, - Ты прикончил Аль-Даира, и за это ты дорого заплатишь! Думаешь, я не помню тебя, негодяй, посеявший смуту в сердцах народа Каронии? О, я не забыл гонения шаманов, когда ты был владыкой Серебряного Шлема . Из-за тебя я десять лет вынужден быть скитаться по чужим странам вдали от родины, зарабатывая себе на кусок хлеба, развлечением нищих голодранцев дешевыми фокусами. Но теперь я вернулся. Вернулся, чтобы стать верховным шаманом Каронии и вернуть назад завоеванные Эглофией территории. И ты не помешаешь мне осуществить задуманное!
Ронар стоял и молча слушал шамана. Откуда у него этот посох? Работа то ли когон-ская, то или из Шарта. Но не из Каронии, это точно. Скорее всего, старикашка не только подрабатывал фокусником, но еще и основательно подчищал когонские гробницы, охо-тясь за волшебными артефактами.
- Сделай только шаг, - вновь прорычал колдун, - и я испепелю тебя!
Внезапно, его заинтересовал Лонкарон, то ли он силу, почувствовал, что таилась в клинке, то ли еще что.
- Отдай мне свой меч, и, быть может, я сохраню тебе жизнь, - последовало требова-ние.
Шаман хитро прищурился, одной рукой перебирая четки, другой крепко сжимая по-сох, и забормотал заклинания.
Ронар пожал плечами.
- Меч тебе нужен? – переспросил он, стараясь потянуть время, а сам уже держал на-готове заклинание, в душе надеясь, что ему удастся осуществить задуманное.
Проглядывавшая из-за облаков луна осветила статую гигантского тролля позади ша-мана. Лунная магия и чары камня сплелись воедино и начали свое действие. Шаман даже не упел ничего понять, как на него опустилась огромная ступня. Раздался жуткий треск. Из-под ступни потекла густая кровь. Ронар прошептал еще заклинание. Оживленный им тролль, замер, вновь превращаясь в камень.
Ронар подбежал к статуе и вырвал из скрюченных пальцев, торчавших из-под ступни волшебный посох.
- Отлично! – прошептал он и вновь воспарил над полем битвы, мало-помалу разру-шая сеть заклятий сплетенных каронским шаманом. Вместо приказов убивать, зомби по-лучали указание возвращаться в Серые земли. Осаду сняли!
Жители города встречали Ронара как героя. Три дня Иррид праздновал победу. Уз-нав, что Ронар собирает повстанческую армию, чтобы бороться против нынешнего коро-ля, в Тримулийские леса были посланы гонцы, и через десять дней в городе находилось уже восемь тысяч разведчиков.
С ними-то Ронар двинулся обратно к Шантарским горам. Соединив армии, он обру-шит удар на Эделлен, свергнет безумного Ригендо, обрушившего на страну железный ку-лак тирании. И воцарится мир и спокойствие в Эглофийской державе!



____________







































Глава VII. ТРОН ИЗ КОСТЕЙ ТРОЛЛЯ.

Тиран повержен, героям слава!
Но тьма надвинулась вдали
Отважно волны прорезая,
В поход уходят корабли.

Эглофийские хроники.
Ночь темна. Движется только ветер. Тишину нарушает лишь мерный плеск прибоя, бьющегося о берег. Ярко мерцает огонь в маяке, горят огоньки в окнах семи башен, стра-жа которых охраняет вход в порт Эделлена. В темной воде на небольшой глубине от од-ной башни к другой натянуты массивные цепи. Нет входа в залив и нет выхода. Флот Эг-лофии, собранный здесь по приказу Ригендо на замке. Но, если суда можно заперть в пор-ту, то людей, которые не хотят терпеть произвола властей, не удержишь. Печально пока-чиваются корабли, оставшиеся без команд, трутся, скрипя бортами, друг о друга. Лишь на редком судне горит фонарь, разгоняя тревожный сумрак, да слышится, как негромко пер-говариваются вахтенные. Они и не подозревают, что под покровом тьмы неслышно скользят по водной глади шлюпки, полные вооруженных пиратов, а неподалеку дрейфуют, похожие на призраки, десятки караков и каравелл, готовых по первому сигналу прийти на помощь.
Густые облака укутывают все небо, и ночь становится еще черней. Ветер усиливает-ся и волны, бьющиеся об остовы сторожевых башен, заглушают все звуки.
Всего лишь на миг выглянувшая из-за туч луна освещает пиратов, посыпающих зве-нья цепей каким-то порошком. Звенья в этих местах вспыхивают алыми искорками, и цепь, отрываясь, исчезает в глубине.
Путь свободен. По-прежнему в полной тишине лодки движутся дальше. Зажав кин-жалы в зубах, морские бродяги один за другим карабкаются по канатам на эглофийские корабли. На каждом судне остается по пять-шесть человек – этого хватит, чтобы поднять тяжелый якорь и поставить паруса. Главное - успеть к утреннему отливу.
Береговая охрана заметалась в недоумении, когда корабли один за другим, точно ве-домые каким-то волшебством, миновав странным образом, как они думали, поднятые це-пи, стали уходить в открытое море.
Охранники на башнях бешено вращали подъемные барабаны, но с удивлением обна-руживали на них лишь обрывки цепей. А те, которые дотрагивались до звеньев, на кото-рые попали лишь несколько крупиц того странного порошка , вдруг начинали стареть прямо на глазах своих товарищей, превращаясь затем в иссохших мумий, рассыпавшихся в прах.
Светало. Захваченные эглофийские корабли направлялись к Пелиту.



* * *

Тем временем, пока длился захват порта, Ронару доложили, что прибыла небольшая флотилия, состоящая из сорока пяти дракаров. То были северные элары со своими пред-водителями: акафом Натерро, торегом Далтарном и глейты со своим королем Тагоном. Каждый из них привел по полторы тысячи воинов и пятнадцать кораблей.
Ронар то и дело оглядывался, выискивая в окружившей его толпе прибывших своих друзей, но пока их что-то не было видно. Где же они?
Элары тем временем уже несли на берег доспехи для лошади и великолепное лаки-рованное седло.
Сначала Ронар удивился: в Мелузии лошади не водились, а когда увидел, кого под уздцы по сходням ведет Натерро, его радости не было предела. Великолепный белоснеж-ный единорог, словно пританцовывая, величественно ступал за эларом. Скакун сверкал богатой сбруей, роскошным золотым начельником в виде дракона, уздечка и сбруя коня были покрыты серебряными бляшками с искусно выгравированным орнаментом.
Следом за Натерро важно шел невысокий, но крепко сбитый, облаченный в темно-серый доспех и алую мантию, рыжебородый глейт. Шлем, увенчанный фигурой орла с распростертыми крыльями заменял ему в походе корону, но выглядел, на взгляд Ронара, даже посолиднее последней. Обоюдоострая секира, зовущаяся Колыбельная Песнь, при-стегнутая к поясу глейта, довершала картину.
Далее следовал златокудрый юноша. Плотно запахнутый черно-фиолетовый плащ мешал разглядеть его фигуру, но Ронар прекрасно знал, что под ним таятся две тонкие смертоносные катаны, с которыми Далтарн обращался ну просто виртуозно. Но это и не удивительно, ведь его обучали лучшие мастера клинков императорского двора Манкал-лии.
- Натерро! Тагон! И ты, Далтарн! – Ронар улыбнулся и шагнул к друзьям, - Клянусь Скалфером, я рад вас приветствовать! Какими ветрами занесло вас в эти края?
- Известно какими, - буркнул суровый глейт, - хорошими и плохими одновременно. Орки и тролли опустошают наши владения набегами, а у нас мало воинов, чтобы им про-тивостоять. К тому же мы получили весть, что ты хочешь свергнуть Ригендо и взойти на престол. Мы уважаем тебя, Ронар, и уверены, что твое правление будет мудрым и спра-ведливым, ценим тебя как воина и полководца. Мы все приносим тебе клятву верности и признаем тебя королем!
- Клянемся, - сказали все трое.
Ронар улыбнулся.
- Друзья мои, признаюсь, я не ожидал увидеть вас так скоро, но очень рад, что вы поч-тили меня своим присутствием, да еще подарили такого великолепного единорога.
- А ты как думал, - глубоким басом, каким обычно говорят глейты, произнес Тагон, - подарок, достойный короля, а, Натерро? – и толкнул элара в бок.
В Мелузии только элары ездили на единорогах. Животные эти считались волшебны-ми, а легенды гласили, что каждый единорог рождалася в один день со своим всадником и всю жизнь носил в седле только его, а случись элару погибнуть в битве, единорог умирал вслед за ним. А вот единорога убить было практически невозможно, ведь они какой-то магической сетью были связаны со своими всадниками и питались их силой. Поэтому-то единороги всегда яростно защищали своих хозяев. Но откуда взялся этот единорог?
- Король Снежных эларов прислал его тебе, - торжественно сказал Натерро, словно читая мысли Ронара, - На поле битвы ни один наездник не сравнится с тобой! Когда пять лет назад родился его сын, кобылица короля принесла двойню. И он понял, что это знак. К сожалению, сам король Снежных эларов не смог прибыть, поскольку его замок находится в осаде, но он ждет помощи и знает, что здесь на юге вершится судьба всей страны. Ведь Песня Снегов, которую слушают элары, поведала им об освободителе, что придет в роковой час, завладеет короной древних царей и восстановит мир и спокойствие в Эглофии. Меня избрали вестником эларов, и мы выступим под твоими знаменами, Ронар! - Натерро эффектно выдержал паузу, - Запомните этот момент, друзья! Начало объединению страны положено! Эглофия будет великой державой, со временем, империей на обоих континентах.
- Ну, пока так далеко мои планы не простирались, - рассмеялся Ронар.
На оставшемся бесстрастном лице Натерро не отразилось то негодование, которое вскипело в его душе при последних словах альфара. Предводитель эларов тоже мечтал о власти, только власти не короля, но императора. Ну, ничего, со временем он уговорит Ро-нара начать завоевания. Его императорское величество Натерро I, владыка южного континента, как заманчиво это звучит!
- Хорошо, - Ронар улыбнулся, - Полагаю, вы не откажетесь от участия в ночном штурме дворца?
- Мы с тобой! - решительно произнес Далтарн.
И тут все увидели яркую горящую точку в ночном небе – зажженную стрелу.
- Порт взят, - произнес Ронар, - корабли выведены в открытое море. Келтар, - обра-тился альфар к командиру Золотых Ягуаров, - поднимай людей. Впереди осада дворца!

* * *

Через час ходьбы пять тысяч воинов уже находились в небольшом ущелье, у одного края которого шумела и пенилась горная река – воды ее изливал с высоты ста пятидесяти локтей водопад Ирфен, что виднелся впереди.
Ронар, Келтар, Натерро, Тагон и Далтарн поднялись по валунам к льющейся занаве-си воды и шагнули вперед, пройдя сквозь поток. Золотые Ягуары последовали за ними.
Полтора часа воинство шло по каменному тоннелю, освещая себе путь коптящими факелами.
И вот, впереди, замаячила стена со смотровыми щелями. Ронар прильнул к ним.- Никого.
Вот она, секунда томительного ожидания! Та грань перед великим свершением, грань на пути к трону. Назад пути нет и быть не может. Поборов в душе бурю эмоций, Ронар кивнул Келтару.
Тот потянул за трос в нише, и стена ушла в сторону.
- Значит так, - сказал Ронар, - Золотым Ягуарам рассредоточиться по дворцу, осталь-ным приказываю занять Верхний город. Тех, кто захочет перейти на мою сторону не тро-гать, прочим – смерть. И предупреждаю: не грабить, не заниматься мародерством, вы не на завоевательной войне. Всякого, кто ослушается моего приказа, велю казнить. Все ясно? Теперь действуйте. Вас поведет торег Далтарн. С этой минуты он ваш карафал. Келтар, Натерро, Тагон, вы идете со мной к Ригендо. Вперед!

* * *

Эглофийскому монарху не спалось. Голова болела ужасно, а все от того вина, кото-рого он напился вчера под вечер. Выпив стакан ананасового сока, Ригендо немного успо-коился.
- Позову-ка я своего колдуна, пусть уймет проклятую боль, - пробормотал Ригендо и громко заорал, призывая придворных, - Слуги, приведите Лкородора Тетхана!
- Маг спит, ваше величество, спит сном черного ронга, - ответили за дверью.
- Пятерых стражников ко мне, - приказал король.
Через десять минут Ригендо в полном боевом облачении, с мечом на поясе и в со-провождении охраны, без которой теперь и шагу не делал после встречи с альфаром в дворцовых покоях, шел в западное крыло, где жил чародей. Вообще-то он старался туда не заходить без крайней необходимости, но больная голова не давала ему покоя и хочешь - не хочешь, а пришлось идти.
Войдя в одну из комнат, Ригендо увидел лежащего на диване мага. Рядом на столике лежала длинная трубка и полупустая нефритовая шкатулка, заполненная черным блестя-щим порошком.
После долгих и отчаянных усилий разбудить колдуна, Ригендо хотел было в присту-пе бешенства его зарубить, но тут Лкородор Тетхан зашевелился и открыл глаза.
- Зачем ты разбудил меня? – спросил он, - Я спал сном черного ронга, и моя душа была далеко отсюда, за пределами астрального измерения.
- У меня болит голова, - начал было Ригендо, но тут же колдун прервал его.
- Ты меня вовремя пробудил. Нутром чую опасность.
- Манкаллия идет в поход? Каронцы подошли близко к столице? Если это так, то я ничего не могу сделать. Войско покинуло меня, ушла даже личная гвардия!
- Опасность, - змеиным шепотом произнес маг, походя к изумрудному шару, лежа-щему на столе и бормоча заклинания, - Твой флот угнан в открытое море.
- О чем ты болтаешь? – взвизнул Ригендо, - Кто посмел?! Неужели… он?
Колдун кивнул.
- Альфар.
- Проклятье! Сделай же что-нибудь, ты же кудесник!
- Хорошо, - произнес Лкородор Тетхан, - А теперь уходи. Никто не должен видеть, как я творю заклинания.


* * *

Пираты, находившиеся на захваченных кораблях, в ужасе смотрели вверх. Небо, за-тягиваемое черными тучами, быстро темнело. Откуда-то доносился приглушенный бара-банный бой, точно воинство гоблинов шло на войну.
- Р-рок! Рок! – гремел барабан.
Никто, конечно, не догадывался, что это творит волшебство придворный колдун, да и вряд ли кого это интересовало.
Из моря меж тем поднялась огромная волна, накрыла флот, но не потопила в мор-ской пучине, не швырнула на берег и рифы. Она превратилась в огромный шар, закрыв-ший корсаров в ловушку.
А на берегу тоже происходило нечто ужасное. Лкородор Тетхан помимо морского шара создал великана. Огромный песчаный исполин с ястребиным носом и красными, словно налитыми кровью глазами, поднялся и сделал шаг. Раздался глухой удар. Дрогнула земля. На море поднялись огромные волны и понесли шар к берегу. Чудовище взяло его и приготовилось швырнуть на скалы.
Пираты упали на колени. Оставалось лишь взывать к богам. Казалось, это конец.
Но тут Дангир вспомнил. Сквозь бездну ужаса и страха, сквозь осознание близкой гибели и отчаяния, вспомнил слова богини Лалоны: «Позовите меня, и я приду».
- Лалона, - позвал он, - Приди, Королева Морей, помоги нам, исполни свое обеща-ние!
И тут же налетел чудовищный шквал. Грянул гром, одна за другой засверкали мол-нии, волны обрушивались на берег, в страхе закричали чайки. Из морской пучины показалась огромная русалка с золотым трезубцем. Богиня направила его на великана, и из него вырвался янтарный луч. Великан зашатался, свободной рукой отмахиваясь от луча, и рухнул в море. Чудовище превратилось в огромную гору песка. Вода размыла черты лица, голову; руки, ноги и туловище распались на миллиарды песчинок.
Шторм прекратился так же внезапно, как и начался, чары распались. Морской шар-гигант превратился в обыкновенную воду, и освобожденные суда вновь закачались на волнах.
Русалка исчезла.

* * *

- Спальня пуста! – заключил Тагон, крепко сжав секиру, обагренную кровью, - Ко-роль сбежал!
Тут Натерро втолкнул в комнату упирающегося гвардейца.
- Где Ригендо? – прорычал Ронар.
- Он… он отправился к своему магу… в западное крыло…
- За мной! – скомандовал альфар.
Затопали шаги по коридорам и все четверо побежали в западное крыло. Для того чтобы туда попасть, нужно было миновать тронный зал. На полном ходу Ронар и его спутники влетели в него и… остановились.
На троне, изображавшем сидящего лесного тролля, развалился король Ригендо, од-ной рукой поглаживая драгоценную корону на голове, в другой держа обнаженный меч. Поговаривали, что статуя эта была в далекие времена самым настоящим троллем и не простым, а повелителем Эглофии, пока его в один прекрасный день не настигло солнце. Теперь от тролля остался лишь холодный черный камень, да проступающие сквозь него кости.
У ступеней, ведущих к трону стоял колдун Лкородор Тетхан, перебирая четки, по бокам застыли десять вооруженных гвардейцев в полном боевом снаряжении и огромный воитель Варал-Меченосец, бывший карафал эглофийской армии.
- Вот мы и встретились, Ригендо! – прогремел Ронар.
- А, альфар, - король улыбнулся, - Мне кажется, ты хочешь занять мое место? Что ж, попробуй, если хватит сил и умения, - и обратился к колдуну, - Прикончи их. Уж на это хоть твоя магия способна?
Но Лкородор Тетхан презрительно усмехнулся:
- Нет, мой любимый король, сначала я убью тебя, а потом займусь ими. И всем ска-жу, что тебя убили они. Быть королем Эглофии не так уж и плохо. Как тебе кажется, я по-дойду на эту роль?
Облик колдуна стал устрашающим. Ястребиное лицо исказилось в жутком оскале, превращаясь в змеиный лик, черная тога зловеще шевелилась на сквозняке. В руках мага замерцала изумрудная молния и он, было, замахнулся, чтобы бросить ее в короля, как вдруг Ригендо с поросячьим визгом вскочил с трона и разрубил голову чародея до подбо-родка.
- Убить их! – заорал король, высвобождая меч.
Гвардейцы бросились на Ронара и его спутников, а Ригендо тем временем нажал на левую ручку трона, и за каменным креслом часть стены ушла в сторону.
- Прощайте, господа, - с иронией произнес безумный король, - Я покидаю вас.
- Пес уходит! – скрипнул зубами Ронар, отбиваясь сразу от двух наседавших солдат. В ярости, он смял их защиту, в два прыжка преодолел ступени и побежал вдогонку за ко-ролем.
Через несколько секунд альфар оказался в кромешной тьме, однако светящийся Лон-карон немного освещал ему путь, да и глаза свои Ронар превратил в кошачьи.
По винтовой лестнице он добрался до подвалов дворца.
А тем временем в тронном зале шел яростный поединок на мечах между королем глейтов Тагоном и Варалом-Меченосцем. Пятидесятилетний карафал был в войске еще при Венсаре III, главнокомандующим стал при Венсаре IV, и, пережив его, служил Ригендо по сей день.
- Сдавайся Варал! - пророкотал глейт, - Переходи на сторону Ронара.
- Никогда! Чтобы какой-то проходимец занял трон древних королей!
- Ригендо безумен! Эглофии нужен сильный правитель!
- Вранье! – прорычал полководец, - Все вранье. Династии быть!
- Да пойми ты, когда-нибудь наступает смутное время - не уступал глейт, - Нужно принять трезвое решение. Кому нужна твоя слепая вера и идиотское повиновение? Коро-нованному безумцу?
- Какому бы монарху я не служил, я буду верен ему до конца! – тут Варал обрушил свой меч на шлем Тагона. От удара у глейта помутилось в глазах, но на ногах он устоял, и тут же коварный клинок вонзился ему в живот между пластин доспехов, не спасла и кольчуга. Ручьем хлынула кровь.
Варал хищно ухмыльнулся:
- Кто следующий? Может, ты предатель?
Келтар нахмурился, принимая боевую стойку.
- Я не предатель. Я служу Эглофии и не потерплю, чтобы страной правил полоум-ный.
- Отойди, Келтар, - глухо произнес Натерро, - король глейтов был моим побратимом и я должен отомстить убийце!
Варал закричал боевой клич и бросился на элара с высоко занесенным мечом. Его встретило узкое лезвие Ардриэля, королевского меча Звездных эларов, передавщегося от отца к сыну в течение многих поколений. Клинок вспыхнул алым светом, на мгновение превратившись в иллюзорный длинный, хищно облизнувшийся язык. Волшебный клинок предвкушал битву и жаждал горячей крови.
Лязгнула сталь. Клинки скрестились. Удар. Еще удар. И еще. Обликом похожий на горного медведя Варал стремился смять защиту элара грубой силой и свирепым напором. Натерро же, точно танцуя, легко уклонялся от ударов, каждый из которых легко мог рас-сечь его напополам, как тросточку. Кружа по залу, Натерро незаметно подвел Варала к луже разлившейся крови. Ловко уклонился от удара и парировал следующий. Глаза его хищно блеснули. Есть! Варал поскользнулся в крови, вовремя не заметив ее, и, гремя доспехами, рухнул на пол. Ардриэль пропел свою погребальную песнь, и голова великого полководца слетела с плеч.
Натерро, тут же забыв о нем, бросился к Тагону.
- Вот и все, брат, - с грустью сказал глейт, с трудом открыв глаза, - Пришла пора от-правляться к праотцам. Жаль, что так рано, столько нужно было еще сделать. Но я верю, что Ронар избавит мой народ от орков. Он достоин трона великой державы, а я…
Тагон в последний раз судорожно вздохнул и закрыл глаза. Душа его отлетела.
- Прощай, брат, - с горечью произнес элар. На глазах его стояли слезы, - Нам же сно-ва в битву.
- А как же Ронар? – спросил Келтар.
- Он позаботится о себе лучше нас всех вместе взятых, - ответил Натерро.
Они перенесли короля глейтов к стене и прикрыли тело плащом.
Ронар в это время был уже глубоко в подземелье. Коридор все время разветвлялся на множество ходов, но альфар уверенно двигался по следам Ригендо, которые тот оставил в толстом слое влажной пыли. Перед каждым ответвлением Ронар наклонялся, ощупывая на холодном полу отпечатки обуви короля, чтобы не сбиться с пути.
Впереди забрезжил свет. Альфар припустил бегом. Вскоре показался Ригендо, сто-явший возле огромной решетки, и огромное, заросшее черной шерстью существо, в кото-ром Ронар признал вулга – человекообразную обезьяну с витыми рогами на голове, оби-тавшую в джунглях Южного континента.
Король, захохотав, отпер замок и бросился в ближайший коридор. Вулг отворил дверь и с рычанием бросился на альфара.
Ронар прошептал заклинание и отпрыгнул назад. На том месте, где он только что стоял, появился его ледяной силуэт. Обезьяна с ходу врезалась в него и застыла, превра-щаясь ледяную статую. Альфар с силой ударил по ней мечом, и чудовище рассыпалось на тысячи сверкающих осколков.
Скользнув в коридор, Ронар увидел, как король вылезает через люк в потолке, в ко-торый обезьяне бросали еду.
Вложив меч в ножны, альфар последовал вслед за Ригендо. Он выбрался наверх и обнаружил, что находится в небольшом дворике, а в углу к стене приставлена деревянная лестница, по которой карабкался король.
Ронар бросился за ним. Они оказались на стене, отделявшей Верхний город от Нижнего. В Нижнем городе за стеной, на которой были альфар и Ригендо, раскинулся шумный базар, гудящий, как пчелиный улей.
Король оказался в ловушке. Едва он поднялся, то побежал к башне, примыкающей к стене, где была винтовая лестница, ведущая вниз. Входная дверь оказалась запертой, и Ригендо в отчаянии заколотил по ней ногами и кулаками, закричал от страха не своим голосом.
На стену ступил Ронар и, вытащив меч, шагнул вперед. Король повернулся, глаза его горели дикой злобой. Он обнажил свой клинок и нервно рассмеялся:
- Иди, пес, сразись со мной!
Крики Ригендо привлекли внимание торговцев и покупателей. Простой люд еще не знал что дворец и Верхний город уже заняты повстанческими войсками и, следовательно, все ахнули от изумления, когда на стене показался бледный от страха король и закован-ный в доспехи альфар с мерцающим мечом. Никто и не додумался спасти своего владыку, выстрелив в альфара из лука или метнув копье, а ведь здесь был оружейный ряд. Слишком много зла причинил Ригендо простому населению, и они ненавидели деспота-тирана. И вот несколько тысяч человек с напряжением стали следить за поединком, понимая, что здесь и сейчас решается судьба империи.
Король осыпал Ронара беспорядочной серией ударов, в бешенстве растрачивая свои силы. Альфар отражал их без особого труда, и мрачная улыбка играла у него на устах.
Тут Ригендо взял себя в руки и успокоился. Он был умелым фехтовальщиком и при-нялся наносить удары четкие и размеренные. Поединок длился уже пятнадцать минут, но ни один из противников еще не был серьезно ранен.
Неожиданно меч Ригендо описал в воздухе замысловатый вензель, скрестился с Лонкароном у самой гарды и вырвал его из руки альфара. Тогда Ронар точно леопард метнулся вперед, схватил бешено заоравшего короля, поднял над головой и… насадил грудью прямо на рога своего шлема!
Ригендо зашелся, было в крике, но изо рта ручьем хлынула кровь.
Альфар снял короля с рогов и отпихнул от себя.
- Прощай, никчемный правитель, - сказал он ему, - И да смилостивятся над тобой бо-ги!
Ригендо, стоя на коленях, в ответ неразборчиво прошептал проклятие. Кровь изо рта струей вытекала вместе со словами. Подняв упавший Лонкарон, альфар сделал то, что должен был сделать. Через мгновение голова короля с жутким хрустом слетела с плеч. Обезглавленное тело Ригендо полетело в лужу грязи у крепостной стены. Отрубленная голова, несколько раз перевернувшись в воздухе, приземлилась следом. Упав, она с широ-ко открытыми глазами, казалось, будто бы взирала на побледневшую толпу, перепачкан-ная в крови и грязи.
Подняв слетевшую с Ригендо корону, Ронар, полный гордости и величия, водрузил ее на свою голову. Улыбнулся.
Народ молча смотрел на нового короля – обагренного кровью альфара, а тот взирал на них гордо и величаво. И воздух прорезал могучий рык:
- Я – король!!!
Толпа хлынула к стене, приветствуя короля-освободителя, а тело бывшего монарха было втоптано в кровавую грязь.
_____________









ЧАСТЬ 2. Король Ронар.

Я честно признаюсь, что стать королем для меня, было просто очередным этапом самоутверждения, важным осознанием того смогу ли я решить кажущуюся очень не-простой задачу: объединить разобщенные народы идеей освобождения своей родины и привести их к победе. Пока мне это удается и я всем сердцем рад, что моя самая люби-мая страна в Мелузии – Эглофия, вернется к миру и процветанию.
Захватывая власть, я, конечно, преследовал и свою личную цель, такую, как стрем-ление обезопасить Альвию от жестокого и коварного Повелителя Заэкранных Миров. Хотя, с другой стороны, стараниями эглофийцев я в первую очередь руководил борьбой за их благо. Но даже тогда чувство вины за пролитую кровь и смерти тех, кто встал под мои знамена по-прежнему гнетут меня. Я старался, очень старался решить исход каж-дой битвы, каждого сражения как можно меньшей кровью, используя свои познания в магии, но, несмотря на это, потери эглофийцев все равно огромны. Конечно, я знаю, что при войне потери неизбежны.
И все же, когда я вспоминаю Тагона, павшего от клинка Варала-Меченосца, я про-клинаю свой эгоизм. Ведь если бы я не поддался порыву и не бросился вслед за Ригендо, бросив друзей, все могло быть иначе. О, Тагон, мой дорогой друг! Как же скорбит душа моя, и сердце опустело от твоей потери!
Я знаю, что мне недолго суждено пробыть королем и дело тут вовсе не в умении управлять государством. Просто я превыше всего ценю свободу и путь долгий и неизве-данный, что ведет меня навстречу приключениям. А когда я нуждаюсь в тишине, покое и отдыхе, то отправляюсь на Альвию, впрочем, заранее зная, что не смогу там долго нахо-диться.
Меня влекут фантастические миры, покрытые паутиной седой древности, и я ощущаю себя одинаково хорошо и у штурвала призрачной каравеллы, скользящей по би-рюзовым волнам, и на лесной тропе глухого неизведанного леса, и в таинственном замке злобного чародея, и во мраке лабиринтов подземелья, и в снегах величественных гор, и на огромной равнине в гуще боя сражающихся армий. Я одинаково люблю и красоты мира, открывающиеся мне во всем великолепии, и звонкую музыку поющих клинков.
Но, даже сражаясь с представителями злобных рас, я все равно испытываю к ним жалость и сострадание. Хотя прекрасно знаю, что теми же орками, гоблинами, дунга-ми, гортами, троллями и прочими движет абсолютная злоба, жажда убийства и разру-шения. В их грубых примитивных я зыках нет таких слов, как радость, добро, справедли-вость, милосердие, состарадание. В их рядах нет силы единства, подобного тому, кото-рое есть у эларов, глейтов, ильвейнов, людей.
Люди. Еще одна раса, которую я так и не могу понять до конца. Все дело в их двой-ственности и невозможности определить, кто же стоит перед тобой – дитя Света или дитя Тьмы.
Я могу с уверненностью сказать, что элар Солнца или Снега – дети светлого нача-ла, так же как элары Ночи или орки – порождение самой тьмы. Но люди…
Люди могут быть и теми и другими. И, пожалуй, ни одна раса не обладает таким количеством пороков как эта. Они могут быть алчны и коварны, подлы и лицемерны, эгоистичны и горды.
Не знаю почему, но чаще мне встречались именно такие. Я искал настоящего чело-века в аристократии, но зачастую там оказывались люди, погрязшие в интригах, забо-тившиеся лишь о своем благе и заключавшие союзы только из выгоды.
Придя к простому люду, я встретил невежество и полное бессмыслие своего суще-ствования. Цели у них сводились лишь к естественным потребностям, и я поражался тому, что них отсутствует такие понятия как мечта, цель в жизни, осознание своей принадлежности и того, что живут они не просто так, что каждый должен совершить то определенное, для чего послан.
Я часто задумываюсь: ведь неспроста я примкнул к пиратам, казалось бы, людям, находящимся вне закона. Но, к моему удивлению, среди них оказалось намного больше на-стоящих людей, чем в городах Мелузии, где мне довелось побывать. На Ломморе я познал, что значит морское братство, увидел воочию такие понятия, как честь, достоинство, взаимовыручка и дружба. Настоящая, бескорыстная дружба, которую, увы, можно встретить так редко.
У меня мало настоящих друзей из людской расы. Те, которые хотели бы называться ими, лишь пытались использовать меня в своих целях. Но есть, есть и такие, которых я про себя называю Настоящими людьми. Они добры, бесстрашны, великодушны, просты душой, готовы на самопожертвование и неспособны на предательство. К таким я могу отнести Келтара и Зинглара, моих самых близких друзей из людской расы.
И буду рад, если таких друзей у меня будет еще больше.

Из дневника Ронара.





































Глава VIII. Призрак войны.

Завоеватели, берегитесь!
В Эглофии новый король.
Ронар из Латании
Вживается в новую роль!
Поведет он свои легионы
На вашу черную рать.
И трупы растерзают вороны,
Кровь польется рекой, не унять!

Неизвестный эглофийский поэт.

Через четыре дня после восшествия на престол, Ронар был готов выступить в поход. И двадцатитысячная армия под предводительством нового короля двинулась к приграни-чью.
Освободить предстояло ни много, ни мало – восемь форпостов из десяти (осада с Иррида была снята, крепость Согра находилась в горах и нападению не подвергалась). Крепости были расположены на расстоянии тридцати пяти-сорока фарн друг от друга. Эти промежутки ранее контролировали эглофиские всадники на ящерах, совершая разъез-ды утром и вечером.
Войско Ронара налетело точно смерч в песчаной пустыне и с легкостью захватило два первых форта. Большого труда это не составило. Упившись вином, пустынники вое-вать практически не могли.
Однако до следующих крепостей вести докатились чересчур быстро и каронцы, объ-единившись в войско, численностью шестнадцать тысяч человек, решили дать отпор. Ме-стом сражения стало поле у форпоста Лайгаон.
Пустынников вел в бой Косгали, вождь Азалов, который занял место Аль-Даира – или, как называл себя последний, Зарр.
Альфар очень надеялся, что эта битва с каронцами станет решающей, поскольку хо-тел поскорее разобраться с делами на юге, и обратить свой взор на север, откуда надвига-лась по-настоящему грозная опасность.
И вот сейчас Ронар, сидя в седле своего ящера, с мрачным ожиданием смотрел на мчащихся во весь опор каронцев.
В этой битве альфар решил применить магические способности, памятуя о том, скольких воинов он уже потерял при обороне Иррида. А ведь у всех были жены, дети, родители. Их кровь защитников окрасила стены, обагрила кривые клинки чернобородых разбойников. А потом… потом тишина и ледяное безмолвие. Ронару множество раз дово-дилось созерцать поле битвы, где от страшной картины волосы норовили стать дыбом. Про себя альфар всегда называл ту недолгую тишину над покинутым полем битвы без-молвием крови. Пройдет немного времени и ее нарушат осторожные шаги крадущихся мародеров, рычание шакалов, рвущих мертвечину и клекот слетающихся стервятников.
- Ронар, они уже близко! – голос Натерро оторвал альфара от мыслей.
- Вижу, - отозвался он, и, вглядевшись попристальнее, добавил, - еще не все зашли.
- Наша атака рассеет их ряды, Ронар!
Альфар мельком взглянул на своего карафала.
- Нет! – твердо сказал он, - Я не хочу терять людей, когда знаю, что больших потерь можно избежать, - и добавил, улыбнувшись, - дружище, нам предстоит не один поход, не одно сражение. Поверь, Ардриэль и Лонкарон еще вдосталь попьют вражеской крови… Так-так, а вот теперь пора!
Мысленно сняв чары, Ронар убрал материальную иллюзию, которую наложил на ре-ку, а саму реку плавным изгибом якобы перенес в тыл своему войску, но это была, конеч-но же, голограмма. Каронцы-то думали, что они несутся по зеленому полю, как вдруг это поле под ними исчезло самым неожиданным образом, и все разбойники в один миг оказа-лись в воде, кишевшей пираньями и аллигаторами.
Взяв лук у ближайшего стрелка, Ронар выбрал цель и спустил тетиву. Выпущенная стрела попала вождю кочевников точно в глазницу шлема, и Косгали, в последний раз всплеснув руками, исчез в мутной глубине.
- Уходим к мосту! – приказал Ронар.
- Мы могли бы расстрелять их, - буркнул Натерро.
Ронар покачал головой.
- Нет, - сказал он, - Я не убиваю беспомощных. Те, кто спасутся, пусть уходят в свои земли.
Отвернувшись, Натерро пробомотал проклятие. Хотя, он сам в последнее время с удивлением стал замечать за собой вдруг проявившуюся кровожадность.
- Подлиза! – крикнул он своему новому приятелю гоблину, - налей-ка мне своего чу-десного вина!

* * *

Армия Ронара, возглавляемая Натерро, победно трубя в рога, двинулась вниз по реке к мосту, чтобы перейти на эглофийский берег.
Ронар же остался здесь. Он молча наблюдал за теми немногими уцелевшими карон-цами, которым удалось выбраться на берег. Но, вскоре исчезли в пустыне и они, напра-вившись к своим оазисам.
Ронар с грустью в глазах глянул на реку.
Вечерело. Заходящее солнце неестественно отражалось в кроваво-красных водах ре-ки.
Альфар стоял так еще долго, прислонившись к своему ящеру, и слушал царившее безмолвие. Безмолвие крови.

* * *

Праздновали первую победу недолго. Кровавая длань войны вновь нависла над Эг-лофией. Гонцы с севера спешили с плохими вестями. Манкаллийский император Шао Лгон, во главе огромной армады, состоящей из трехсот судов, двинулся к Эделлену. На кораблях находилось двадцать тысяч солдат, и высадиться они должны были в устье реки Ивалы.
В Манкаллии не знали о свержении Ригендо, и император со своими военачальника-ми думал, что покорить Эглофию удастся без труда, так как по донесениям соглядатаев у нее не было ни армии, ни боеспособного флота.
Все было как раз наоборот. В столичном порту находилось почти шестьсот военных судов в полном боевом снаряжении, а армия составляла сорок тысяч воинов.
Ронар повел флот из четырехсот кораблей навстречу армаде Манкаллии. Здесь были как эглофийские суда, так и корабли обоих Братств.
В планы императора вовсе не входило морское сражение – манкаллийские галеры были тяжелыми и неповоротливыми, имели на борту меньше катапульт и аркбаллист и использовались в основном для перевозки войск. Кроме того, на веслах сидели рабы, у Ронара же этим ремеслом занимались эглофийцы, это была их работа, за которую они по-лучали жалование звонкой монетой. В отличие от рабов, свободные гребцы были заинте-ресованы и в победе и в работе. Да и потом флот Эглофии почти на четверть состоял из маневренных караков и каравелл, а им в Мелузии не было равных в молниеносном напа-дении и возможности скрытого подхода к врагу.
Сражение началось на четвертый день, после того, как эглофийские суда вышли в открытое море и столкнулись с манкаллийским флотом.
На рассвете капитан флагмана доложил императору, что дозорный на марсе увидел армаду, на сине-белых флагах которой изображен полосатый тигр.
Манкаллийский монарх удивился – этот символ был ему незнаком. Он даже поли-стал книгу, в которой была геральдика всех царств, начиная от гербов стран и заканчивая провинциальными знаками, но ничего не нашел. А корфийский лежащий ягуар на мали-новом фоне, стоящему тигру на сине-белом явно не соответствовал.
- Всем готовиться в бою, - приказал имеператор, - О, Кафа великий, помоги нам выиграть это сражение!
Над морской гладью пронесся длинный трубный звук, означавший, что манкаллий-ские корабли должны быть готовы начать сражение. Боцман на флагмане опустил рог длиной в восемь локтей и замер, ожидая дальнейших приказов императора.
Через двадцать минут боцман продудел дважды, означавший, что противник идет на фордевинд .
Ронар не зря выбрал позицию для своего флота с наветренной стороны – это давало ему преимущество в моменте выбора атаки, а также должно было облегчить посылку брандеров в сторону неприятеля. Да и кроме того суда, благодаря наполнеными ветром парусами, погружали в воду большую часть своих корпусов, представляя тем самым меньшую цель для тяжелых ядер противника.
- Они хотят сражаться, - заключил император, - в этом нет сомнения.
Он со вздохом глянул на изогнутую в виде полумесяца линию эглофийских кораб-лей , тревожно ожидая рева труб и поднятия золотого щита, служившего сигналом к на-чалу битвы.
На всех кораблях обоих флотов шла примерно одинаковая подготовка к сражению. Каждая команда распределялась на определенные группы: лучники, стрелки катапульт и аркбаллист, копейщики и абордажные отряды. По три матроса становились у склада с яд-рами. Оружейники выдавали сабли, кинжалы, вытаскивали запасы стрел. Часть матросов была расставлена в разных местах для переноса убитых и раненых.
Король Ронар стоял на шканцах в полном боевом облачении. Он решил сражаться как простой воин и среди прочих должен был идти на абордаж.
С обеих сторон полетели ядра, пущенные по сигналам, корабли стали сходиться, беспрерывно стреляя друг в друга. С катапульт взвились в воздух бочки с горящей смолой и палубы некоторых кораблей были уже объяты пламенем.
Ветер разносил вокруг горячий воздух и удушливый черный дым. Морское сражение началось.
* * *

Морские волны плещутся как ни в чем ни бывало, и их не волнуют ни яростные крики абордажных команд, ни предсмертные хрипы умирающих, ни удары бронзовых таранов в борта кораблей, ни скрип весел в уключинах, ни густой дым, затмевающий небеса.
Море спокойно. Дует легкий ветерок, наполняя тугие паруса эглофийских караков и большие полосатые полотнища неповоротливых манкаллийских галер. Море. В сражении по воде не убежишь, не спрячешься, лишь верный друг твой – боевой корабль, легкий и маневренный, спасет тебя. Впрочем, бегство - удел предателей и трусов.
Сражение то разгорается с новой силой, то затихает. А ночью подкрадется вражеское судно, не миновать беды. И снова льется кровь, отражаясь в свете корабельных фонарей, звенят клинки, высекая искры, слышится приглушенный топот и звуки падающих тел.
Больше недели уже длится сражение, и перевес все больше клонится на сторону эгло-фийцев.
Трудно, очень трудно уклоняться огромным галерам от ударов бронзовых таранов, да ведь император Манкаллии совсем не планировал ввязываться морской бой. Он с гневом и горечью наблюдает, как один за другим его корабли исчезают в морской глубине, а вместе с ними великолепная армия, готовая на суше смести со своего пути любое войско по приказу своего повелителя, но здесь беспомощная что-либо сделать.
- О, Кафа великий, за что ты прогневался на меня? – в отчаянии шепчет Шао Лгон, отказываясь верить в то, что, не успев даже ступить на эглофискую землю, уже потерял все, чем так гордился.
- Курс - флагман противника, - приказал он внезапно охрипшим голосом, - пригото-вить «воронов» и абордажные крючья!
Все. Битва проиграна. Осталось лишь умереть, как подобает настоящему воину.
Но, на «Лагхеле», казалось, только этого и ждали. Суда только-только успели сойтись бортами, а Ронар уже дал приказ атаковать и в числе первых перескочил на палубу враже-ского судна.
Началась схватка. Пираты завывали точно стая демонов из преисподней. Рекой ли-лась кровь. Альфар был в самой гуще сражения. Разбросав телохранителей императора, он вступил с ним в бой. Тяжелый северный меч встретила узкая прямая катана, украшенная золотой филигранью.
Шао Лгон был одним из лучших фехтовальщиков северного континента и Ронару, утомленному многочасовым сражением, пришлось несладко. Уже несколько раз лезвие катаны обрушивалось на него, спасали лишь кольчуга и шлем. Альфар решил: настала по-ра волшебства.
Он прошептал заклинание, позаимствованное у глейтов, но тут же с досадой понял, что у императора клинок не простой, с защитными чарами, и песком сыпаться не собирался. Тогда альфар окутал императора черным туманом и пока тот беспомощно озирался, силясь вновь обрести пространственную ориентацию, сграбастал его и швырнул на палубу своего карака.
- Отходим! – приказал он.
Эглофийцы спешно покинули корабль. Едва они это сделали, на палубу галеры упала бочка с горящей смолой, выпущенная из катапульты, и разгорелся пожар.
Спустя некоторое время Ронар уже вел беседу с манкаллийским императором в сво-ей каюте.
- Зачем ты пленил меня? – с болью в голосе спросил Шао Лгон, едва стража скры-лась за дверью.
Его раскосые глаза с потухшим взором, скользнули по лицу альфара.
- Ты нужен мне, - ответил Ронар.
- Для чего? Я попал в плен к врагу, унижен и оскорблен. Моя честь потеряна, а это самое худшее для манкаллийского воина.
- Я захватил тебя для того, чтобы ты отдал все, чем успел завладеть в Эглофии. Убе-решь с севера страны своих псов. Вернешь всех эглофийцев, угнанных в рабство в Ман-каллию. Потом, когда я подсчитаю убытки, ты мне их возместишь. Когда все это будет исполнено, тебя отпустят.
- Кто ты? – спросил император, - Новый карафал Ригендо? Он поступил мудро, взяв тебя на службу.
- Я – король Эглофии, - с гордостью произнес Ронар, - Я победил Ригендо в честном поединке и захватил трон великой державы!
Шао Лгон изумленно взглянул на него, сказав:
- Я не могу выполнить твоих условий.
- Не можешь? – нахмурился альфар, - Знай же, что тогда я пройдусь огнем и мечом по всей Манкаллии и сам возьму все, что мне причитается. Моей армии и флоту это под силу, хватит, чтобы стереть с лица земли три таких государства, как твои, так что тебе лучше принять мое предложение. Кстати, в случае отказа тебя немедленно вздернут на нок-рее .
Шао Лгон упрямо покачал головой.
- Ты испортил все мои планы, новоявленный король. Я одиннадцать лет ждал, когда Ригендо ослабит страну настолько, чтобы мои славные войска захватили ее и присоединили к империи. И тут появился ты… коварство судьбы… Но не радуйся раньше времени, ядовитые зубы у змеи еще не вырваны!
Ронар сначала не понял, что этот полоумный плетет, и тут заметил, что император что-то крепко сжимает в кулаке.
- Что у тебя в руке? – спросил он.
- Сейчас увидишь, - ухмыльнулся Шао Лгон и бросил в море через открытое окно маленький серебряный шарик. Придворный колдун велел использовать его как последнее средство.
Что тут началось! Видели бы вы как вздыбились волны! Небо заволокло черными тучами, молнии засверкали одна за другой, тугими струями хлынул дождь, а налетевший шквал разбросал корабли точно скорлупки.
С диким рычанием бросился альфар к императору, совершая перевоплощение и мощные тигриные клыки сомкнулись на горле истошно закричавшего манкаллийца.
Через минуту Ронар уже спешил на капитанский мостик, чтобы самому вести «Лаг-хель» сквозь ураган.


_______________



















Глава IX. ТАИНСТВЕННЫЙ КОРАБЛЬ.


Парус таинственный на горизонте
Что он сулит нам: друзей ли, врагов?
Ночь сгущается темными тучами,
И «Лагхель» уже к бою готов.

Путешествие Ронара.


Чудовищный тропический шторм.
Уже пять дней, подхваченный ветрами и мощным течением, «Лагхель», точно ска-зочная птица, летел на юго-восток.
Блинд разорвало в клочья, и лишь один наполовину зарифленный грот противо-стоял мощному напору урагана. Волны ревели, точно стаи морских чудовищ и корабль то взлетал на гребне волны, то вдруг проваливался в черную бездну. Потоки воды, покрытые фосфоресценцией, носились по палубе, грозя разрушить все на своем пути, и с грохотом сливались в шпигаты .
Оглушительно гремел гром, воздух был насыщен электричеством, темноту прореза-ли изумрудные сполохи молний, точно искры от ударов кузнечного молота Тератона.
Разыгравшаяся стихия разрушала корабль как могла. Рвался такелаж , отлетел буш-прит , первый принимавший на себя удары волн, трещали мачты, грозя рухнуть на палу-бу; руль расшатало настолько, что карак рыскал, как слепой котенок.
Буря вынесла корабль в океан. Стоявший у руля Ронар ясно видел, как они проско-чили пролив между Когоном и Тарроной. И судно, как призрак, скользило все дальше и дальше в неизвестность.
Восемь дней ярился ураган. На девятый день ветер поутих и карак закачался на волнах все еще злобного, но уже не опасного моря.
Матросы суетились, стремясь побыстрее привести судно в порядок, ставили запас-ные реи и паруса, заменяли разорванный такелаж.
- Слева по борту парус на горизонте! – раздался крик вахтенного на марсе, - Дви-жется в нашу сторону.
- Корабль, - задумчиво вымолвил Ронар, - но что он делает так далеко от континента? Или он тоже здесь, как и мы, по воле стихии?
Галеон приближался. Уже можно разглядеть белоснежные паруса, наполненные вет-ром, и изящный золотисто-зеленый корпус с рострой в виде морского змея на носу.
- Марсовый, - крикнул король, - есть ли какие-нибудь опознавательные знаки?
- Флаг, - прокричал наблюдатель сверху, - Белый с синим крестом и золотым солн-цем в центре!
- Но такого флага нет ни у одной морской державы, - удивился Зинглар, - Может, это вольный пират?
- Кто бы это ни был, - сказал Ронар, - Но ожидать можно чего угодно. Готовьтесь бою!
И вмиг команда заняла свои боевые места. Лучники расположились на марсах и вдоль фальшборта, прислуга катапульт у орудий, палубные матросы у парусов, марсовые на мачтах, абордажная команда приготовила мечи, кинжалы и крючья, облачилась в свер-кающие кольчуги.
Неведомый корабль приближался. Всего лишь четверть фарны отделяло его от кара-ка, как вдруг он, идя в крутом бейдевинде , повернулся правым бортом. Раздался оглу-шительный грохот, грянул залп. Шесть пушек изрыгнули пламя. Ядра посыпались на эг-лофийское судно. Затрещала сбитая фок-мачта, захлопали рвущиеся ванты.
Вражеский галеон постоянно менял галсы и то с правого, то с левого борта откры-вала ураганный огонь. Матросы десятками падали в объятия смерти.
Такого они еще не видели. В Мелузии не знали огнестрельного оружия, и эглофий-цам казалось, что это чудовищные драконы изрыгают огонь и тяжелые ядра.
Ощущение это усиливало еще и то, что жерла пушек были отлиты в виде драконьих голов с оскаленными пастями.
А потом корабли сошлись бортами, и все увидели какой страшный экипаж на этой галере. Ужасные скелеты в ржавых доспехах, злобные тролли и закованные в черную бро-ню воины шли на абордаж.
- Рубите их! – рычал Ронар, размахивая окровавленным Лонкароном.
Суеверный страх объял эглофийцев. Грохочущие пушки, сухой треск аркебуз и ожившие мертвецы довели их до паники. С криками они прыгали за борт, прятались в трюмах карака, бросали оружие и сдавались.
- Назад! – взревел король, - Сражайтесь, трусливые шакалы!!!
Лишь самые храбрые и отчаянные его послушались – в основном те, кто были корса-рами Братства драконов, простые же матросы разбегались, как крысы с тонущего корабля.
В жестокой схватке эглофийцам почти удалось очистить палубу карака от врагов, но на капитанском мостике галеона вдруг появилась новая фигура – высокий старик с ястребиным лицом в развевающихся на ветру черных одеждах. Следом появился слуга старика – уродливый горбатый карлик. Старик взял из его рук маску в виде волчьей головы, одел ее на себя, сжал в костлявой руке посох, украшенный в надвершии человеческим черепом, и стал выкрикивать слова заклинаний.
Альфар тоже взялся за посох. Чудовищное противоборство волшебных сил закипело. Через минуту чужеземный колдун вскрикнул и упал на колени. Волшебство Ронара оказа-лось сильнее.
В тот же миг шальная пуля попала в посох альфара, расколов его как сухую щепку. Бирюзовые молнии зазмеились по нему, с треском растекаясь по палубе.
А сзади к Ронару подобрался отвратительный скелет и ударил его по голове прикла-дом своей аркебузы. У альфара помутилось в глазах, и он рухнул на залитую кровью па-лубу.
* * *

Очнулся Ронар уже на вражеском корабле. Зловещие зомби прикрепляли к гроту бо-нет , а рабы гребли в десятом – самом быстром такте под ритмичные удары огромного барабана, в который колотил клыкастый лесной тролль. Галеон шел на закат.
Людей, как отметил Ронар, было не так уж и много, не считая остатков его команды, которая вместе с остальными рабами сидела на веслах.
- Повелитель, он очнулся, - прошипел на когонском языке слуга чародея, сидящий недалеко от альфара.
Все стало ясно как день! Корабль когонский! Но почему галеон, а не какая-нибудь бирема или трирема, и откуда, во имя Девяти кубков ада, на ней пушки и аркебузы? Отве-та на этот вопрос Ронар не знал.
Словно из воздуха перед лежащим Ронаром возникла человеческая фигура в маске черного волка. Глаза, светящиеся неестественным фосфоресцирующим светом, злобно глянули на него.
- Скалфер, - выдохнул альфар, - Кто ты?
- Я тот, чье имя неназываемо. Я - тень лика Земли, Ужас Смертных. На своем вол-шебном корабле я добываю жертвы Огненному Богу Солнца, король варварской страны. Ты и твои люди будете доставлены в город Дартхан, чтобы в Великий праздник, посвя-щенный нашему богу, ваша кровь пролилась на жертвенный алтарь!
На жертвенный алтарь! Как бы не так! Ронар чувствовал, как в нем растет закипаю-щая ярость, глаза наливаются кровью. В мгновенье ока он вскочил точно отпущенная пружина, отшвырнул, словно тряпичную куклу, карлика метнувшегося к нему, завладел его кинжалом и прыгнул на колдуна. Не отступи маг назад, и голова бы его слетела с плеч. Но страшный удар лишь разорвал маску и впился в щеку, с хрустом кроша зубы. Старик зашелся в крике. Подскочивший сзади карлик бросил в лицо Ронару горсть синего ронга и тот провалился во тьму. Последнее что он увидел, было окровавленное лицо колдуна, застывшее в жестокой усмешке.

* * *

Именно такая усмешка играла на губах чародея под маской волка и сейчас.
Окруженный тремя зомби и пятью воинами, облаченных в черные доспехи, он стоял на краю рощи возле огромного дерева, на котором привязанный сыромятными ремнями, висел альфар.
- Таковая моя месть, король варварской страны, - пролаял маг, - Из-за ужасной раны, которую ты мне нанес, я теперь буду вынужден постоянно носить маску волка. На этом острове полно хищных зверей, да и стервятники, мне кажется, тоже не прочь будут пожи-виться тобой. Эти болваны забыли прихватить гвозди, чтобы приколотить тебя к дереву, пришлось довольствоваться ремнями. Жаль, что я не смогу увидеть твою смерть, с удо-вольствием бы понаблюдал, как грифы выклевывают тебе глаза, а леопарды и гиены раз-рывают тело на части, но мы должны вовремя прибыть к празднику. Как жаль…
- Катись в Преисподнюю, проклятый колдун! – прорычал Ронар, впившись в чародея налитыми кровью глазами.
Но старик лишь громко рассмеялся и знаком велел своим приспешникам следовать за ним. Ронар мрачно наблюдал, как они отплывали на шлюпке, а затем взбирались на ко-рабль. Скелеты подняли якорь, поставили парус, и галеон скрылся за мысом.
Близилась ночь. Небо заволокло тяжелыми свинцовыми тучами, просвечивавший сквозь них огромный оранжевый шар солнца опускался на западе в море, порывы ветра поднимали огромные черные волны. Приближался ураган.
Ронар осознавал всю безвыходность своего положения. Ах, если бы он мог умереть в бою с мечом в руке! Но здесь, привязанный к дереву, беспомощный, словно младенец… Он думал о Деланне, об участи свой команды, о друзьях и королевстве. И в душу его за-крадывалось дикое безысходное отчаяние.
Время шло. Вставала кроваво-красная луна. В черном небе кружили грифы. На по-ляну, визгливо лая, выбежали полосатые гиены, а по ветвям дерева, на котором висел Ро-нар, скользил к нему точно бесшумный призрак огромный пятнистый леопард.

_________________



ГЛАВА X. Встречи со Скалфером.



Темнота пронзает полночь,
Смерть коня придержит стремя,
Колдовской туман окутал,
Волшебство твое развеяв,
Не страшишься ты напасти,
Только страх клинком взметнется,
Ты заглянешь в глаза смерти,
Но она лишь улыбнется.

Откровения Тарды.


Леопард подбирался все ближе. Пасть его была полуоткрыта, и из нее временами вырывалось утробное рычание. Однако даже в минуту смертельной опасности великолеп-ная грация и гибкость пятнистой кошки восхитили Ронара.
Кажется, это конец, пронеслось где-то в затуманенном сознании.
Тугими струями хлынул дождь. Оглушительно грянул раскат грома, а через секунду в призрачно-синем свете молнии альфар разглядел несущуюся по небу огромную золотую колесницу, запряженную тройкой черных единорогов. Возница – воитель-мертвец в рога-том шлеме в куртке из шкуры волка, из-под которой поблескивали звенья проржавевшей кольчуги, дико ухмыльнулся, сверкнул рубиновыми глазами и метнул в сторону берега что-то похожее на мерцающий сталактит. Секундой позже под сенью леса пронзительно завизжал леопард и, ломая ветви, полетел вниз. Свечение прекратилось, и во вновь мельк-нувшем сполохе молнии Ронар увидел, что кошка проткнута насквозь двуручным мечом. Он не поверил своим глазам. Это был Лонкарон!
От дождя ремни, удерживающие альфара на дереве, ослабли и растянулись. Минута, другая и он освободился, мрачно улыбнулся, ощутив в своих руках шероховатую рукоять Лонкарона.
Скалфер (а это был именно он) описал на своей колеснице круг, громоподобно рас-смеялся, перекрыв рев урагана, и растворился во мраке ночи.
- Спасибо, Скалфер, - прошептал альфар и с благодарностью склонил голову.


* * *


Клорг – человек-рыба вылез из воды и бесшумно побежал к крепостной стене. В ру-ках у него была веревка с кошкой-крюком. Он затаился в кустах, когда по стене прошел стражник, а потом забросил канат. Стальная кошка, обшитая кожей, чтобы не издавать шума, зацепилась за зубец, и клорг быстро вскарабкался наверх.
Мгновенно смотав веревку, человек-рыба спустился со ступеней и побежал по саду.
Его учуяли собаки и, тявкая, понеслись к нему. Клорг рванул быстрее и вскоре очу-тился у журчащего фонтана, в который не замедлил нырнуть.
Псы остановились, понюхали воздух и каменные борта фонтана. Рыбий запах был им противен, и они убрались прочь.
Клорг вылез из воды через несколько минут после ухода собак, осмотрелся и бро-сился к стене дворца. С помощью каната с кошкой он взобрался на третий этаж, по карни-зу подошел к одному из окон королевской спальни.
Створки были открыты, но на пути встала прочная решетка. Порывшись в кармашке поясного ремня, клорг извлек оттуда какой-то пузырек, откупорил его и помазал мазью два прута решетки. Через несколько секунд он дернул их и те сломались как сухие веточ-ки. Человек-рыба проник внутрь и остановился, озираясь, а затем направился к роскошной кровати на которой спала Деланна.
Клорг вновь покопался в кармашке ремня, достал другой бутылек, и хотел всыпать немного синего ронга в нос ильвинии, как та с криком неожиданно вскочила, и схватилась за меч. Но воспользоваться им ей не удалось. Клорг бросил ей в лицо щепотку ронга и она неслышно осела на пол.
Похититель подбежал к окну, подхватив на руки Деланну. За окном, непрерывно ма-хая крыльями, но оставаясь на одном месте, его ожидал большой гриф с клеткой в лапах. Дверца клетки была открыта. Клорг бросил туда Деланну. В этот миг двери распахнулись и в спальню вбежали Келтар и Золотые Ягуары. Но было уже поздно - человек-рыба за-прыгнул в клетку и гриф растворился во мраке ночи.
Стражники на стенах удивленно смотрели на пронесшуюся в ночном небе тень хищ-ной птицы, однако она исчезла так быстро, что они вскоре начали спрашивать себя: было ли это на самом деле или это им просто привиделось.

* * *
- Скоро, совсем, скоро ты станешь королем Эглофии, Аргод!
Говоривший был высокого роста. Белое одеяние и амулет на шее в виде свернувшейся змеи выдавали его за жреца запрещенного в Эглофии культа почитателей гремучих змей. Двое взирали на него горящими жаждой власти глазами, третий с мрачной холодностью и жесткой ухмылкой. Первый – тот к кому обращался жрец, был эглофийским вельможей, состоявшим в далеком родстве с прежней династией. Он считал, что трон после смерти Ригендо принадлежит ему, и с готовностью согласился на заговор, предложенный предводителем орков Тогарона, через своего посланца. Второй – гибкий стройный мужчина в одежде моряка со взглядом разбойника и хищно оскаленным ртом – был когда-то карафалом эглофийского флота, но при воцарении Ронара поспешил скрыться на корабле с награбленными во время пребывания у власти сокровищами и стал пиратом, третий – посланец Тогарона – был огромным орком, облаченным в чешуйчатые доспехи, с двуручным мечом за спиной.
Оглядев слушателей долгим проницательным взглядом, жрец продолжил вновь:
- В нашем распоряжении девятнадцать сотен орков-наемников, присланных Барго-том. Этого хватит, чтобы перебить Золотых Ягуаров и занять Верхний город.
- Но, что же народ? – поинтересовался пират.
- Подчинится, - ответил жрец, - Наша основная задача сделать так, чтобы прихвостни узурпатора убрались вон. Мы пустим слух, что король Ронар пропал во время морской битвы, и заявим о воцарении прежней династии. А потом дождемся короля орков Тогарона с его войском, и вся Эглофия будет у наших ног.
- Но остается еще так называемая подруга короля, - Аргод нервно сглотнул.
- Эту задачу мой повелитель взял на себя, - прошипел орк. Глаза его вспыхнули точ-но угли, - Сейчас пока мы обсуждаем планы в этом подземелье, Деланна похищена, и на-ходится уже далеко отсюда.
- Отлично! – жрец довольно потирал руки: время близится, скоро сбудутся его мечты о возрождении в Эглофии змеиного культа и провозглашении его государственной рели-гией, а звездный Эрт и другие светлые Боги канут в небытие.
- Только не забывайте о том, кому вы служите, - напомнил орк, - не каждый день вам предлагают занять вершины власти, не так ли?
Все трое кивнули.
«Как они наивны, - с усмешкой подумал орк, - Должно быть Барготу приятно иметь такие игрушки как они. Игрушки из живых людей».

* * *

Густая чернильная темнота окутала Ронара. Он сделал первый шаг во мраке. Грубо вырубленные ступени в расщелине одинокой скалы, куда альфар забрался, спасаясь от непогоды и стаи полосатых гиен, вели вниз, в неизвестность.
Прошла секунда, другая, глаза Ронара превратились в кошачьи, а обнаженный Лон-карон замерцал серебристым светом, роняя на пол, похожие на снежинки, звездочки.
Ступени кончились и альфар, раздвигая паутину, очутился внутри пещеры. В лицо неожиданно пахнуло могильным холодом, раздался грохочущий смех, эхом отражавший-ся от свода, как по волшебству на стенах вспыхнули факелы, и в мерцающих отблесках пламени Ронар заметил раскрывшийся зев черного портала. Еще секунда и он втянул в себя альфара. Непроглядный мрак окутал все вокруг.

* * *

Ронар и Деланна стояли друг против друга среди желтых бесконечных песков и ни-чего не понимали – как произошло, что они находившиеся на расстоянии тясяч фарн друг от друга оказались здесь, явно на какой-то другой планете?
- Деланна?
- Ронар? Что происходит?
Они заключили друг друга в объятия.
- Мне тоже хотелось бы знать, в чем дело, - сказал альфар.
- Представляешь, - с волнением в голосе произнесла Деланна, - меня похитили. Страшный клорг выкрал меня из дворца, бросил в клетку, которую держала в когтях ог-ромная птица, и мы полетели на северо-восток. Во время полета мы попали в какое-то темное облако, и я словно по волшебству очутилась здесь.
Альфар оглядел окрест. Кругом лишь зеленые барханы, сине-зеленое небо и малень-кое ослепительно-белое солнце, жгущее точно огонь.
- Ронар, Деланна, а я вас уже жду! – раздался за их спинами голос со скользящими в нем металлическими нотками.
Альфар и ильвиния резко обернулись.
- Скалфер... – с дрожью в голосе промолвила Деланна.
- Собственной персоной,- усмехнулся бог, - потом поблагодарите, что спас вас обоих и что вы опять вместе оказались вместе. Планета, конечно, не ахти какая, но, все же здесь получше, чем те места, где вы были до этого, не так ли?
- Да уж, пожалуй, - согласился Ронар, вкладывая меч в ножны, - Есть ли какие-нибудь новости, Скалфер?
Деланна поглядела на альфара с некоторым недоумением. Он общался с северным богом, как с равным, и Скалфер, похоже, воспринимал это как должное. Ну и дела!
- Новостей целый ворох, - признался Скалфер, - даже не знаю, с чего начать.
Он поскреб костяным пальцем по рогатому шлему.
- В общем, начну издалека, - продолжил он, - а вы, если что меня поправляйте. В поисках ответа на наши вопросы я побывал во многих измерениях и беседовал с Мелузийскими богами Севера. Южные боги отказались мне помочь, вдобавок пообещав припомнить, что я вмешался в твою битву с Танаром, но это не суть важно. Как ты правильно и предположил, Ронар, в нарушении Великого равновесия замешаны орки. Но я подозревал, что существует еще некто, кто руководит всем этим «театром», потому что волшебство, что творит орочий король Тогарона, ему не может быть подвластно.
Самое интересное, что я замке я обнаружил, кого бы ты думал? Верховного Трога, по неизвестным мне причинам вырвавшегося из Мира вечных мук и огня, куда ты его низверг, приняв вызов на поединок. Лкорон Кин де Ласах по-прежнему одержим идеей возрождения Великой империи, подобной той, что правили он и его собратья до Катаст-рофы.
Но самое главное еще не это. Черные силы Зла вырвались на свободу, неся хаос и разрушение. Из Тогарона надвигается Мрак, который скоро окутает континенты, ибо наш Враг на Земле, Ронар. Баргот вселил дух Повелителя Заэкранных Миров Фаркон Саран Лвир Когор Ив Амрона в тело дракона. Пока чудовище находится в одной из пещер вул-кана, питаясь его энергией и накапливая силы.
Орочий король хочет, чтобы демон помог ему в завоевании континентов. Но у Повелителя Заэкранных Миров совсем другие планы и оказаться в Мелузии для него редкостная удача, не знаю, что уж тут ему благоприятствовало: звезды или воля тех, чьи имена покрыты завесой мрака. Он охотится за тобой Ронар, а значит, охотится за твоей планетой.
Глаза альфара при этих словах превратились в узенькие щелочки. Деланна заметила, как в них промелькнули молнии.
- Как я понял из твоего рассказа, ящер относится к породе Пламенеющих драконов, раз он питается энергией подземного огня, а это значит…
Ронар выдержал эффектную паузу.
- Ну же, не томи! - затеребили его разом Деланна и Скалфер.
- Его может победить Сила Воды. Или Льда, - заключил альфар.
Скалфер уже догадался, на что намекает Ронар.
- Волшебный кристалл, имя которому Ледяной Холод?
Альфар с улыбкой кивнул.
- Он самый. И я найду его.
- Что ж, - развел руками Скалфер, - Мне остается лишь пожелать тебе удачи, потому что во владениях Элкира я не смогу помочь тебе. За Деланну не беспокойся, я отправлю ее в замок Натерро, тебя же перенесу во владения Исполина Льдов.
Но и это еще не все. В руке Скалфера появился небольшой, излучающий тепло ру-бин. Подойдя к альфару, бог, прошептав заклинание, вставил его в надвершие рукояти Лонкарона.
- Это Нурнвиндэль, - сказал он, отходя немного и любуясь огненным мерцанием камня. В нем заключена сила и мощь огня, и пока он излучает тепло, холод Севера не бу-дет иметь власти над тобой. Но помни, чары камня не бесконечны. Пока рубин мерцает, мороз тебя не возьмет.
Договорив эти слова, Скалфер создал клубящееся белое облако.
Ронар обнял Деланну. Она прижалась к нему. Слов не требовалось, ибо они пре-красно понимали друг друга, глядя глаза в глаза.
- Пора, друг мой, - поторопил Скалфер.
Ронар тяжело вздохнул и быстро шагнул в облако, очутившись в межуровневом тон-неле. В последнее время ему было все труднее расставаться с Деланной.
Через минуту он уже плюхнулся в сугроб, спугнув серебристого песца, рывшего снег неподалеку в поисках леммингов.
Выбравшись, Ронар отряхнулся и активировал теплую одежду из волшебного сун-дучка. Камень Скалфера тепло мерцал, и холода альфар и вправду не чувствовал.
Осмотревшись по сторонам, Ронар взял путь на северо-восток. К Верульскому морю, во владения Исполина Льдов.

* * *

Так далеко на север альфар еще не забирался. Кругом – куда ни глянь – снега. Ледя-ной ветер хлещет по лицу, словно удары плети. Материк уже давно позади и альфар бре-дет по вечно замерзшему морю.
С тревогой Ронар в очередной раз бросает взгляд на надвершие Локарона. Рубин, данный Скалфером, по-прежнему тепло мерцает, а мыслях, как сейчас отчетливо проно-сится голос бога: пока Нурнвиндэль лучится, ты сможешь идти. И он идет. Непонятно только откуда силы берутся. Впрочем, если идти на лыжах, тем более, если они подбиты камусом, не так уж и трудно. Они словно сами скользят, а если бы и ветер не дул, вообще было бы замечательно.
С тоской Ронар вспомнил об упряжке с оленями, которую неделю назад ему одол-жили гостепреимные кочевники окачи. Теперь оленями вовсю пировали полярные волки, а сам Ронар с прокушенной рукой скользил на лыжах все дальше на север, очень надеясь, что по пути ему повстречается стойбище, где удастся найти собак и легкие нарты.
В очередной раз Ронар активировал лечебную ауру, окутавшую прокушенную руку голубоватым сиянием: боль усиливалась, и терпеть ее не было никакой возможности.
С легкой иронией Ронар подумал, что неплохо было, если бы летающая шкура могла еще и скользить по снегу, на севере-то на ней не полетаешь. Но это только мечты, а в реальности еще час-другой и придется ставить волшебный домик.
Ронар вздохнул. Не идти нельзя. Ведь только магический кристал Ледяной Холод способен воздействовать на демона Тьмы. Но успеет ли он найти камень, пока не угаснет последний лучик Нурнвиндэля? Ведь если опоздает, то превратится в ледяную статую, подобную тем, что украшают чертоги Элкира.
Ронар остановился внезапно, глядя на темные волны, плескавшиеся в преградившем ему путь разломе, которому не было видно ни конца, ни края. Из воды высунулась мор-дочка нерпы. Огромные черные глаза-бусины любопытно глядели на него.
Задумчиво поглядев на животное, альфар вызвал из миниатюрного волшебного сун-дучка шкуру тура, собираясь перелететь на другую сторону, в душе все больше убеждаясь, что отыскать замок Элкира в этой ледяной пустыне будет отнюдь непросто.
- Не туда идешь, - вдруг прозвучал голос.
Сначала Ронар и не понял, что голос принадлежал нерпе, но подумал: «А откуда ты вообще знаешь, куда я иду?».
- Я – хозяйка этих мест, - донесся голос за его спиной, - мне все ведомо.
Альфар резко обернулся. Нерпа в разломе уже исчезла, зато позади него появилась огромная белая медведица. От неожиданности Ронар даже сам не успел понять, как Лон-карон сам оказался у него в руке. Ярко блеснула сталь.
- Не бойся, - мягко сказала медведица голосом, который мог скорее принадлежать юной девушке, - Я не причиню тебе вреда. Более того, я помогу тебе Ронар-альфар.
- Ты знаешь, кто я? – удивился Ронар.
- А разве можно забыть отважного предводителя пиратов Севера? Конечно, я знаю тебя. И даже больше, чем тебе кажется.
Медведица обернулась девушкой. Грациозная и изящная, словно газель, она босая стояла на снегу. Хрупкое нежное тело охватывало лишь легкое облегающее платье. Мяг-кие рыжеватые локоны густой волной рассыпались по тонким плечам, большие вырази-тельные глаза цвета неба отчего-то с грустью смотрели на него.
- Как твое имя, девушка? – спросил Ронар, - И что ты делаешь одна в Царстве сне-гов, где нет человеческого жилья на много переходов окрест?
Легкая улыбка чуть тронула губы прекрасной незнакомки.
- Я – Лейниэль, младшая дочь Элкира, - просто ответила она, - Здесь мой дом.
- Дочь Владыки Севера, - прошептали губы альфара.
Он замер, не зная, как повести себя дальше. В царстве Элкира Ронар ожидал встре-тить ледяных великанов, снежных гоблинов, полярных волков, белых медведей, стерегу-щих вход в замок грозного бога, готов был сразиться с огромной белой змеей, имя кото-рой было Полуночная смерть, что неусыпно стерегла магический кристалл Ледяной хо-лод. Да что там, даже появлению самого Элкира он увидивился бы куда меньше, но встре-титься здесь с прекрасной дочерью бога в этой ледяной пустыне! Такого альфар просто не ожидал.
- Лейниэль, - зачарованно произнес он, - Красивое имя.
Девушка улыбнулась, видя замешательство альфара. Почти не касаясь маленькими ступнями снега, она подошла к нему.
- Я знаю, что ты ищешь Ледяной Холод…
«Так-так, - подумал Ронар, вздохнув, - Как же все тайное быстро становится явным».
- … И я принесла его тебе.
А вот это было как гром посреди ясного неба. Альфар был уверен, что появись здесь и сейчас сам Элкир, он бы удивился гораздо меньше. Как объяснить все это? Или это игры богов, или… или Лейниэль к нему неравнодушна.
Ронару совсем не хотелось разбивать ее юное, трепетное сердце. Он бы предпочел сейчас схватиться хоть с теми же полярными волками, чем видеть слезы на ее прекрасном лице.
Альфар трепетно взял из протянутых к нему нежных рук девушки резную шкатулку с кристаллом внутри и спрятал ее в волшебный сундучок.
- Спасибо, - поблагодарил он, - Спасибо от всего сердца, прекрасная Лейниэль.
- Прошу тебя, останься со мной, - девушка обвила руками шею Ронара и легонько коснулась губами его губ, - Я умолю отца, и он смилуется над нами. Ты обретешь покро-вительство самого Элкира и станешь величайшим воителем Севера. Будь моим мужем, ведь я люблю тебя!
Но альфар лишь тяжело вздохнул.
- Ты замечательная девушка, Лейн, - грустно сказал он, - и если мое сердце было свободно, я бы тоже полюбил тебя. Но с этим ничего не поделаешь. Осмелюсь лишь спро-сить: будем ли мы друзьми? Мне будет очень больно, если ты возненавидишь меня. Ты же знаешь, мы не властны над сердцами.
Лейниэль улыбнулась, но глаза ее наполнялись слезами.
- Я понимаю тебя, Ронар. Мы будем друзьями. Ты прав, ты настолько прав, что мне даже нечего возразить тебе. Иди и будь счастлив. Я задержу отца, сколько смогу, и когда он отправит за тобой погоню, надеюсь, будет уже поздно. Возьми моих оленей, что несут-ся быстрее северного ветра. Они промчат тебя по звездному небу до самых Такламских гор. Да осветит северное сияние твой путь!
Ронар крепко обнял Лейниэль.
- До встречи, - прошептал он, - И прости, если сможешь.







* * *

Уже восемь дней Ронар уходил от погони. На полпути от Неквара волшебные олени Лейниэль, увидев скачущих белых гоблинов на полярных волках, испугались и перевер-нули нарты, сбросив альфара в сугроб. Хорошо, что они еще были недалеко от земли.
Теперь Ронар, используя магию ожерелья троллей, в облике зверей уходил от неуто-мимой погони. И если сыновья Элкира – огромные бородатые великаны в заиндевелых доспехах верхом на белых медведях довольно быстро отстали, то снежные гоблины по-прежнему неслись во весь опор, и ноги волков, казалось, не ведали усталости.
Ронар знал, что стоит ему добраться до замерзашей реки, где кончалось царство Эл-кира, гоблины прекратят его преследовать. Но время шло, мимо, словно во сне, проноси-лись ряды сосен и елей, укутанных снегом. Вот уже и Такламские горы замаячили на го-ризонте, а до реки нужно было еще бежать и бежать.
К вечеру выдохся и тигр, последнее животное, в которое умел превращаться Ронар. Он обернулся самим собой и, дико сверкнув глазами в сторону нагонявших гоблинов, побежал дальше.
Ночь сгустилась чернильной тьмой, небо затягивало облаками. Мороз крепчал. Было слышно, как деревья начинают потрескивать от холода. Воздух прорезало лишь ставшее хриплым дыхание альфара. Гоблины неслись молча, лишь только изредка потявкивали волки.
Сквозь тучи проглянул месяц, осветив Ронару дорогу, как, впрочем, гоблинам их жертву. Альфар погрозил ему кулаком, и, собрав последние силы, припустил еще быстрее – гоблины были почти на «хвосте».
Река перед ним встала словно внезапно. Не рассчитав скорость, Ронар, упав, съехал с покатого обрыва на лед, с треском обломившийся у края.
Преследователи тоже скатились вниз. Скуля, волки сбились в кучу, и, царапая ког-тями лед, стали, подгоняемые пинками гоблинов, выбираться из воды. Один из волков, не в меру прыткий, выскочил, зацепив поскользнувшегося Ронара.
«Все, - мелькнуло у альфара в голове, - сражения не избежать». Он резко откатился в сторону, выхватывая озарившийся голубоватым свечением Лонкарон. Теплоты Нурнвин-дэля он почти не чувствовал. Через час-другой он начнет терять силы, и холод скует его, как бы он этого не хотел.
Жуткий визг потряс воздух, когда первый волк напоролся на выставленный клинок. Вскочив, Ронар резким рывком высвободил оружие и молниеносным ударом снес голову гоблину, пытавшемуся выбраться из-под уже мертвого животного.
Отскочив в сторону, Ронар пропустил второго всадника вперед и вновь ударил. Но волк неожиданно рванул чересчур быстро, и острое лезвие лишь начисто срезало его хвост, а альфар, поскольку сила удара предназначалась никак не для хвоста, и, соответст-венно, не встретила достойного сопротивления, упал.
На него тут же навалились всем скопом: и спешившиеся гоблины, и оскалившие клыки волки.
Альфар чувствовал, как кинжалы гоблинов пытаются прорвать его кольчугу, а ост-рые зубы волков рвут одежду. Вот если бы дотянуться до Пожирателя плоти, а еще лучше превратиться в мышь! Ронар уже начал было шептать заклинание, но тут раздался жуткий треск.
Лед проломился, не выдержав тяжести навалившихся на альфара гоблинов и волков. Ронар оказался в ледяной воде. Он слышал, как рядом барахтались гоблины, оглашая воз-дух дикими криками, жуткими голосами от страха визжали волки.
Еще мгновение, и ледяной поток утащил Ронара под лед. Кольчуга и намокшая оде-жда потянули его ко дну.
«Кольцо», - мелькнуло где-то в затуманенном сознании.
С большими усилиями он вогнал меч в ножны и активировал волшебное кольцо, превратившись в полурыбу.
Дышать стало значительно легче, а мощный рыбий хвост позволял маневрировать в течении реки. Если ему повезет, он сумеет выбраться на поверхность, продолбив лед ме-чом около берега. Правда, в мутной воде не разглядишь ничего.
Ронар постепенно опустился на дно. Течение здесь было помедленнее, а вода чуть прозрачнее. Он разглядел неподвижные тела гоблинов и волков. Здесь им спокойнее, с легкой толикой сарказма подумал альфар.
«Попробую найти полынью, - решил Ронар, - Сдается мне, уцелевших гоблинов уже и след простыл».
- Не торопись покинуть мое царство Ронар-альфар, - прозвучал в его голове чей-то голос.
- Кто здесь? – послал мысль Ронар, силясь разглядеть хоть что-нибудь в этой мути.
- Я – хозяин реки, - вновь прозвучал голос, - Разве ты не знаешь, что из моего царст-ва назад дороги нет?
- Кто-то мне уже говорил подобное, - нарочито рассудительно произнес Ронар, - уж не Владыка ли морей Танар?
Видимо, это замечание несколько смутило таинственного хозяина, поскольку он не сразу нашелся что ответить.
- Ты потревожил мой сон, - усталым голосом проговорил речной бог, подплывая по-ближе.
Альфар, хоть и смутно, но все же смог разглядеть его. Это было весьма странное су-щество, похожее на средних размеров пузатый бочонок. Маленькая, напоминающая лягу-шачью, голова, нелепо сидела на короткой шее. Тонкие перепончатые лапки покоились на массивном животе. Рыбий хвост водяного слегка подергивался, удерживая его на одном месте, чтобы не сносило течением.
- На Совете Богов я слышал, как ты расправился с Танаром. Моя племянница Лалона теперь не находит себе места от счастья. Но, как ни крути, Танар был моим родственни-ком, пусть и дальним, и кровь его взывает к отмщению. Пожалуй, надо разбудить сомов, дремлющих под корягами, да и щуки (ох, и острые же у них зубы!), сдается мне, не отка-жутся тебя потрепать!
Проговорив эти слова, водяной принялся посылать телепатические сигналы своим подданным, но забыл, а может просто не разглядел, что Ронар практически полностью превратился в обитателя вод.
Омутинник ощутил лишь легкое движение воды, а потом вдруг почувствовал у своей короткой шеи холодную сталь кинжала.
- Что ты теперь скажешь, пузатый бочонок с жиром? – Ронар постарался придать своей интонации как можно более грозный оттенок, поскольку еле сдерживался, чтобы не расхохотаться от нелепого вида изрядно перетрусившего водяного, - Или тебе не терпится разделить участь Танара?
И посильнее надавил на лезвие. Речной божок забился в конвульсиях.
- Я… я сделаю все, что ты скажешь, - выдавил он с трудом из себя.
- Ты бог, - стал излагать свои требования Ронар, - пусть не из главных, но способно-стбю к телепортации обладаешь, ведь так?
- Так, - хрипло прошептал водяной, стараясь как можно дальше отодвинуть горло от острого лезвия.
- Тогда отправь меня на берег…
Ронар даже договорить не успел, как уже оказался в пространственном тоннеле. Все еще не доверяя речному богу, он на всякий случай превратился в тигра, а через несколько секунд очутился в… пещере циклопа.
- Какая славная киска! – прогремел одноглазый великан, делая шаг к нему.

* * *

Времени на раздумья не оставалось. Хорошенько цапнув протянутую громадную ру-чищу циклопа, тигр отскочил в сторону и понесся к белевшему выходу. За ним, прижимая к себе окровавленную руку и изрыгая проклятия таким голосом, что дрожали своды пещер, топал циклоп.
Мигом выскочив из пещеры, тигр разко затормозил у обрыва. Внизу, в котловине, на глубине пятнадцати локтей темнела гладь еще не замерзшего озера.
Превратившись в альфара, Ронар схватил неподалеку камень поувесистее, зашвыр-нул его в воду, а сам спрятался за близлежащий валун и стал наблюдать.
Через считанные секунды из пещеры, тяжело ступая, выскочил циклоп, и, щурясь единственным глазом от ярко-белого снега, попытался разгялдеть, куда же подевалась эта кусачая кошка. Он в очередной раз подумал, что красивые полосатые рукавицы были бы ему очень кстати – ведь при огромных размерах чудовища тигриной шкуры на большее бы попросту не хватило.
Приглядевшись, циклоп увидел круги, расходящиеся по воде, рот его растянулся в жуткой ухмылке. Попалась, кошка! И полез в озеро. Воды гиганту оказалось всего лишь по плечи, и он довольно сноровисто начал шарить по дну, пытаясь отыскать свою добычу.
Циклоп так увлекся этим, что не заметил, как альфар, окутав себя молочно-белым туманом, на шкуре тура пролетел над озерной гладью и слегка провел по воде краем Ле-дяного холода, внутренне ужаснувшись огромной мощи кристалла.
Ронар не поверил своим глазам! За несколько мгновений озеро вместе с нырявшим циклопом и всеми своими обитателями замерзло до самого дна!
Вот это сила, вот это да! Сделав головокружительный виток над котловиной, альфар взмыл над горами, в упоении не замечая ни ветра, хлещущего по лицу, ни жгучего мороза.
Теперь в своих силах в битве с Повелителем Заэкранных Миров он был уверен как никогда.


_____________


























ЧАСТЬ 3. СПЛЕТАЕТСЯ ТЬМА.



Острый проницательный ум всегда значит для меня больше, чем грубая сила. Ум способен подчинить себе силу, сделать ее послушным орудием в своих руках, средством для достижения цели.
Что значит сила варваров – могучих воинов с бугрящимися мышцами, если они тупо служат худосочному чародею, которого любой из них мог быть убить легким ударом ку-лака. Но, благодаря своему уму, чародей легко удерживает варваров в повиновении и для него они значат не более, чем прах под ногами.
Что значит сила громил, работающих охранниками в портовых тавернах роскош-ных городов юга, если они продают ее за деньги, или сила горных великанов и троллей, которых, если хорошо подумать, можно запросто обвести вокруг пальца.
Я часто слышал выражение: сила решает все. А я поправлю: Сила, направляемая умом, решает все. И это истинно, непреложно.
В годы моей юности я обладал силой, обычной для взрослого мужчины. Но, создав благодаря своему уму и магическим познаниям волшебные наплечники, я могу без устали сражаться тяжелым северным мечом по восемь часов кряду, а ударом кулака проломить череп дикому быку.
Стал бы я тем, кто я есть сейчас, если бы мой ум не способен был правильно мыс-лить, обдумывать происходящее и впитывать полученные знания, как губку. Не думаю.

Из дневника Ронара.






















Глава XII. Когда мертвецы оживают.


В свете факелов сверкают клинки,
Заговорщики сеют смуту,
Но Ронар не дрогнет, не побежит
В роковую для всех минуту.
В нем дух могучий взывает к борьбе,
В руке Лонкарон блестит,
Замах, удар и вот уже коварный враг убит.

Неизвестный эглофиский поэт.

Ронар не совсем удачно приземлился на палубе «Лагхеля», слетев со шкуры и запу-тавшись в вантах. Еще бы, ведь он толком и сориентироваться не успел, когда его неожи-данно втянуло в пространственный тоннель. Опять, наверное, Скалфер постарался.
Что за сюрприз на этот раз?
- Давай помогу, - раздался рядом голос Деланны.
Вися вниз головой, Ронар не сразу заметил ее. Еще секунда и он освободился, крепко обняв свою возлюбленную.
- Все получилось, - радостно сказал он, - кристалл у меня. Представляешь, мне его подарила сама Лейниэль, дочь Элкира.
Он тут же понял, что сболтнул лишнее.
Деланна нахмурилась.
- Лейниэль? - подозрительно переспросила она, кивнув головой, - ну-ну.
- Ревнуешь?
- А ты как думал? – Деланна передернула плечами, - Три дня тебя не видела и что я слышу?
- Да что я такого сказал? – обиделся Ронар, - И потом, ты точно уверена, что три дня? По моим посчетам, я путешествовал почти три недели. Кости Скалфера, какая-то путани-ца со временем!
Хотя, может ты и права. Скорее всего, в царстве Элкира время течет несколько бы-стрее, чем у нас. Ведь если судить по тому, что «Лагхель» прибило течением к острову Эснер у побережья Когона, действительно прошло дня три-четыре, смотря на какое рас-стояние корабль вынесло штормом в море. Но даже если и прошло три-четыре дня, когон-ский галеон находится на полпути к Дартхану. Значит… мы успеем их спасти!
- Кого, спасти, Ронар?
- Команду «Лагхеля». Я тебе по пути все расскажу.
- Но кто будет управлять кораблем сейчас?
Что ж, вопрос был вполне уместный. Вдвоем, конечно, они бы управились с паруса-ми и как-нибудь доплыли бы до Ломмора, где можно было набрать команду, а заодно и починить сбитую фок-мачту, но о погоне не могло быть и речи.
Или могло? Деланна удивленно смотрела, как альфар рисует на досках палубы пен-таграмму, как раскладывает волшебные камни, чувствовала, как плетет ментальную сеть заклятий и посох в его руке слегка подрагивает, а алмаз, зажатый в орлиной лапе в над-вершии посоха, пульсирует и излучает голубоватое сияние.
Ронар повернулся к Деланне.
- Спустись в каюту, пожалуйста. Твоим прекрасным глазам не стоит на это смотреть, - сказал он.
Едва Деланна скрылась за дверью, Ронар открыл портал, и приготовленные чары вырвались на свободу. Результат не заставил себя ждать. Проворно цепляясь за бортовую обшивку, на палубу влезали скелеты, поднятые Ронаром со дня моря – все как один быв-шие когда-то моряками и погибшие в сражении разыгравшегося у острова пару столетий назад, когда Когон воевал с Гуафаром.
Вид зомби был ужасен: кости покрыты зеленоватым налетом, с грудных клеток сви-сали клочья одежды и порванные ударами клинков кольчуги; смятые шлемы нелепо сиде-ли на ухмыляющихся черепах. И вооружение у них тоже было самое разнообразное: у ко-го прямые северные мечи, у кого кривые ятаганы или абордажные сабли, секиры и длин-ные кинжалы.
Но это было еще не все. Неподалеку от «Лагхеля» из морской пучины показались верхушки мачт, а через минуту две боевые триремы с обрывками парусов, обросшие ра-кушками, покрытые илом и зеленой тиной, но так же полные оживших мертвецов, закачались на волнах.
Мигом на палубах судов закипела работа. На «Лагхеле» взяли запасные паруса и ус-тановили их на триремах. А потом, когда все было готово, задул мощный попутный ветер, вызванный волшебством альфара, и корабли, обогнув остров Эснер, помчались вдоль побережья Когона к Дартхану.

* * *
Улицы Эделлена были заполнены народом. Толпа бесновалась и радостно вопила: у Эглофии был новый король - Аргод, акаф Метнаи, состоявший в далеком родстве с преж-ней династией.
Акаф Натрерро и торег Далтарн в отсутствие короля взявшие бразды правления в свои руки, отказались признать Аргода правителем. Но тот растрезвонил о том, корабль Ронара унес страшный ураган во время морского сражения с Манкаллией, а спустя не-сколько дней, и Деланна исчезла таинственным и непонятным образом. Он накинулся на Натерро и Далтарна с криками и руганью, мол, они только и ждали такого случая, чтобы захватить власть и разграбить страну.
В городе начались волнения. Народ, поверивший злым наветам, потребовал изгнания Натерро и Далтарна. Но оба ренга вместе с Золотыми Ягуарами укрепились в королевском дворце, и Аргод решил, что пора обнажить свои волчьи клыки.
Он тут же приказал заточить в темницу городскую стражу, не желающую ему под-чиняться, а оказавших сопротивление, казнить.
Главу купеческой гильдии арестовали и повесили на центральной площади безо всяких церемоний, когда тот призывал народ одуматься и еще немного подождать возвращения короля, а также высказал возмущение по поводу новых непомерных налогов, введенных Аргодом.
И это было только начало. Солдаты Аргода принялись хозяйничать в Нижнем горо-де, грабя и поджигая дома и лавки.
Взбешенный народ взбунтовался. Вооружившись топорами, ножами и кольями, лю-ди принялись изгонять прихвостней узурпатора из города.
Утром новоявленный король выступил перед народом на городской стене, отделяв-шей Верхний город от Нижнего. Наряженный, словно шут, он хохотал людям прямо в лицо.
- Аргод – король! Ронар мертв! Проклятый узурпатор мертв! Я – король! Кто правил вами? Самозванец из Латании, безродный пес. Он убил великого Ригендо, мудрейшего из правителей и украл корону древних царей! Но теперь он мертв, мертва его девка, и я, как родственник Ригендо, занимаю Трон из костей тролля по праву наследия. Во дворце короля засели изменники, я уничтожу их, и тогда мою власть узрите все вы!!!
- Зачем ты приказал грабить и жечь город? – раздались крики.
- Такого приказа я не давал, - соврал Аргод, - Но я разберусь с этим, и виновные бу-дут расчленены на Кровавом помосте, а трупы их будет клевать воронье!
- А откуда известно, что король Ронар погиб? – заорал кто-то.
Аргод, было, замялся, но тут же поправился:
- Волшебный шар показал мне такое видение: королевский флагман разбило о под-водные скалы недалеко от берегов Когона. Борт его был пронзен похожей на клык скалой. Волны мотали корабль вверх-вниз и, словно жертву, жестоко терзали его. Шторм сорвал все паруса, палуба вздулась, и корпус трещал от напора волн. Я слышал вопли ужаса из сотен глоток, видел бурлящий черный водоворот внизу, в котором исчезали мертвые тела и обломки судна. Страшное это было зрелище, но любой из моих воинов, видевших это, может вам подтвердить.
- Подтвердят они, как же! – прокричала какая-то женщина, - Стоило королю отлу-читься, как шакалы уже точат зубы на трон!
- Замолчи, ведьма, - проскрежетал Аргод и негромко сказал своему начальнику стражи – огромному орку в блестящих доспехах, - Повесить ее.
Орк оскалил зубы и отошел в сторону.
- Король – жив! Король – жив! – бесновалась толпа, - Ронар – король!
Аргод сжал кулаки. Они не хотят признать его королем, тем хуже для них. Он отдал короткий приказ:
- Лучники, стреляйте!
Изменники, перешедшие на сторону Аргода, выстрелили в безоружную толпу. Воз-дух наполнился криками и стонами. Площадь быстро пустела.
Случайно Аргод взглянул вверх и замер от ужаса. Высоко в небе он увидел свою приближающуюся смерть.

* * *

На палубе своего карака альфар спешно чертил гептаграмму. Галеон удалось им догнать довольно быстро, но когонское судно оказалось крепким орешком, и сдаваться не собралось. Грохочущие пушки уже отправили на дно морское одну из трирем, в бортах другой зияли десятки пробоин, и Ронар только диву давался, как она еще держится на плаву. Нужно было использовать еще более сильное волшебство. Незримая паутина за-клинаний сплеталась в причудливую нить, альфар всем телом чувствовал его возрастаю-щую силу. Пора!
Так уж и быть с двумя кораблями когонский колдун справился, но что он сделает против целого флота? Тем более, когда его волшебные силы на исходе. Ронар улыбнулся. Ну, держись чародей! Покажу я тебе жертвенный алтарь в Дартхане!
Чары были настолько сильными, что свет небесный померк, и морская вода сдела-лась черной, как кровь морского дракона. На горизонте показались корабли, покрытые тиной, с гнилыми обломками реев и хлопающими на ветру обрывками парусов, но, тем не менее, неведомо как идущие на помощь альфару. На палубах, вантах и марсах было черным-черно от оживших мертвецов, потрясающих оружием. Воистину, более страшного флота никогда не появлялось на море, и никогда так в панике не дрожали враги.
Но тут произошло совсем нечто непредвиденное. Вода за бортом забурлила, точно в котле, и это не было проявлением волшебства. В этом месте обитал чудовищный морской демон, похожий на гигантский цветок, трижды в день раскрывающий свою пасть, погло-щая морские воды, а затем извергая их обратно.
- Вот это попали! – с ужасом произнес Ронар, наблюдая как «Лагхель», влекомый те-чением приближается к раскрытой пасти демона-цветка, в которую с грохотом падает во-да, а вместе с ней корабли, и исчезают один за другим.
Оставались последние секунды. Решающие. Ронар прервал действие заклинания и содрогнулся от боли, вызванной противодействием мощных потоков магической энергии. Но стонать было некогда. Он достал шкуру, оторвался от палубы, уменьшил «Лагхель», спрятал его в своем сундучке и тут понял, что не успевает!
Когонский корабль провалился в бездну.
- Кости Скалфера! – рявкнул Ронар и рванул за ним. Только бы успеть, пока пасть не закрылась!
И тут же мимо него пронесся когонский колдун верхом на птеродактиле.
«Каков волшебничек, - мимиходом подумал альфар, - Только о своей шкуре и дума-ет».
Догнал. Успел. За секунду до того, как галеон плюхнулся в воду, Ронару удалось уменьшить его, применить заклятие замедления падения, поймать и тут же взмыть вверх, чтобы успеть выскочить до того, как лепестки пасти закроются.
Можно сказать, ему повезло. Альфар успел в последнюю секунду. Пасть сомкнулась. Быстрее, быстрее в сторону и вверх, пока чудовище не начало извергать воду. Еще мгно-вение и из моря вырвался огромный столб воды, который едва-едва не достал до альфара.
Ронар перевел дух. И Деланна и его команда были в безопасности. Огорчало только то, что колдуну в волчьей маске удалось бежать.
Усталость навалилась внезапно. Ну, что ж, во время полета у него будет возмож-ность отдохнуть. Ронар закрыл глаза и мысленно приказал шкуре следовать на северо-запад.

* * *

Подлетая к центральной площади Эделлена, Ронар заметил, что она полна возму-щенным галдящим народом, а на стене, отделяющей Верхний город от Нижнего, стоят стражники и какой-то человек в пурпурной одежде. Что-то блестело в его волосах. Неу-жели, корона?
Внезапно этот человек вскрикнул, указывая на него, и принялся отдавать какие-то команды. Ронар побыстрее приземлился в небольшом дворике и, выхватив Лонкарон, со всех ног бросился к лестнице, ведущей на стену.
Он разметал преградивших ему путь стражей-изменников и ринулся к человеку в пурпурной одежде. Ронар узнал его – Аргод, владетель Метнаи.
- Предатель, - прорычал альфар, - Да как ты посмел?!
- Я – король! – взвизгнул перепуганный Аргод и трясущимися руками выхватил меч, который Ронар тотчас же выбил Лонкароном.
- Король Ронар! Король Ронар! – радостно вопила толпа.
- Если ты убъешь меня, то никогда не узнаешь, что с твоей Деланной! – заверещал Аргод.
- Она в полном порядке, - отрезал альфар, - твой коварный замысел разрушен.
- Мой повелитель отомстит за меня, узурпатор, - в этот момент голос вельможи больше напоминал шипение змеи, - Он великий северный чародей, способный вызвать самых могучих демонов. Даже если ты и убъёшь меня, все равно твоей власти придет очень скорый конец: хозяин готов вызвать Повелителя Заэкранных Миров, вселив его духовную оболочку в тело дракона, и начнет с его помощью возрождение Великой Импе-рии, гораздо больше той, что правили короли-Троги. Кровь польётся рекой по жертвен-ным алтарям, сотни тысяч рабов, самые лучшие женщины, горы золота и драгоценных камней будут у меня – повелителя Северного континента. Лучники, расстреляйте его!
Зря Аргод старался. Ронар применил заклинание замедления – ведь посох его теперь был всегда рядом с ним в волшебном сундучке, и для приведения в действие обычных заклинаний его можно было не вытаскивать. Все так и ахнули, когда вместо того, чтобы за долю секунды вонзиться в тело альфара, стрелы, спущенные с тетив, неспеша двигались по траектории, а через пару десятков локтей и вовсе плавно опускались на землю.
- Я низверг с этой стены Ригендо, - гневно сказал Ронар, - тебя постигнет та же участь. Готовься к смерти!
В отчаянном последнем порыве рванулся к Ронару Аргод с вытащенным из потаен-ного кармана кинжалом.
Ронар резко отпрыгнул в сторону, пропуская его вперед, и взмахнул мечом. Удар прошел вскользь, но этого было достаточно, чтобы Аргод потерял равновесие и полетел вниз со стены. Обезумевший народ растоптал негодяя-акафа, забросал его камнями, пре-вратив в бесформенную массу.
Альфар подобрал корону и одел ее на голову. Улыбнулся.
Внизу бесновалась толпа и громко орала:
- Король! Король!

* * *
- Стой, где стоишь, узурпатор!
Голос, прозвучавший за спиной альфара, был полон ненависти и злобы.
Он обернулся. Образовав полукруг, в пяти шагах от него стояли посланец Тогарона, почитатель змей и бывший карафал эглофийского флота.
- Стая шакалов в сборе, - с иронией произнес Ронар.
- Может быть и шакалов, - хрипло пролаял орк, - зато тигру сейчас явно не поздоро-вится!
- На твоем месте я не был бы так уверен, - покачал головой альфар.
- Да я тебя голыми руками прикончу! – зарычал орк и бросился на Ронара.
Тот почему-то спокойно остался стоять на своем месте и даже не подумал обнажить Лонкарон. Когда орк оказался в паре шагов от него, он ловко увернулся от цепких когти-стых пальцев и резко положил свою ладонь на орочью морду. По руке Ронара скользнула изумрудная сеть молнии. Орк остановился как вкопанный.
И тут произошло то, что все просто отказались верить своим глазам. Сватившись за верхнюю челюсть орка, альфар резким рывком вверх вытащил его скелет сквозь мыщцы и кожу. Тело упало рядом бесформенной грудой мяса.
Но магия альфара продолжала свое разрушительное действие и дальше. У священно-служителя кисть руки превратилась в змею с огромными ядовитыми клыками и мертвой хваткой вцепилась в шею хозяина.
Пират почувствовал в кулаке какое-то шевеление, а когда увидел на разжатой ладо-ни черного скорпиона, дико закричал от ужаса и рухнул мертвый.
В течение дня столица вновь переживала кровавый кошмар. Золотые Ягуары и го-рожане, преданные Ронару ринулись истреблять захватчиков. Чудовищиная лавина людей неслась по улицам, сметая на своем пути всякое сопротивление, и обезумевшие от страха орки и предатели из людей прятались по подвалам и заброшенным домам, спасаясь от разъяренной толпы.
А тем временем в своем дворце Ронар уже созвал военный совет. Было решено по-грузить двадцатитысячное войко на галеры, вверх по реке добраться до Неквара и сойтись в решаюшей битве с гоблинами Тогарона.

____________













Глава XIII. На Тогарон.

В час тревожный, темной ночью,
В темной пелене дождя,
Бьются люди, глейты, орки,
Отступать никак нельзя!

Легионы наступают -
Оркам не остановить!
В свете факелов мерцает,
Чья-то кровь, но надо жить!

И мы выживем, поверьте!
И отбросим орков прочь,
За леса и за болота,
Сможем тьму мы превозмочь!

С нами тот, о ком легенды
Не расскажут просто так,
С нами Ронар-полководец,
Перед ним трепещет враг!

Песня тримулийских лучников.


Битва кончилась. Огромное поле было усеяно телами людей и орков, и над ними носились ликующие крики победителей, перемешиваясь со стонами умирающих. Огром-ное оранжевое солнце, скрывавшееся за темным лесом, золотило рогатые шлемы, изло-манные мечи, порубленные кольчуги. Штандарты и знамена валялись на земле, грязные, истоптанные копытами боевых кафров и единорогов, перепачканные бурой кровью.
Везде – куда ни глянь, все было усеяно трупами сражавшихся – эларов и орков, лю-дей и дунгов, полуволков и глейтов, и во многих местах они лежали целыми нагромождениями. В углублениях, ямах и впадинах застыли лужи крови.
Звуки трубных рогов катились над побоищем, победители с триумфом проезжали по бранному полю и ноги пехотинцев, и копыта носорогов втаптывали мертвые тела в кровавую грязь.
В этот день Ронар Доргтон, король Эглофии уничтожил воинство Тогарона, выступив со своими пятнадцатью тысячами воинов против двадцати восьми тысяч орков. И за девять часов непрерывного сражения орки были разбиты, рассеяны, уничтожены, как стая шакалов.
А начиналось все так.
Сначала орки бросились на эглофийцев, выставив вперед длинные копья. Страшные тролли, размахивая шипастыми дубинами, топали по флангам. Альфар сильно подозревал, что это далеко не все вражеские силы, и пристальным взглядом окинул близлежащий лес, а также холмы, громоздившиеся чуть поодаль.
Свое войско Ронар расположил в небольшой долине между двух продолговатых холмов, чтобы прикрыть фланги. На вершинах холмов расставил по три сотни лучников, чтобы не в меру прыткие орки не вздумали атаковать сверху.
Тыл прикрывала закованная в доспехи гвардия глейтов, плотной стеной сомкнувшая ряды от края до края холмов. Глейты, входившие в обслугу катапульт, нервно расхажива-ли взад-вперед – им не терпелось обрушить лавины горящих камней на головы орков.
Кроме всего прочего, альфар задумал еще один фокус.
В полуфарне от его армии вдоль фронта было расположено небольшое болото, обра-зовавшееся из застоялого озера. Применив материальную голограмму, Ронар укрыл тря-сину ковром разнотравья, превратив ее в цветущий луг и вражеское войско как ни в чем ни бывало, вышагивало по нему, даже не подозревая о грозящей опасности.
- Смотри-ка, зашли! – рука Натерро в кольчужной перчатке взметнулась и вновь лег-ла на рукоять двуручного меча.
- Пора, - шепнул Ронар и снял чары.
О, что тут началось! Ужас, неожиданность и страх неминуемой смерти овладели ор-ками. Они отчаянно барахтались в трясине, цепляясь друг за друга и беспрестанно воя, точно стая демонов из преисподней.
Натерро дал команду лучникам и в воздух взвились тучи стрел, добивая тонущих в болоте орков. Троллям повезло больше: они шли по краям и сумели выбраться, а потом с жутким ревом понеслись вперед. Судя по всему, уловка Ронара их здорово разозлила. Од-нако прежде чем чудовища добрались до первых рядов, лучники с холмов нашпиговали их стрелами настолько густо, что те стали походить на дикобразов, а отряд глейтов, что именовали себя охотниками на троллей, порубил чудовищ без жалости.
Наблюдавший за началом сражения предводитель орочьего воинства Углат Крова-вые Лапы, прозванный так за то, что его руки были постоянно обагрены кровью жертв (как свежей, так и не очень), разразился бранью, в гневе снеся огромной саблей пару го-лов, не успевших вовремя отскочить приближенных.
Дико сверкая желтыми горящими от ярости глазами, он приказал обходить с обеих сторон треклятое болото, троллям брать приступом холмы с флангов, а гортам незаметно пробираться с тыла и вывести из строя эглофийские катапульты.
Ронар, облаченный в свои волшебные доспехи, величественно восседал на бело-снежном единороге. Он бросил мимолетный взгляд на трепещущие под ветром штандарты и знамена с изображением тигра, обнажил Лонкарон, объятый синим свечением, и поднял его над головой, дав сигнал готовиться к атаке.
Через минуту, копейщики прикрывавшие вход расступились, и огромная лавина эларов верхом на белоснежных единорогах понеслась прямо на орков.
Ронар взмахнул мечом и на полном скаку снес голову ближайшему орку, а потом все происходило столь стремительно, что с трудом могло подвергуться осознанию.
Сколько голов срубил Ронар в этой молниеносной атаке, он не считал.
Разделившись и обогнув болото с обеих сторон, конники, безжалостно рубя орков, повернули обратно и скрылись за тотчас сомкнувшейся плотной стеной копейщиков для перегруппировки, а в это время в атаку ринулись другие всадники, возглавляемые Натер-ро.
Лучникам на холмах пока успешно удавалось отражать нападение карабкавшихся к вершинам троллей. Стрелы хоть и не причиняли чудовищам особого вреда, но зато меша-ли уклоняться от камней, летящих из замаскированных на склонах катапульт.
Атака на холмы захлебнулась.
Тем временем в тылу эглофицев из высокой травы показались горты, сойдясь в яро-стной рукопашной с глейтами. Откуда ни возьмись, повалили орки и дунги, дико крича и размахивая зазубренными мечами.
Глейты стояли крепче скал, и чудовищам пришлось основательно потрудиться, пре-жде чем пробить в их обороне брешь, и то они взяли числом, да свирепым кабаньим напо-ром.
- Расступись! – прозвучал грозный рык короля.
Он повернул свой отряд и рванул на прикрытие тыла. Если оркам удастся прорвать оборону с обеих сторон, это конец.
И действительно, едва Углат узнал, что его воинство успешно вклинилось в тыл эг-лофийцам, то тут же бросил в бой свою кавалерию – гоблинов на волках, приказав уси-лить атаки с обеих сторон. Итак, крысы загнаны в угол. Челюсти капкана вот-вот должны были захлопнуться.
Резко развернув единорога, Ронар, привстав на стременах, кивнул Натерро.
Полководец кивнул в ответ.
- В пещеры!!! – громовой рык Натерро на миг даже перекрыл грохот сражения.
Глейты, сражаясь с неистовой яростью, прикрывали войско, пока оно не скрылось в пещерах холмов, и едва в них исчез последний воин, сами рванули в тоннели.
Входы в пещеры задвинули огромными камнями, несмотря на все попытки орков воспрепятствовать этому.
- Трусы! Жалкие трусы!!! – дико захохотал Углат, с торжеством наблюдая, как вой-ско эглофийского короля скрывается в подземельях, - Где этот чертов шаман? – проревел он обращаясь к своему окружению, - Пусть наложит заклятье на входы, чтобы они не смогли выбраться оттуда, а потом вызовет подземные воды и затопит их!
Орк вновь выхватил саблю и принялся ожесточенно размахивать ею.
- Мы победили!!! – торжествующе зарычал он.
И тут холмы содрогнулись.

* * *

Бросив остатки своего жалкого войска, Углат Кровавые Лапы позорно бежал на се-вер. Он до смерти загнал своего волка и теперь шел пешком, время от времени опираясь на саблю, покрытую коркой запекшейся крови.
Впрочем на север, в Тогарон, он бежал инстинктивно, ибо там был его дом, но в сво-ей черной душе орк прекрасно осознавал, что после такого разгрома Баргот устроит ему кое-что похуже чем просто смерть. Но, быть может, лучше схорониться в бескрайних про-торах тайги, стать предводителем разбойничьей шайки, как в былые времена?
А ведь он почти победил эглофиского короля. Или думал, что победил. Стремитель-ной двусторонней атакой он заставил их искать спасения в пещерах, и почти был уверен, что эглофийцам пришел конец. Но суровые боги покарали его за дерзкую самоуверен-ность. Холмы задрожали с такой страшной силой, а потом обрушились и погребли под собой его войско, заставив неустрашимого Углата удирать без оглядки.
Он даже не стал смотреть, удастся ли выбраться из подземелья эглофийцам, хотя чувствовал, что все так и было задумано, а он дурак, просто попался на крючок, словно глупый пескарь.
Орк так ушел в воспоминания, что не услышал подозрительного шороха в ветвях де-рева, под которым проходил.
Спустя секунду огромная рысь взметнулась в великолепном прыжке, вцепившись в плечи орка, и повалила его на землю. Шейные позвонки Углата захрустели под мощными клыками. Земля окрасилась кровью.


* * *

На следующий вечер после сражения, когда эглофийское войско тайным ходом вы-бралось из подземелья и достигло ворот Неквара, Ронар собрал у себя своих военачаль-ников. Он объявил, что намерен в одиночку идти в Тогарон, где за тайгой и болотами стоит замок предводителя орков Великого шамана Баргота, чтобы покончить с ним раз и навсегда.
- Ронар, это уж слишком! – воскликнул Натерро, - Мы не можем рисковать твоей жизнью. Веди нас к замку Баргота и мы возьмем его штурмом!
- Путь лежит через леса и болота, - возразил альфар, - а там каких только тварей нет. Кроме того, крепость находится на скале, и взять ее будет отнюдь не просто. В этом пред-приятии толку от армии мало. Да и зачем ради смерти одного орка рисковать жизнями многих, когда вообще можно обойтись без жертв?
- А зачем жертвовать жизнью короля? – встрял Келтар, - Твоей жизнью, Ронар! Прежние времена прошли, и жизнь твоя отныне принадлежит Эглофии!
Альфар на мгновение задумался. Все шло к тому, чего он так опасался. Власть уже начала ограничивать его свободу и страсть к приключениям, а этого-то Ронару как раз хотелось менее всего.
- Только не надо с меня теперь сдувать пылинки, - раздраженно сказал он, - В пер-вую очередь, я воин и искатель приключений. И потом, по сравнению с тем, что мы уже пережили, прогулка по тайге не такой уж большой риск.
После непродолжительного молчания, Ронар заговорил вновь.
- Я отправляюсь немедля.
И по-прежнему, замечая протестующие взгляды своих полководцев, распустил совет. В конце концов, он король. Как решил, так и будет.
Через десять минут, когда альфар в своем неизменном походном снаряжении был го-тов вскочить на носорога, к нему подошла Деланна.
- Будь осторожен, мой дорогой, - в голосе ильвинии скользила тревога, - Сердце мое неспокойно. Береги себя, а я буду ждать, и молиться о твоем возвращении.
- Все будет в порядке, Солнышко, - проговорил Ронар и улыбнулся.
Их прощальный поцелуй был долгим. Однако пора было отправляться. В черном мраке ночи короля ждала дорога в неизвестность.

* * *
Баргот, король Тогарона и верховный повелитель орков Севера удовлетворенно по-смотрел на магическую сеть волшебных камней, спрятанных в потайной комнате глубоко в подземелье его замка. Камни: рубин, изумруд и сапфир лежали на трех отдельно стоя-щих столиках, образовывая треугольник. В центре, на постаменте из темной отполированной яшмы – бриллиант, величиной с кулак. Его камень. Брилиант слегка пульсировал, а время от времени то от одного камня, то от другого, то от третьего к нему проскальзывал красный луч и тогда главный камень начинал тихонько мерцать.
Отлично! Все шло, как и было задумано. Баргот знал, на что шел, ступив на путь без-граничной власти и бессмертия. Он, рожденный орочьей самкой от огненного демона Бездны, должен стать Властелином мира. Его бессмертным владыкой. И это ничего, что он отбирает энергию у поверженных другими чародеев. Им-то магическая сила уже ни к чему. А собранная до нужной степени вместе вот в этом самом брилианте она поможет открыть пространственно-временной портал и на Землю снизойдет Повелитель заэкран-ных миров, который даст ему непобедимую армию и волшебную силу. И магов, равных ему, не будет на Земле.
- Скоро, - орк ухмыльнулся, обнажив желтые конические зубы, - совсем скоро весь мир будет принадлежать мне!
И даже старый Трог не сможет ему помешать.

* * *

Вот уже три дня Ронар на своем носороге двигался по болоту – сплошному морю то-пи, грязи, и унылых вересковых зарослей, продуваемых всеми ветрами. Погода не меня-лась: густой туман, окутал все вокруг от едва различимых гор до серого неба, подернутого мутной дымкой, жгучий холод пробирал до костей.
Слева и справа поблескивали, подернутые прозрачным льдом, окна воды, трещали камыши, в больших заводях что-то булькало и пузырилось, а где-то вдали в подступаю-щих сумерках мелькали болотные огни, навевая жуть.
Вскоре Ронару повстречалось селение. Ничего более печального он еще не видел. Ветхие хижины из веток и листьев, обмазанных грязью, расположились на небольшой топкой равнине. За деревушкой виднелись примитивные причалы, у которых качались привязанные тростниковые лодки; на берегу были разложены рыбачьи сети.
Жители – уродливый карликовый народец окружили альфара. Их водянистые ничего не выражающие глаза смотрели на него. Руки сжимали узловатые дубинки и камни.
Король вспомнил рассказы о карликовых племенах, которые были изгнаны с терри-тории Эан-Кортаг, когда с запада в нее подались орки. Карлики частично смешались с орками, частично ушли в болота южного Тогарона, где нация деградировала и постепенно вырождалась.
- Я путешественник и пришел к вам с миром, - сказал Ронар.
Он обратился к ним на ломаном тогаронском, но его похоже никто не понял. Затем альфар повторил свой вопрос на латанийском, потом на одном из диалектов гоблинов, но население деревни молчало.
- Кости Скалфера, - пробормотал король, - Хоть бы слово кто сказал.
Он вытащил меч, повертел им и вновь обратился к ним на тогаронском.
- Кто здесь вождь? Не молчите, иначе этот клинок прогуляется по вашим головам!
Вперед выступил немолодой человек в одеянии из птичьих перьев.
- Я предводитель, а кто ты?
- Вопросы буду задавать я, - отрезал Ронар, - ясно?!
Вождь племени съежился.
- Что это за племя?
- Дайлы, а поселок наш называется Озхор.
- Через сколько дней кончится болото?
- Через семь. Но дальше нужно плыть на лодке.
- Значит так, - Ронар спешился и вытащил нож, - Ты дашь мне за это лодку, вождь? Превосходная сталь, во сто раз лучше ваших каменных клинков.
- Лодку дадим, - сказал предводитель, которому очень захотелось обладать железным ножом, - за животным проследим до твоего возвращения. И провизии соберем, какая найдется.
- Отлично, - произнес альфар, - а теперь бы я хотел погреться и отдохнуть. Где у вас тут огонь?
- Вот здесь, - и глава племени указал на ближайшую хижину.
В полночь Ронар проснулся от неяного шороха. Он приоткрыл глаза и увидел стоя-щего у входа в хижину вождя этого странного племени.
«Что это он тут делает?» - подумал альфар и тут же увидел ответ на свой вопрос. В тот миг полная луна как раз выглянула из-за облаков, посеребрив густую блестящую шерсть на теле дайла. Она росла буквально на глазах, руки и ноги человека превращались в лапы с кривыми когтями, сзади взметнулся хвост, а черты лица превратились в волчью морду. Вервольф жаждал свежей крови.
С утробным рычанием он бросился на альфара. Челюсти чудовища сомкнулись на во-время подставленной руке, острые зубы залязгали по звеньям кольчуги. Зверь не услышал ни крика боли, ни страха, а в следующий миг волшебный кинжал, появившийся в руке Ронара вонзился ему под левую лопатку.
Отшвырнув от себя мертвого оборотня, альфар затаил дыхание и прислушался, что творится снаружи. То, что он услышал, ему совсем не понравилось.
«Черт меня дернул оставаться в этой деревне», - подумал он.
В полнолуние все обитатели превращались в вервольфов. Нужно было срочно искать выход из сложившейся ситуации. Альфар зашептал волшебные слова.
Ни один оборотень не заметил проскользнувшей к причалу и вскарабкавшейся в лодку мыши. Ронар, а это был именно он, вновь превратился в альфара и оттолкнул суде-нышко от берега. Увидев, что жертва уходит, вервольфы взвыли дикими голосами, но прежде чем успели добежать до воды, Ронар успел отплыть достаточно далеко. Он отло-жил весло, достал из волшебного сундучка круторогий лук и колчан со стрелами. Сереб-ряные наконечники, блестевшие в свете луны, лучше всяких убеждений уверили оборот-ней, что им стоит оставить альфара в покое, а заблестевшие в темноте алые глаза и жуткий смех Ронара-зомби и вовсе нагнали страху.
К вечеру следующего дня на альфара напал огромный болотный тролль с длинными коническими зубами и жуткой пастью. Он едва не отхватил ему руку, но Ронар вовремя ее отдернул. В следующий миг он уже выхватил Лонкарон, и клинок окрасился бурой вязкой кровью…
Через семь дней болото кончилось. Перед Ронаром раскинулась глухая тайга.

* * *
Черный искрящийся конус окутал центр лагеря эглофийской армии, расположив-шейся неподалеку от Неквара. Некоторое время он бешено вращался, а потом рассыпался в серый порошок. На этом порошке стояло трое Чкооров – низших демонов с телом чело-века и головой ворона. Они кивали головами и слегка покаркивали, точно переговарива-лись о чем-то между собой.
Заклятие отвода глаз работало на славу, и вороны беспрепятственно пошли к коро-левской юрте, а взгляды проходящих людей скользили мимо них.
Часовой – молодой парнишка, стоявший у входа, увидел, как дверь юрты сама по се-бе отворилась. Чуя недоброе, он обнажил меч и шагнул внутрь, громко спросив у Делан-ны все ли с ней в порядке. Но то, что он там увидел, повергло его в ужас.
Два демона крепко держали ильвинию, но она особо и не сопротивлялась, поскольку была заколдована. Третий демон размахивал руками-крыльями, произнося заклинания.
Воин увидел, как Чкооры вместе с Деланной постепенно исчезают, и вокруг них об-разовывается черный смерч. Внезапно ворон, который произносил заклинания, на секунду глянул парнишке в глаза.
Юноша, словно зачарованный, медленно направил меч острием в живот и резким ударом проткнул себя насквозь.
И никто больше не увидел, как искрящийся черный смерч уносит Деланну в неиз-вестность.

* * *

Темнело. Холодный ветер дул в мрачной ночи, таская взад-вперед сухие листья и тревожно шумя ветвями старых могучих дубов. Медленно кружились первые снежинки, точно невесомые звездочки, падающие с небес. В серой мгле глухо ухали совы и сверкали ярко-желтыми глазами. Вдалеке, за Змеиными холмами, раздавался протяжный волчий вой и резкие, похожие на собачье тявканье, голоса лесных троллей.
Вдоль леса над рекой стелился туман по виду густой и вязкий. В заводях реки слы-шался легкий плеск и приглушенный смех русалок, а на берегу большая ива скрипела вет-вями, и разевала в стволе слюнявую пасть, в которой горел волшебный янтарный огонь с зелеными искорками.
Высоко в ночном небе зажглись звезды, далекие, но ясные и мерцающие. Спустя ми-нуту, небо еще более потемнело, и на крылатом угольно-черном драконе пронесся всад-ник в развевающемся плаще с обнаженным клинком в руке, а вслед за ним страшный ведьмак на метле, вертящий над головой палицу.
В лесу тишина. Мирно храпит в своей берлоге медведь, дремлют на ветвях синицы, под елью чутко спит заяц, готовый в любой момент вскочить и удрать от опасности.
В звенящей тиши леса мелодично бьет о камни чистый как кристалл ключ, вода жур-чит и уносится в темноту. Подойдя к роднику, шумно пьет воду олень, временами подни-мая голову, увенчанную ветвистыми рогами и прислушиваясь к шорохам.
По лесным тропам бродит, сжимая в пудовом кулаке дубину, похожий на корявое дерево хозяин леса леший, весь обросший мхом и плющом, с красными горящими глаза-ми, желтой пастью и длинным крючковатым носом.
На маленькой поляне, усыпанной желтыми и красными листьями, пируют лесные глейты, заманивая неосторожных в свое царство, где годы столь быстротечны, что, прове-дя там ночь, обнаружишь, что прошла добрая сотня лет.
По обрывистому берегу реки орки верхом на волках преследуют дикого кабана. В когтистых лапах охотников копья и их наконечники блестят в лунном свете. За спинами орков висят огромные двуручные мечи с рукоятями витого золота, за поясом секиры, кинжалы, охотничьи рога, инкрустированные серебром и перламутром. Плащи из мед-вежьих шкур, накинутые на их плечи, тяжело трепещут. Орки сосредоточены, в глазах охотничий азарт и они точно на крыльях ветра стремятся вперед…
Под утро лес расступился словно внезапно, и Ронар увидел отвесные скалы на одной из которых, подобно гнезду хищной птицы, раскинулся замок Баргота.
В лицо пахнуло свежим ветром, принесшим запах моря и отдаленное эхо прибоя, разбивающегося о камни. В фарне от замка дремала огненная гора, скованная от пробуж-дения колдовскими чарами. И лишь легкий дымок свидетельствовал о том, что в очаге вулкана не угасла жизнь. Крепость в этом месте была построена не зря: гейзеры, располо-женные вокруг вулкана давали его жителям тепло и горячую воду.
Едва альфар совершил превращение (по тайге он шел то в облике тигра, то медведя, то, обернувшись серым волком, бежал по тайным тропам, то рысью скользил по деревь-ям), как его накрыла чья-то тень. Ронар едва успел обернуться и понял что это флэр – ог-ромная летучая мышь-вампир. Чудовище схватило его и понесло наверх в замок.
Через несколько минут тварь влетела в открытое окно башни и бросила Ронара по-среди огромной, украшенной коврами и гобеленами комнаты.
Альфар поднялся и увидел, что на резном троне невдалеке от него сидит огромный орк в полном боевом облачении, с двуручным мечом на коленях.
Ронар сказал только одно слово:
- Баргот!
Орк рассмеялся.
- Для тебя – король Баргот!
- Для меня – захватчик Баргот. Ты и твоя свора.
Глаза Ронара загорелись бешеным огнем. Стоило только орку взглянуть в них, и он понял, что альфар вполне может на него броситься даже с голыми руками, а огромный меч совсем не пугает его, да и магия, пожалуй, тоже.
Барготу это не понравилось. Совсем не понравилось. Он привык, чтобы перед ним глаз не смели от пола оторвать, преклонялись и трепетали, ползали на коленях, умоляя о пощаде, а тут такой взгляд. Но орк не был дураком. В конце концов, альфар не скудоум-ный гоблин, которого можно размазать о стену и тут же забыть. Баргот решил действовать более тонко.
- Ну да, конечно, а кто ты? – рассудительно сказал он, - Ты тоже своего рода захват-чик. Ты же стал королем Эглофии не только горя желанием освободить народ и стать справедливым правителем, но и из личных побуждений. Жажда сокровищ, власти, или я не прав? Я бы мог убить тебя, но не хочу этого делать.
Орк сделал паузу, давая альфару возможность подумать, и вновь продолжил:
- Присоединяйся ко мне, Ронар и вместе мы совершим великие завоевания. Пройдем огнем и мечом по Эан-Кортаг и Гуафару, награбим сокровищ, возьмем рабов, захватим прекрасных женщин. Мы оба волшебники и колдовство нам поможет создать такую ар-мию, которая будет превосходить армии обоих континентов. С помощью заклинаний древних манускриптов я вызвал демона – Повелителя Заэкранных Миров и скоро Мелу-зия, Лемурия и Атлантида станут моими! Моя империя будет необъятна. Потом я покорю континент, лежащий еще дальше на востоке. Я стану богом, повелителем Земли!
«Да, - подумал Ронар, спокойно, даже с небольшой толикой сарказма, глядя на Бар-гота, губа у этого орка явно не дура. Повелитель Земли – такими масштабами еще не мыслил ни один древних завоевателей».
- Так каким будет твое решение, альфар? – свистящим шепотом выдохнул колдун, - Думаю, оно было бы положительным, если бы твоя прекрасная подруга была в моей вла-сти. Но как назло этот проклятый Скалфер вечно сует свой костяной нос, куда не следует. Клорг разрублен пополам, птица разбилась о скалы, а Деланна бесследно исчезла, его ра-бота… Да еще и ты вернулся. Аргод докладывал мне, что ты пропал без вести в морском сражении с Манкаллией. Кстати, в отличие от тебя он был посговорчивее. Увы, ты лишил меня одного из преданных слуг. Но, может, быть ты заменишь его?
- Катись ты своим предложением в преисподнюю! – прорычал Ронар, - Я тебе пеш-кой не буду!
- Что ж, - с притворной горечью вздохнул орк, - в таком случае Эглофия лишится своего короля. Верг!
В комнату ввалились полуволки. Их когтистые лапы сжимали мечи, розовые языки свесились из клыкастых пастей.
- Слушаю, повелитель, - обратился к Барготу Верг, бывший начальником стражи.
- Отрубите альфару голову, - пролаял орк, - и принесите ее ко мне. Я сделаю из его черепа кубок, достойное украшение моей коллекции.
- Как прикажете, - Верг и остальные полуволки крадучись двинулись к Ронару.
Обнаженный Лонкарон замерцал в полумраке. Альфар взмахнул им, и клинок про-чертил в воздухе сияющую серебристую полосу, рассыпая похожие на снежинки, искря-щиеся звездочки.
- Главное, череп не попортите, - напутствовал слуг Баргот, беря кубок с вином со столика, стоящего рядом.
Ронар скрестил свой меч с мечом Верга. Раздался лязг металла, посыпались яркие искры.
- Накажите его за то, что он разбил мое славное войско, - прошипел орк, - покончите с ним быстрее! Мне не терпится увидеть его смерть.
Альфар без труда смял атаку Верга и нанес решающий удар. Волчья голова покати-лась по полу.
Затем Ронар вступил в поединок сразу с двумя оставшимися полуволками. Они кру-жили по залу, и Ронар не заметил, как приблизился к креслу Баргота. Орк вытащил меч из ножен и плашмя ударил им по голове альфара. Тот рухнул как подкошенный.
Когда же Ронар пришел в себя, то увидел, что находится в большой пещере на обры-ве, за которым был водоем. Он был связан, его окружали орки. Один из них привязывал к ноге альфара веревку с сеткой, в которую бы положен увесистый камень. Ронар понял: его собираются утопить.
Когда все было готово, орки подвели альфара к обрыву.
- Сейчас ты умрешь, - жутким голосом сказал вожак, - наш вождь счел, что твой че-реп не подходит для кубка, а потому решил отдать тебя на съедение Слепой Рыбе. Из-за постоянного пребывания во тьме ее глаза стали ненужными органами и попросту исчезли. Но она отлично чувствует самые малейшие колебания воды. Ты даже не можешь представить себе ее размеры – настолько она огромна. Рыбина проголотит тебя целиком! Может быть, ты проживешь несколько минут в ее желудке, пока она не переварит тебя, альфар!
Злорадно рассмеявшись, орки толкнули Ронара с обрыва. Он полетел вниз головой, с плеском войдя в воду. Тяжелый камень потянул его ко дну.
- Дело сделано! – рявкнул старший из орков, заметив в резервуаре легкую волну и промелькнувшую тень огромного, похожего на рыбу создания, - Баргот будет доволен.

* * *

Акаф Натерро вел отборную сотню воинов на восток. В десяти фарнах от города Не-квара, где находилось эглофийское войско, в лесу стал лагерем орочий обоз с награблен-ным добром, что должен был отправиться в Тогарон в замок предводителя орков.
Враги, по-видимому, чувствовали себя в безопасности, то ли не зная о нанесенном им поражении, то ли считая, что при снегопаде их вряд ли выследят. Они поставили юрты, развели костры и после хорошего пира беспечно завалились спать.
Отряд Натерро взял лагерь в кольцо. Сам элар периодически выглядывал из-за дере-ва, наблюдая за неприятельской стоянкой. К нему бесшумно подошел разведчик.
- Ну что? – спросил Натерро.
Он тряхнул головой, пытаясь собрать разбегавшиеся мысли воедино. Голова болела со вчерашнего вечера, и элар сильно подозревал, что это вызвано тем самым вином, кото-рым его вчера попотчевал Подлиза. Что ни говори, а этот тощий заморыш ему никогда не нравился, и как это он позволил уговорить себя взять его с собой?
Дозорного Натерро уже не слушал, а словно погрузился в какой-то транс и в голове вдруг зазвучал чей-то незнакомый голос: «Ты будешь королем Эглофии, Натерро. Я знаю, это мечта всей твоей жизни, так осуществи же ее. Разбуди в себе темную сторону души, иди навстречу своим тайным желаниям и помыслам».
«Каким еще помыслам?» - подумал он, - «Ронар мой друг и я не могу предать его. Да, я хочу быть королем, но разве мало других государств? Ронар поймет меня и поможет осуществиться моей мечте».
«Зачем тебе Ронар? – вновь зазвучал голос, - Ты так и хочешь все время ходить под ним тенью? Вспомни, сколько битв вы прошли вместе, а кого прославляли элары? Альфар чужак, а ты… ты рожден, чтобы править Эглофией, ты новый создатель Великой империи!»
Голос дурманил разум элара, и в мыслях у него мелькали невиданные картины, те, которые он даже боялся себе раньше представить. Грозный и величественный, Натерро, восседал на эглофийском троне, толпы подданных склонялись перед ним, а его войска топили в крови соседние государства. Это была его империя, империя, созданная огнем и мечом. Темная сторона в душе Натерро взяла свое.
- Так будет! – решительно произнес Натерро и, оттолкнув в сторону разведчика, на-правился в сторону вражеского лагеря.
- Ваш стан окружен! – крикнул он встрепенувшимся часовым, подходя ближе, - Не пытайтесь сопротивляться! Кто здесь предводитель? У меня к нему важное дело.


* * *

Когда орки сбросили Ронара вниз, он набрал в легкие как можно больше воздуха, прежде чем погрузился в воду.
Мысленно произнеся заклинание, альфар вызывал из сундучка волшебное кольцо в виде свернувшейся рыбки. Едва оно появилось у него на пальце, Ронар совершил превра-щение в полурыбу. Веревки, стягивающие ноги и сетка с камнем скользнули вниз.
В воде было темно, хоть глаз выколи, да еще и камень поднял такую муть на дне, что альфар не видел вокруг себя практически ничего, хотя и активировал волшебное зрение.
«Действительно, - подумал он, - глаза здесь ни к чему».
Тогда альфар вызвал волшебный кинжал и с его помощью быстро расправился с ос-тавшимися путами.
Тут он уловил легкое движение воды и решил затаиться на самом дне. Но внезапно, невесть откуда появившееся стремительное течение, увлекло его за собой. Альфару пока-залось, что его затянуло в какую-то пещеру, но он заскользил по чему-то мягкому и теп-лому, а затем вновь очутился в полупустом замкнутом пространстве.
«Что бы это могло быть?» – подумал он.
И тут страшная догадка осенила Ронара. Он понял, что его проглотила Слепая Рыба.

* * *

- Идиот! – прошипел Верховный Трог, хлестнув плетью из живых змей по морде Баргота, - Почему ты не предупредил меня, что намерен расправиться с альфаром? Это мой враг, у меня с ним старые счеты, а ты даже не дал взглянуть на него!
Три ядовитых твари, рыскрыв свои пасти попытались вцепиться в Баргота, но про-ворный орк точными ударами кинжала вмиг отрубил им головы, и с диким рычанием от-скочил в сторону.
- Ш-ш-ш, головы отрастут вновь, мой прилежный ученик, - вкрадчиво произнес Трог, - А вот если снести с плеч твою неразумную, она вряд ли станет на свое место!
- Ты мой учитель, не более, - злобно произнес Баргот, - А я, как властелин, поступил с пленником по своему усмотрению.
Орк выдержал паузу.
- Я-ЗДЕСЬ-ВЛАСТЕЛИН! – произнес он, точно печатая каждое слово, - Запомни это, Трог. Хорошенько запомни!


* * *


Дышать спертым воздухом в желудке гигантской рыбины с каждым мгновением становилось все труднее. В кромешной тьме Ронар крепко сжал рукоять Пожирателя Плоти и, воззвав к Скалферу, с силой вонзил острое лезвие в стенку желудка. Рыба конвульсивно задергалась, скользкая рукоять кинжала предательски выскользнула из ладони.
Но Пожиратель Плоти продолжал делать свое дело. Жадный клинок с невероятной быстротой словно растворял тело рыбы. Отверстие он уже проделал достаточное, и Ронар, что было сил, рванулся к нему, хотя это было совсем не просто, поскольку рыба крутилась и извивалась от жгущей боли не хуже змеи.
Но все-таки альфару удалось это сделать и он, мысленно отозвав волшебный клинок обратно в сундучок, усиленно работая плавниками, устремился подальше от этого чуди-ща, протиснувшись между прутьев большой решетки в какой-то грот.
Он плыл минут пятнадцать, потом вода посветлела. Вынырнув, Ронар обнаружил, что грот окончился шахтой, уходящей вертикально вверх.
Оттуда слышался шум. Лязгая цепью, вниз опускалась огромная деревянная бадья.
Ронар быстро превратился в альфара и, когда ведро зачерпнуло воду, залез в него. Бадья пошла наверх.
Альфар выпрямился в полный рост, держась за цепь. Сверху доносились голоса.
- Что-то тяжелая посудина, клянусь топором Элкира, - прохрипел кто-то.
- А ты, какую уже поднимаешь?
- Пятую.
- Устал, значит.
- Может быть, может быть.
Ронар подумал, что с этими молодцами наверху, ему, пожалуй, сейчас не стоит встречаться. Обнаруживать себя раньше времени вовсе не нужно. Подумав мгновение, Ронар вызвал волшебный плащ и накинул на голову капюшон-невидимку, но потом, ре-шив, что этого будет маловато, создал иллюзию в виде человеческой фигуры, целиком состоявшей из полупрозрачной лазоревой воды, и послал ее впереди себя.
- Эй, а это что?!
Гоблин-водонос и стоящий с ним рядом полуволк застыли в изумлении при виде за-гадочной водяной фигуры. Та, воспользовавшись их замешательством, выскочила из ба-дьи и побежала.
- Ловите его! – заорали оба и бросились вдогонку, - Уйдет, как пить дать уйдет!
Ронар же, воспользовавшись суматохой, быстро забрался в стоявшую неподалеку те-легу и зарылся в сено. После всех этих передряг хороший сон – самое лучшее лекарство.
Искать предводителя орков альфар решил под покровом ночи.

* * *

Душа Верховного Трога миновала темные пределы Астрала. Все прошло как нельзя лучше: Повелитель Заэкранных Миров был вселен в тело дракона, душа Натерро теперь принадлежала ему. Подлиза отлично справился с заданием. Теперь дело за малым: унич-тожить Баргота и начать новые завоевания. Конечно, можно было его и оставить в живых, но он уже сыграл свою роль в хитроумном плане Трога. Кроме того вероломство и непостоянство, которыми отличался орк, тоже говорили не в его пользу. Трог знал, что рано или поздно Баргот попытается убрать его со своего пути, так зачем же ждать этого? Надо сделать первый шаг самому. Повелитель Заэкранных Миров вернет ему волшебную силу, а Натерро приведет его непобедимую армию к победе. И вновь Великая Империя восторжествует!
Внезапно все вокруг Трога замерло. Лкорон кин де Ласах словно повис в гиперпро-странстве межмировых тоннелей. Пока он недоумевал, чтобы это значило, ему был дан Знак. Трог ничего не услышал и не почувствовал, но всей своей сутью понял: его призы-вают Неведомые. И, судя по всему, у них с ним будет долгий разговор.


* * *

Темными ночными коридорами крался альфар к покоям предводителя орков. Пря-чась за барельефами колонн, он приблизился к двери, где застыли два полуволка с копья-ми наперевес. Ронар понял: Баргот здесь.
Тихо снять стражу не удастся, на шум тут же сбежится вся свора. И тогда уж точно не сносить головы. Ломая голову, как пробраться в комнату врага, Ронар случайно при-слонился локтем к стене, и часть ее бесшумно ушла в сторону.
Король зашел в коридор, и каменная громада тотчас стала на место. Справа мерцали отсветы пламени. Альфар двинулся к ним. Сквозь отверстия между кирпичами он увидел пылающий огонь.
- Камин, - прошептал Ронар.
Он нащупал кусок какой-то веревки и потянул. Стенка отодвинулась. Альфар вмиг пре-вратился в медведя и с громким рычанием, парализующим жертву, бросился через костер прямо на Баргота, который снимал свои одежды, готовясь ко сну.
Но не таким был Баргот, чтобы просто погибнуть. С проворством, которого никак нельзя было ожидать от его массивного тела, он отскочил в сторону и ловко положил медведя на лопатки, проскрежетав страшным голосом:
- Меня не так-то просто победить, альфар!
В сердцах Ронар помянул звездного Эрта. Дернуло же его связываться с ожерельем троллей и превращаться в медведя, тигром он одолел бы этого орка в два счета. Ах, да что там… скинуть его с себя и готово. Обернуться тигром быстрым и смертоносным как мол-ния.
- Смотри, презренный, - рассмеялся Баргот, - я тоже так могу!
И превратился в грифона.
Подлетев с пронзительным клекотом, чудовище схватило тигра и с силой впечатало в стену. У Ронара отшибло дыхание, тело отозвалось мучительной болью, однако он су-мел-таки выпустить мощные когти на задних лапах и со всего размаху всадить их под ребра грифону, а затем резко дернуть вниз. Все произошло за какие-то считанные секун-ды: раздался жуткий треск и из распоротого брюха грифона полезли внутренности. От-пустив тигра, чудовище грохнулось на пол, пару раз дернулось и затихло, вновь превра-щаясь в орка.
А тем временем охрана вовсю уже ломилась в запертую дверь, снаружи слышались крики и рычание полуволков.
Ронар вновь превратился в альфара. Он мрачно улыбнулся, увидев Лонкарон, схва-тил одежду, которую нашел в гардеробе Баргота, отыскал перевязь и повесил за спину свой меч. Потом сорвал со стены щит, в центре которого красовался дикий вепрь – символ Тогарона и прыгнул в раскрытый подземный ход через огонь. Дернув за канат, альфар задвинул стену.
И вовремя: через секунду засов на двери треснул, и полуволки ворвались в комнату. Они так и застыли при виде мертвого вождя.
Первым опомнился начальник караула.
- Баргот мертв, - пролаял он, - теперь каждый сам за себя. Мы, орки, дунги,
летучие мыши, зверолюди - все!
Поднялся ужасный гвалт.
- Захватим крепость! – зарычал кто-то из полуволков.
И в тот же миг, услышав эти слова, звери, обнажив мечи, понеслись убивать. Они возьмут замок, чего бы это им не стоило.
Ронар, подслушав разговор полуволков, повернулся, чтобы уйти, но столкнулся нос к носу с летучей мышью, подобную той, что принесла его в цитадель. Король обнажил меч.
- Ш-ш, - флэр сделал предостерегающий знак, - Я не хочу драться. Мы должны по-мочь друг другу. Я слышал разговор волков. В замке их четыре сотни, орков двести, дун-гов и зверолюдей сотня, а моих братьев всего двадцать. Волки станут хозяевами замка, не пощадят никого.
- Чего же ты хочешь?
- Ты поможешь мне выбраться, а я за это сделаю то, что ты пожелаешь.
- Хорошо, - согласился с некоторыми колебаниями Ронар, поразмыслив, стоит все-таки доверять мыши или нет, - Следуй за мной.
Они вышли через тайный ход в коридор и стали красться, прячась за колоннами.
Неожиданно раздался крик, а потом показался флэр, за которым гнались двое полу-волков.
- Помоги моему брату! – взмолилась мышь.
Ронар кивнул, обнажив меч. Он выпрыгнул из укрытия и с размаху разрубил голову ближайшему чудовищу, щитом отразив удар секиры второго, и вновь нанес удар, переру-бивший древко топора и прорвавший звенья кольчуги. Острая сталь вгрызлась в бок полуволка, и тот осел на пол, обливаясь кровью.
Спасенный флэр перевел дух.
- Спасибо тебе! – поблагодарил он.
Ронар огляделся. В дальнем конце коридора маячило окно.
- Вам туда, - сказал он мышам.
- А ты? – спросили они.
Альфар пожал плечами.
- Мне надо навестить дракона. Но я не знаю пути. Может, вы подскажете?
- Ты либо сумасшедший, либо храбрец, - покачали головами флэры, - Впрочем, это твое дело. Слушай внимательно.
И мыши принялись объяснять, как лучше туда добраться.

* * *

Темны и мрачны подземелья замка предводителя орков. Низкие извилистые коридо-ры, изгибаясь змеями, пронизают скалу, на которой стоит замок, вдоль и поперек. Поги-бель ждет того, кто потеряется в них. Но Ронар шел уверенно, следуя описаниям пути летучих мышей, а Лонкарон слегка освещал путь мягким синеватым светом.
- Погоди, альфар, не торопись! – чья-то темная фигура, укутанная в плащ с глубоким капюшоном, выросла у него на пути неизвестно откуда.
- Отойди, - глухо предостерег незнакомца Ронар, - не то мой меч отведает твоей кро-ви!
- Ты совсем не изменился, - шипящий голос показался Ронару знакомым, - все такой же, как и двадцать лет назад.
- Двадцать лет – пустяк для альфара, - произнес Ронар, слегка поигрывая мечом, - не пытайся меня заговорить, да и вообще, скинь-ка с себя этот дурацкий капюшон. Твой го-лос кажется мне знакомым. Мы раньше встречались?
- Еще бы, - когтистая лапа, покрытая черной чешуей, высунулась откуда-то из складок плаща и мерцающей зеленой нитью, выросшей из пальца, начертила в воздухе странный знак.
- Знак королей-Трогов, - волнительно проговорил Ронар, - Что тебе известно о нем?
Вместо ответа неизвестный скинул капюшон.
- Верховный Трог! – изумленно выдохнул альфар, - Во имя Девяти кубков Ада, уж те-бя-то я не ожидал здесь встретить!
- Не так-то просто от меня избавиться, - волчья голова Трога состроила жуткую гри-масу, - А месть, насколько я знаю, блюдо, которое подают холодным. Кое-кто желает тво-ей смерти, альфар. Я говорю не о себе. Известна ли тебе волшебница по имени Элория?
Ронар чуть качнул головой, внутри себя вскипания от негодования. Дальше можно было и не продолжать. И так все стало ясно. Клубок распутался в одно мгновение: Элория знала о том, что он заточил Верховного Трога в Мире вечных мук и огня, и освободила его, чтобы тот расправился со своим старым врагом. Только тот мстить не спешил, а преспокойно занялся старым делом: возрождением Великой империи, для чего вызвал Повелителя Заэкранных миров, того самого который охотился за Альвией, и чей взгляд чувствовал Ронар.
- В этой женщине больше коварства чем во мне, - усмехнулся Трог, - Я даже не пред-ставляю насколько сильно она ненавидела тебя, что решилась на такое сильное волшебст-во, ведь отворить Врата мира вечных мук и огня до нее никто из чародеев не решался. Го-ды, показавшиеся мне вечностью что я провел там, многому меня научили. Я знал, что нам суждено встретиться с тобой. И я ждал тебя.
- Для чего?
- До последней секунды я лелеял план моей ужасной мести к тебе. Ты ведь сейчас, как и двадцать лет назад растоптал мои замыслы: тогда – в Такламских горах, помешал возро-дить Великую империю в ее прежнем блеске и великолепии, уничтожил всех моих со-братьев, а меня низверг в Мир вечных мук и огня. И сейчас: ты убил Баргота – моего луч-шего ученика, в которого я вложил столько знаний и сил. О, если бы не ты, он стал бы великим правителем!
- Великим правителем? – Ронар усмехнулся. Он не боялся старого Трога, потому что чувствовал, что магических сил у него сейчас едва-едва хватает, чтобы поддерживать свою собственную жизнь, - Только выживший из ума дурак способен взять в подмастерья орка. Ах да, я же забыл, у вас с ним одно темное начало. А с другой стороны, почему не элара Ночи? Из него получился бы куда как толковый ученик. Только он стал бы впослед-ствии величайшим волшебником, а тебя уничтожил за ненадобностью. Ведь так? Глупый же орк, которому ты наобещал с три короба, и управляемый словно марионетка, это то, что тебе было нужно.
- Так я и хотел взять сначала элара, - невозмутимо произнес Трог, - И предлагал, меж-ду прочим, самому Натерро. Но этот глупец отказался – во всем виновата его дурацкая преданность тебе и равнодушное отношение к магическим искусствам. Он вообразил тебя своим союзником. Только на что Натерро надеется – непонятно, ведь в душе он честолю-бив, очень честолюбив, так что должность карафала эглофийской армии его ненадолго устроит. Натерро жаждет трона и, поверь мне, от таких мыслей до измены недалеко. И потом, он наполовину элар Ночи, или ты не знал?
- Натерро – черный? Проклятый Трог, я не верю ни одному твоему слову!
Но Трог лишь пожал плечами.
- Не веришь, твое дело. Только темная чаша в душе элара, может перевестить светлую. И я об этом уже позаботился. Помнишь маленького гоблина, которого ты встретил в шахтах? Он попал туда совсем неспроста. Короля глейтов ты уже потерял, а скоро ли-шишься предводителя эларов и своего карафала. Идя навстречу своим стремлениям и ам-бициям, ты теряешь друзей, альфар. Останешься в одиночестве, и ты труп!
- Тагон погиб в борьбе за свободу своего народа, а Натерро ты не получишь!
Трог ухмыльнулся.
- Не будь слишком самоуверен, Ронар. Не имей я беседы с Неведомыми, мы бы с то-бой сейчас не разговаривали, а сошлись в смертельной битве. Ты не чувствуешь мою силу на материальном уровне, но у такого мага как я всегда есть экстренные варианты для та-ких случаев. Заклятие умноженной силы, которому я научил Баргота, всего лишь детские шалости по сравнению с отбором квинтэссенции клубящейся тьмы у Аргор Моддорга! Конечно, это прямой путь к смерти, ибо волшебные вихри через считанные секунды разо-рвут в клочья всю мою магическую сущность, но зато уничтожат тебя, да и от северного континента останется лишь пара жалких островов.
Но тебе на редкость повезло, альфар, что вмешались Неведомые. Не будь их воля, клянусь темными демонами мрака, я бы применил Последние чары. А так… Держи. Они предначертали отдать это тебе.
Когтистая лапа протянула Ронару блестящий дивной красоты опал.
- Прощай, альфар. Пусть наши пути навсегда разойдутся. Но не думай, что так просто от меня отделаешься: свою ложку дегтя в бочку меда я уже положил.
И Трог растаял, словно его здесь и не было, а Ронар замер в нерешительности и изум-лении и вдруг почувствовал, что камень, зажатый в кулаке слабо запульсировал, а потом исчез. Растворился в нем.
Альфар покачал головой, задумавшись - вся эта круговерть, игра Света и Тьмы с ним настораживала его.
Тут на уровне его лица в ореоле языков пламени появилось лицо Скалфера.
- Неужели ты так и не понял? – спросил Ронара бог.
Брови альфара сошлись на переносице. Он пожал плечами.
- Тогда взгляни в окно.
Ронар оглянулся. Ветер разгонял тучи. В небе светила полная луна.
- Сейчас полночь, - произнес Скалфер, - чувствуешь разницу?
Альфар так и застыл от изумления, оглядывая себя. Полнолуние!!! Полночь!!! И он не превратился в зомби! Проклятие снято! Он больше не призрак! Волна счастья захлестнула его. Не призрак, о, боги!
Ронар был изумлен. Что ни говори, а такого он не ожидал. Альфар мысленно поблагодарил Неведомых и зашагал вперед. Его ждала Деланна.
Скалфер провожал его взглядом. В замке Баргота он не мог даже появиться полно-стью, не говоря уже о помощи альфару.
В битве с драконом Ронар мог надеяться только на себя.


_______________
ГЛАВА XIV. Против дракона.

В темных мрачных подземельях
Горят алчные глаза,
Крысы прячутся по норам,
Наступает время зла –
Ночь. Жрецы в ужасных масках,
Произносят заклинанья,
А откуда-то далеко слышны крики,
завыванья.

Откровения Тарды.


Пещера в недрах огненной горы была огромной. Освещаемая сполохами темно-оранжевого света, исходившего от лавового потока, медленно текущего по глубокому ущелью, которое можно было пересечь только по каменному мосту, называемому Мост Смерти, она производила мрачное впечатление. Тут и там сквозь трещины в гранитных стенах прорывался серый удушливый дым, иногда из самых недр докатывалась дрожь, и тогда со сводов срывались камни и похожие на драконьи клыки сталактиты, исчезая в по-токе живого огня.
А голос, звучавший в этой пещере, был подобен грому:
- Баргот не приходит уже два дня! Найди его! Он должен заманить альфара в ло-вушку. Мои слуги из мира призраков и так сделали то, с чем не справился его клорг – им удалось похитить Деланну в Некваре и тайными тропами астрала доставить сюда!
Маленький зеленокожий гоблин подобострастно поклонился. Он мелко дрожал всем телом от страха, а заглянуть огромному огнедышащему дракону в глаза, и вовсе не смел.
- Я все сделаю, как вы сказали повелитель!
- Убирайся! – проскрежетал дракон, - Ну, почему я, Фаркон Саран Лвир Когор Ив Амрон Повелитель Заэкранных Миров должен ждать милостей от какого-то гоблинского царька?!
Ящер бешено затряс головой. Как только у него будет Ключ от Альвии, он первым делом сотрет это место с лица Земли, а потом напитается энергией и самой планеты. А дальше? Дальше энергия звезд, с каждым разом все больше и больше, ведь Вселенная бес-конечна и звезд в ней великое множество.
Задумавшись, он не сразу заметил Ронара, показавшегося на мосту.
«Вот тебе и сюрприз! – обрадовано подумал демон, - Сам пришел».
- Давно я тебя выслеживал, альфар, - пророкотал он, ликуя внутри: еще немного и он станет хозяином Вселенной!
- Когда-нибудь наши пути все равно бы пересеклись, отродье мрака, - ответил Ронар, - Почему не сейчас?
- Ты слишком самоуверен, волшебник. Неужели ты думаешь, что сможешь меня по-бедить?
- Все возможно, - пожал плечами альфар.
На морде дракона появилось самодовольное подобие улыбки.
- А как тебе такой сюрприз? – торжествующе рявкнул он, мотнув головой в сторону Деланны в огромной клетке, подвешенной над потолком, - Не ожидал ведь, признайся? И вот еще что: брось-ка подальше свою железку, пока глупостей не наделал, а то еще взду-маешь геройствовать. Мне это пока ни к чему. Вот отдашь Ключ, тогда пожалуйста – в голосе дракона заскользили издевательские нотки, тут же сменившиеся угрожающим го-лосом:
- Мне нужен Ключ! Ключ от Альвии. Отдай его мне в обмен на Деланну! Меня ждут завоеванные галактики и миллионы звезд, чтобы я мог, наконец, насытиться жизненной энергией! Долгие века на пустынной планете Чар я вынашивал свои планы, и долгие века чудовищный голод терзал меня. Я знал о твоей планете, знал, что она не легенда, и с по-мощью Великого волшебства следил за тобой. Потом темные чары ведьмы Элории осво-бодили из заточения Верховного Трога и с помощью его знаний и волшебства предводи-теля орков, жаждущего завоевать мир, воплотили меня могучего демона, Повелителя За-экранных Миров в дракона и вот я здесь. Жалкие глупцы!!! Они-то надеялись, что я помо-гу стать им властителями этой жалкой планеты, но у меня свои, свои желания! Твоя Аль-вия поможет осуществиться моим замыслам, и вся Вселенная будет моей! Ключ!!!
Ронар исподлобья глядел на ящера, обдумывая план действий. Кости Скалфера, ведь он действительно такого не ожидал, и за свою любимую ему сейчас действительно было по-настоящему страшно. Затем вздохнул, отстегнул пояс с Лонкароном, аккуратно поло-жил на пол и рукой оттолкнул в сторону. Медленно достал из-за пазухи магический кри-сталл Ледяной Холод.
- Вот Ключ, а теперь отпусти Деланну, иначе я выброшу его в лаву. И пусть мы по-гибнем, но тебе Блуждающей планеты уж точно не видать.
- Но как я узнаю, что это именно и есть Ключ?
- Придется поверить мне на слова. Сдается мне, других вариантов у тебя попросту нет.
Ронар слегка развел руками и саркастически усмехнулся. Такова уж была его натура: даже в минуту смертельной опасности не терять присутствия духа и встречать ее с улыб-кой на устах.
- Хорошо, - проворчал ящер, явно не довольный таким поворотом событий и напра-вил лапу в сторону клетки. Алый луч выполз из когтя, коснулся стальных прутьев, и клетка исчезла. Деланна стояла на его стороне моста целая и невредимая.
- Лови! – тотчас сказал Ронар и метнул кристалл прямо в пасть дракона. Тот ин-стинктивно клацнул челюстями, хрупкое стекло разлетелось вдребезги.
Выплюнув кровь и осколки кристалла, дракон злобно прошипел:
- Ты обманул меня, но неужели думаешь, что этот камень на меня подействует? Глу-пый волшебник, разве можно победить Повелителя Заэкранных Миров?! Ну, подожди, я посмотрю, как ты запоешь, когда твои кости затрещат у меня на зубах!
И ужасный дракон ступил на мост Смерти.
Альфар сделал шаг вперед, и они словно застыли на разных концах моста друг про-тив друга.

* * *
Верховный Трог уходил из этого мира. Он медленно плыл по межуровневому тоннелю, так еще и не решив где ему скоротать несколько веков.
То, что в Мелузию он вернется, Трог нисколько не сомневался. Вот только бы отва-дить от этого континента альфара, постоянно «вставляющего ему палки в колеса».
Внезапно у Лкорон Кин де Ласаха созрел план. Он злорадно ухмыльнулся и послал в Мелузию мощный поток телепатической энергии видения и словно наяву почувствовал, как от этого содрогнулась Деланна.
Трог удовлетворенно вздохнул. Как он не додумался до этого раньше? Не будет в Мелузии Деланны и альфар тоже покинет ее навсегда!

* * *
Дракон и альфар стояли на разных концах моста друг против друга.
На морде чудовища застыла издевательская ухмылка и наглая уверенность. У Ронара - жесткий взгляд и мрачная решимость сражаться до конца. «Догадается, или нет, выдох-нуть пламя?» - промелькнуло у него в мыслях, - «Все-таки не настоящий дракон, а де-мон».
- Ты проиграл! – произнесло чудовище, - Ты пришел один в этот мир, тебя некому поддержать, некому помочь, ты – труп!
- Ошибашься, демон, - сказал Ронар, - Со мной Деланна! Древнее волшебство альфа-ров и ильвейнов победит Тьму! Это твое поражение, ты – проиграл!
- Ронар, держи!
Альфар повернул голову. Воспользовавшись тем, что дракон был поглощен Ронаром, Деланне удалось прокрасться до Лонкарона, и вот он сияющий небесным светом уже летит к нему.
Ронар полуобернулся, вытянул руку, поймал Лонкарон. Улыбнулся своей мрачной улыбкой и вновь замер неподвижной фигурой на краю моста. Меч наизготовке, мышцы напряжены. Казалось, развязка близка.
Дракон, тем временем, добрался до середины моста. Что ему, Повелителю Заэкранных Миров, Владыке Космического Хаоса какой-то волшебник-воитель с заговоренным ме-чом. Его Сила гораздо сильнее.
Но внутри себя дракон внезапно ощущать что-то странное. По всему телу вдруг на-чал разливаться ледяной холод, сковывающий члены мертвой хваткой настолько, что даже жар вулкана не мог воздействовать на чары магического кристалла.
И тут Ронар ударил. Лонкарон напитанный магической энергией врезался в черный камень моста с такой силой, что мост содрогнулся, и чудовищные трещины побежали по нему.
Чего-чего, а вот этого дракон не ожидал. Он недоуменно взглянул на альфара, потом на мост, потом снова на альфара, и, все еще не веря в провал своих замыслов, вместе с кусками гранитных глыб полетел прямо в кипящую лаву! Еще минуту раздавался рев го-рящего заживо чудовища, сотрясая своды, пока всепожирающий огонь не поглотил и дра-кона и того, кто был Повелителем Заэкранных Миров.
Началось землетрясение. Замок повелителя орков, созданный колдовскими чарами, начал разрушаться. Кругом царили хаос и неразбериха. В панике метались орки, полувол-ки, дунги и зверолюди, а падавшие обломки давили их, словно насекомых, и от этого не было спасения.
Деланна помогла Ронару взобраться на край пропасти (во время разрушения моста, альфару чудом удалось зацепиться за обломок, и он раскачивался над огненной бездной, вцепившись в выступ мертвой хваткой).
- Бежим! - хрипло сказал он Деланне, превращаясь в тигра, - Бери Лонкарон и садись быстрее!
Еще мгновение и гигантская полосатая кошка огромными прыжками понеслась по тоннелю, озаряемому отсветами подземного огня.
Добравшись до первого этажа, они поняли, что землетрясение сделало свое ковар-ное дело: все двери, выходящие в покои, были загромождены обломками каменных глыб.
- Это ловушка, Ронар, - в голосе Деланны послышалось отчаяние.
- Как бы не так, - рыкнул Ронар, превращаясь в альфара, - смотри, там окно!
Но за окном внизу ярилось море, разбиваясь об острые гранитные клыки скал, и словно звало: «Прыгайте и найдете здесь свою смерть»!
Однако Ронар не был бы самим собой, если бы что-нибудь не придумал. Так и есть. Колечко-сундучок активировано, и вот, пожалуйста: волшебная шкура тура, одна из тех чудесных вещиц, которую он нашел у троллей в горах.
Нужные слова произнесены, и летающая шкура понесла наших героев на юго-запад, к Эделлену.
Из-за землетрясения море проникло в очаг огненной горы, вызвав взрыв ужасающей силы, который стер с лица земли логово северного чародея.
Отныне над этим местом были лишь обломки скал да вечно неспокойное море.
Справедливость восторжествовала. Мир был спасен.




















































ГЛАВА XV . УДАРЫ СУДЬБЫ.

Мне кажется, что я давно уже блуждаю
Во тьме холодной, равноушной, тленной,
И не горит во мне огонь, как раньше,
Души своей таинственный я пленный,
Развеют времена мои сомненья?
Пройдет ли дождь, уж лед на сердце стынет,
В него уже никто не постучится,
Там есть любовь, но жизни нет отныне.

Стихи Ронара.

Они вернулись.
Над Эделленом распахнула свое покрывало ночная тьма, деревья в королевском са-ду тревожно шумели вятвями. В воздухе, казалось, витает какая-то напряженность и зата-енный страх.
Внимательным взглядом Ронар окинул распахнутые створки окон, на мгновение задержал его на тенях, мелькнувших между колонн залы, и вновь повернулся к Деланне.
- Что-то не так? – шепотом спросила ильвиния.
- Пока не знаю, - тоже шепотом ответил альфар.
Повисло тягостное молчание. Наконец Деланна не выдержала.
- Да брось ты, - уже в полный голос сказала она, - став королем, ты сделался слиш-ком подозрительным и теперь на каждом шагу тебе мерещатся заговоры, да клинки наем-ных убийц, затаившихся во тьме дворца. Ты дома, Ронар, дома и кругом друзья!
- Мое предчувствие меня никогда не обманывало, - отозвался альфар, - Что-то здесь не так. Интересно, не вернулся ли с севера Натерро?
- Ты как хочешь, - сказала Деланна, - А мне уже надоело стоять здесь и слушать про твои подозрения. Я ужасно устала, а еще надо привести себя в порядок. И вообще, мне эти дурацкие приключения надоели. Я хочу нормальной жизни, нормальной, понимаешь?
Честно говоря, Ронар ее не совсем понял. Ведь до этого момента он свято верил, что им обоим нужна та манящая дорога приключений, что вела к чему-то новому, вол-нующему и опасному, заставляющему испытывать бурю чувств и эмоций и служить свет-лому началу.
- Выходи за меня замуж, - уже в который раз предложил он, - и ты станешь короле-вой Альвии. Или Эглофии, если ты захочешь остаться здесь. Будем жить спокойно, долго и счастливо.
- Посмотрим, - резко произнесла Деланна и скрылась за дверью.
Проклятые видения вновь преследовали ее. Все началось там, в Тогароне, когда произошла битва с драконом. И теперь они не давали покоя ни днем, ни ночью, постоянно напоминая о себе. Но сказать Ронару об этом она не могла, ибо знала, что за этим последует. Лучше уж так, как сейчас, а не так, как ей грезится. Смерть, одна смерть кругом, кровь, могильная тишина и ледяной холод. И безысходность…
- Подожди! Да подожди ты, - Ронар было рванулся вслед за Деланной, но через па-ру шагов остановился.
- Ну и иди, - буркнул он себе под нос, явно расстроенный, и тяжело вздохнул, - Опять она меня игнорирует… Зато как нужен ей буду обязательно позовет. Эх, и за что боги наказали меня такой любовью?
Чуть слышно скрипнула входная дверь. Альфар улыбнулся: вернулась все-таки.
Он ошибся. В залу вошел Натерро, который, несмотря на столь поздний час, был облачен в полный доспех, а у бедра покачивался Ардриэль – волшебный меч, что он по-дарил элару после памятной им обоим битвы у Северных рек много лет тому назад.
- Добро пожаловать домой, - произнес Натерро.
Ронар повернулся к нему. Вид полководца несколько смутил его.
- Хороший наряд, - произнес он, пожимая руку своего побратима и похлопывая его по плечу, - Только к чему? Или случилось то, о чем я не знаю?
Натерро несколько рассеяно покачал головой.
- Все в порядке, просто посты проверял. Пока был на крепостных стенах, как раз заметил как вы влетели в открытое окно…
А ты молодец, Деланну нашел все-таки. Кстати, как твой поход в логово предводи-теля орков? Хотя, можешь не отвечать, догадываюсь, что ты победил Баргота. Но, быть может, завтра расскажешь мне во всех подробностях? Да и перед народом нужно высту-пить, сообщить, что кровавая длань войны отступила…
- Обязательно, - устало зевнул Ронар, - А сейчас пойду-ка я отдохну.
- Иди, - кивнул Натерро, - я провожу тебя. Хочу задать еще пару вопросов.
- Может с утра, на свежую голову, - произнес альфар, выходя из залы, но, видя, что его другу не терпится, уступил, - Я слушаю.
- Каковы теперь твои планы, Ронар? – спросил полководец.
- Я постараюсь сделать все, чтобы люди, элары, глейты и другие народы зажили в мире и согласии.
И подумал с грустью, что время, отведенное на это приключение, подходило к концу. Ему будет дан знак, что пора возвращаться на Альвию и ждать новых путешествий. А пока следовало решать необходимые государственные дела, выбирать преемника. Впрочем, у него было два кандидата: Дангир и Натерро. Кто-то из них должен принять корону, когда они с Деланной отправятся на Альвию. Если, конечно, она согласится.
- Нужно создать империю, - с жаром произнес Натерро, - заставить южные страны склониться перед Эглофией, признать наше господство!
- Империи имеют свойство быстро распадаться, - парировал Ронар, - да и это со-всем не входит в мои планы. Постоянные мятежи, бунты на захваченных территориях, ненависть к завоевателям, реки крови. Вот налаживать торговые отношения с югом, это другое дело.
- И это говорит великий полководец? – изумился Натерро, - Тот, о котором народ эларов слагает стихи и легенды, предлагает торговаться с южанами, словно мы купцы, а не воители! Во имя Девяти кубков Ада, так я и думал, что этим дело закончится. Захватил себе королевство, нацепил побрякушку…
- Завидуешь? – Ронар резко остановился, пораженный внезапными переменами в душе друга. В неожиданно ставших кошачьими глазах альфара, промелькнули молнии, - Власти моей завидуешь, величию, тому, что обо мне легенды слагают!
Взгляд короля стал грозен. Кто бы мог подумать: зависть овладела тем, кому он свято верил, а от зависти до предательства один шаг. Кости Скалфера, неужели слова ста-рого Трога оказались не пустой угрозой?
- Да, завидую! – не скрывая своих мыслей, произнес Натерро, - Я тоже стремлюсь к вершинам власти. Вспомни, сколько сражений мы вместе прошли, а вся слава доставалась только тебе. А теперь ты завоевал себе королевство и успокоился! Я тоже благородных кровей и тоже достоин трона!
Ронар начинал сердиться.
- Я одного понять не могу. Где ты раньше был, когда страна старадала от безумно-го правления Ригендо? Почему не объединил северные народы и не повел их войной на Эделлен? Почему ждал, пока я пришлю тебе послание?
- Только ты был способен покорить Эглофию, заставить ее подчиниться.
- Я не завоевывал ее. Войска добровольно встали под мое начало. И ты в том числе, не забыл? Хочешь быть королем? Хорошо. Я дам флот, войска, тебе останется только выбрать страну.
Но Натерро дико ухмыльнулся.
- А я уже выбрал. Хочу быть королем Эглофии! Смотри!
И, услужливо отворив двери тронного зала, представил на обозрение Ронара картину, при виде которой сердце отозвалось глухой непонятной болью. Старый Трог сделал свое дело. Темное начало брало в душе элара свое.
Преданные Натерро темные элары собрались в тронном зале. Они были одного ро-да, и именно Натерро был для них настоящим королем. Натерро, а не Ронар. Предчувст-вие не обмануло альфара. Он снова оказался в ловушке.
Один из воинов предателя крепко прижимал к себе Деланну, приставив ей острый кинжал к горлу.
Натерро втолкнул в зал застывшего от негодования Ронара, и задвинул засов.
«Куда катится этот мир, - с горечью подумал альфар, - если даже близкий друг и товарищ по оружию завидует и предает меня».
- Ронар, помоги, - с отчаянием прошептала Деланна.
Она верила в него.
- Заткнись! – рявкнул воин и неожиданно для всех неуловимым движением перерезал ильвинии горло.
А дальше все происходило словно во сне. Кровавая пелена затмила разум альфара, когда он выхватил Лонкарон и, не заботясь более о сохранении своей жизни, бросился в самую гущу врагов, горя только одним желанием: убивать. Ярость и слезы душили его, дикое безысходное отчаяние накатывалось на него, словно на хищника, потерявшего свою подругу.
Тут из потайных дверей показались до зубов вооруженные орки, сговорившиеся с предателем.
- Расстреляйте его, идиоты! – заорал Натерро, видя какое опустошение производит альфар среди его воинства.
Но стрелы Ронар остановил заклятием.
- А, черт, все самому приходится делать! – взревел элар и с размаху разрубил мечом трос, на котором была подвешена огромная люстра.
Рухнувшая громада накрыла не успевшего увернуться Ронара, поскольку его нога скользнула в крови, а в следующую секунду он почувствовал острую боль в спине – чей-то острый клинок вонзился ему меж ребер, обрывая нить жизни.
Проклятый предатель все рассчитал и не зря пригласил орков поучаствовать в «спектакле». Потом он расскажет, что это они убили короля и королеву, а доблестные элары не упели прийти на помощь, но зато расправились с врагами. А мертвые орки, как известно, не болтают. Элары же подтвердят, что последней волей Ронара было, чтобы корона досталась Натерро – лучшему из друзей.
Жизнь уходила из альфара вместе с толчками выходившей из раны крови. Внезап-но, сквозь пелену меркнущего сознания, он что-то вспомнил, судорожным усилием руки дотянулся до внутреннего кармана и раздавил песочные часы, подаренные Скалфером на Колгорских островах. Момент настал.

* * *

Сначала Ронар не понял, что происходит. Он снова участвовал в сражении с орками Тогарона, словно время перенеслось на несколько недель назад.
Шла рукопашная схватка, рядом ожесточенно рубился Натерро. Ронар видел, как подкравшийся сзади орк занес над эларом секиру. Альфар знал, что сейчас мимолетным движением меча он вспорет орку живот, но не стал этого делать. В гуще криков, стонов, звоне мечей и реве животных он отчетливо различил скрежет раздираемых топором дос-пехов, хруст костей и увидел фонтан крови, хлынувший из перерубленной артерии, а лишь потом снес голову орку, пытавшемуся высвободить застрявший в теле Натерро то-пор.
Внезапно опять все померкло. Ронар крепко зажмурился, а когда открыл глаза, то увидел, что лежит на постели. Ночь, тишина. Рядом была Деланна. Сон ее отчего-то был беспокойным.
Альфар судорожно вздохнул и отер рукой со лба холодный пот. Волшебные часы Скалфера помогли изменить ему прошлое. Он вновь возвратился в ту роковую ночь, когда ему предстояла встреча с Натерро. Но теперь Ронар знал, что элар остался там, на кровавом поле Тогарона, покрыв себя неувядаемой славой и не запятнав себя предательством. И скальды прославят его в песнях.

* * *
- Деланна, милая, где ты? – беззвучно шептали губы Ронара.
С самого утра он уже целых два часа безуспешно рыскал по дворцу в поисках своей возлюбленной, но ее словно след простыл. Неужели, опять вмешались какие-то потус-тронние силы?
«Да нет, не может быть», - Ронар попытался отбросить такие мысли.
В душе еще жила горечь утраты Натерро, а теперь еще и Деланна куда-то исчезла. О, Скалфер, ну где же она, в самом деле?
С досадой Ронар громко хлопнул дверью ее комнаты и зашагал по коридору. Может, охрану кликнуть…
- Звал меня? – из серого облака как всегда неожиданно прямо перед Ронаром вы-прыгнул Скалфер.
- Да так, - пробормотал альфар, - С языка сорвалось. Уже два часа ищу Деланну, но она как сквозь землю провалилась. А тут еще смерть Натерро… Ведь я не ожидал, совсем не ожидал, что с ним все так получится!
- Рад бы помочь тебе, - вздохнул Скалфер, - только не в моей власти вернуть его в мир живых. Честно говоря, я не знал, что песочные часы поведут себя таким образом.
- Пойду я, - несколько нервно сказал Ронар, - беспокоюсь за Деланну. В другой раз поговорим.
- Подожди.
Опять это странное предчувствие беды. Со стороны Ронар не мог видеть, как он из-менился в лице. Ну, что там еще?
- Держи, - рука Скалфера в кольчужной рукавице протянула альфару маленький не-сколько измятый конверт, - Деланна просила передать тебе это послание.
Глаза Ронара превратились в две маленькие щелочки.
- Ты знаешь, где ее искать?
Скалфер кивнул.
- Она просила не говорить. Пока. Но я вижу твои страдания, вижу, как терзаются твои душа и сердце. Твоя любовь к ней действительно, как наказание.
- Где она?! – зарычал альфар, в один миг превращаясь в тигра, и прыжком сбивая с ног Скалфера. Огромные клыки замерли у горла опрокинутого навзничь бога.
- Другому это не сошло бы с рук, - ухмыльнулся Скалфер, - но тебе… Деланна по-просила отправить ее в то время, откуда она пришла. Зачем, почему, не объяснила. Быть может, в письме ты сам все поймешь. На Альвию ты сейчас не сможешь вернуться, пото-му что твоим порталом я отправил Деланну. Правда, есть другой путь, но Врата находятся на континенте, что лежит за океаном далеко на Востоке. Вот карта, если хочешь…
- Спасибо, удружил! – расстроено крикнул Ронар, превращаясь в альфара и выхва-тывая карту, - Все как всегда! Ничего не меняется! За что я так наказан? Мне ничего не нужно без нее, понимаешь! Я люблю, люблю ее больше жизни! И даже эта проклятая ко-рона мне не нужна. Почему Натерро погиб? С каким бы удовольствием я бы передал власть ему!
В гневе своем Ронар действительно напоминал разъяренного хищника. Он оттолкнул Скалфера и, добежав до ближайшего поста, приказал стражникам:
- Дангира Олн Монтегро, карафала флота эглофийского немедленно ко мне!!!
В ожидании Дангира Ронар быстрыми шагами вошел к себе в кабинет и развернул письмо. Строки расплывались перед глазами, а душу и сердце с каждым словом охватыва-ла все более глубокая печаль.
Ронар, здравствуй!
Спасибо за твою любовь, за те теплые слова и стихи, которые написаны от души, которые идут из сердца, за готовность помочь. Спасибо за нежность, ласку, доброту. Не сердись пожалуйта, что я покинула тебя, просто мне самой нужно утвердиться в себе, найти свое я. И сделать я это должна одна. Поверь мне и пойми: так нужно. Ты не расстраивайся, пожалуйта. Пойми, что мне тоже нелегко, и я всю ночь размышляла, прежде чем решилась попросить Скалфера помочь мне. Я знаю, как ты любишь меня, по-верь мне, такие сильные чувства редко кто испытывает, только я должна разобраться в своих, понимаешь?
Дорогой мой, не расстраивайся, все у нас будет хорошо. Просто, дай мне немножко времени.

Твоя Деланна.

В раздумье Ронар сжал в кулаке клочок пергамента.
Время этого приключения прошло. Настала пора расставаний.


* * *

- Нет, Ронар, нет, - в который раз покачал головой Дангир, - Делай со мной что хо-чешь, но корону я не приму. Это твое королевство, и ты король Эглофии. Я не могу, не имею права.
- Ты пойми, остаться или уйти зависит не только от моих желаний. Когда-нибудь я вернусь, но кто во время моего отсутствия будет управлять королевством?
Дангир, наконец, сдался.
- Я согласен быть наместником, пока ты не вернешься, - сказал он, - На большее и не надейся. Ведь тогда получится, что ты для меня завоевал королевство, приподнес мне его на золотом блюдце, возьми, мол, корону, Дангир, правь мудро и справедливо, а ты не у дел, так что ли?
- Пойми, - стал объяснять Ронар, - у каждого короля должна быть королева. Я не успокоюсь, пока не выясню, где Деланна. Я люблю ее. Люблю, быть может, даже больше жизни и ради нее готов отказаться от короны. Не могу я без нее. Она мое счастье, моя судьба. Я это чувствую.
Дангир удивленно глядел на Ронара. Удивленно потому, что никогда за все прожи-тое время не видел таких глубоких, таких сильных чувств. Самому ему подобного испы-тать не довелось.
- Завидую я твоей любви, - вдруг проговорил он.
Ронар по-прежнему оставался мрачным, но преисполненным такой решимости, что сам себе удивлялся.
- Возможно, я даже не вернусь, Дангир, - альфар дружески положил руку своему товарищу на плечо, - Собери себе такое окружение, подобное тому, которым окружил се-бя я. И помни, решающее слово всегда остается за королем. И надели все народы равными правами.
Помолчав, Ронар добавил:
- Завтра приходи на утес Прощания, дабы принять жезл наместника и сказать по-следнее прости исчезающим за горизонтом парусам «Лагхеля».
- Как, уже завтра? Так скоро! О, боги!
Дангир преклонил колено перед своим королем, но Ронар подхватил его за руку.
- Ну, будет. Не дело наместнику Эглофии валяться в ногах бывшего короля, пусть даже короля самой великой державы.
Дойдя до дверей кабинета, Ронар обернулся.
- Завтра, на Утесе Прощания, - произнес он.
Дангир печально кивнул.
- Мог бы и не напоминать, - беззвучно прошептали его губы.

* * *

Расставание получилось грустным. Паруса «Лагхеля» уже почти исчезли за гори-зонтом, а вместе с ними и солнце готовилось уйти на покой. Вечерело.
Легкий бриз всколыхнул волосы Дангира, оставшегося в раздумьях стоять на Утесе прощания. Темные волны набегали на скалу, и рокот прибоя словно нашептывал строки:
Парус «Лагхеля» за горизонтом исчез,
Вечер тих и наполнен колыбелью чудес,
Мерно плещутся волны о борт корабля,
Далеко впереди ждет чужая земля,
Что полна приключений
Опасных, и грез.
Отзовутся они чьей-то болью, и слез
Не удержишь. Каков же секрет?
Ты вернешься, о, Ронар?
Даже боги скрывают ответ!


* * *
Ронар окинул прощальным взглядом исчезающий берег и отвернулся со странным, необъяснимым чувством на душе, но через секунду успокоился. Впереди его ждала Де-ланна и новые приключения.






















ЭПИЛОГ.



Ледяное безмолвие окружило меня. Я вновь был один в этом мире, и у меня не ос-талось близких друзей, за исключением Дангира, но и он был сейчас далеко.
Я скользил все дальще и дальше в безбрежное море, за далекие горизонты, ощущая в душе лишь непонятную жгучую боль, потому что рядом не было моей любимой Делан-ны, и я с каждым днем все больше и больше не находил себе места.
В душе я обижался за ее равнодушие ко мне, но ничего не мог с этим поделать. Оставалось только ждать и надеяться. Но сбудутся ли мечты, достигну ли я своей це-ли, быть может, самой главной для моих души и сердца. Как говорили Мудрые: «Радость достижения – одна из основных составляющих понятия «счастье». Но, имея так много, я не имею и не могу пока достигнуть главного.
Когда я вспоминаю погибших друзей: Тагона, павшего во имя свержения Ригендо, Натерро, ставшего жертвой колдовства Верховного Трога, я чувствую тяжкий груз от-ветственности за их смерти, хотя знаю, что они сражались за свободу своих народов и своей страны, и, в конечном счете, за спасение Вселенной от Повелителя Заэкранных ми-ров. Это успокаивает меня ненадолго, потому что горечь утраты по-прежнему сильна.
Время лечит раны. Я знаю, что смирюсь с этой тяжкой ношей, смирюсь с гибелью друзей и даже с потерей Деланны, если это случится, хотя знаю, что будет невыносимо тяжело.
Ступив на землю Мелузии, я прошел нелегкий путь, многого достиг, но, кажется, потерял неизмеримо больше. И сейчас меня окружает тоска по Деланне, безмолвие крови погибших друзей и всех тех, кто погиб на полях сражений, став под мои знамена.
Пусть так, но моя история еще не окончена. До тех пор, пока в моей груди бьется сердце и меня зовет навстречу приключениям. К новым опасностям. Новым горизонтам. К моей мечте.


Из дневника Ронара.

Мнение посетителей:

Комментариев нет
Добавить комментарий
Ваше имя:*
E-mail:
Комментарий:*
Защита от спама:
четыре + десять = ?


Перепечатка информации возможна только с указанием активной ссылки на источник tonnel.ru



Top.Mail.Ru Яндекс цитирования
В online чел. /
создание сайтов в СМИТ