Спроси Алену

ЛИТЕРАТУРНЫЙ КОНКУРС

Сайт "Спроси Алену" - Электронное средство массовой информации. Литературный конкурс. Пришлите свое произведение на конкурс проза, стихи. Поэзия. Дискуссионный клуб. Опубликовать стихи. Конкурс поэтов. В литературном конкурсе могут участвовать авторские произведения: проза, поэзия, эссе. Читай критику.
   
Музыка | Кулинария | Биографии | Знакомства | Дневники | Дайджест Алены | Календарь | Фотоконкурс | Поиск по сайту | Карта


Главная
Спроси Алену
Спроси Юриста
Фотоконкурс
Литературный конкурс
Дневники
Наш форум
Дайджест Алены
Хочу познакомиться
Отзывы и пожелания
Рецепт дня
Сегодня
Биография
МузыкаМузыкальный блог
Кино
Обзор Интернета
Реклама на сайте
Обратная связь






Сегодня:

События этого дня
07 декабря 2021 года
в книге Истории


Случайный анекдот:
Мужик просыпается с жуткого бодунища, разлепляет глаза и видит - в квартире чистота, порядок, завтрак на столе, бутылочка холодного пива его ждет. У дочери спрашивает:
-Послушай, что происходит, я же вчера пьяный пришел?
-Вчера, когда мама повела тебя в ванную, ты ее отпихнул и сказал: "Отвали шлюха, я женат!"


В литературном конкурсе участвует 15119 рассказов, 4292 авторов


Литературный конкурс

Уважаемые поэты и писатели, дорогие мои участники Литературного конкурса. Время и Интернет диктует свои правила и условия развития. Мы тоже стараемся не отставать от современных условий. Литературный конкурс на сайте «Спроси Алену» будет существовать по-прежнему, никто его не отменяет, но основная борьба за призы, которые с каждым годом становятся «весомее», продолжится «На Завалинке».
Литературный конкурс «на Завалинке» разделен на поэзию и прозу, есть форма голосования, обновляемая в режиме on-line текущих результатов.
Самое важное, что изменяется:
1. Итоги литературного конкурса будут проводиться не раз в год, а ежеквартально.
2. Победителя в обеих номинациях (проза и поэзия) будет определять программа голосования. Накрутка невозможна.
3. Вы сможете красиво оформить произведение, которое прислали на конкурс.
4. Есть возможность обсуждение произведений.
5. Есть счетчики просмотров каждого произведения.
6. Есть возможность после размещения произведение на конкурс «публиковать» данное произведение на любом другом сайте, где Вы являетесь зарегистрированным пользователем, чтобы о Вашем произведение узнали Ваши друзья в Интернете и приняли участие в голосовании.
На сайте «Спроси Алену» прежний литературный конкурс остается в том виде, в котором он существует уже много лет. Произведения, присланные на литературный конкурс и опубликованные на «Спроси Алену», удаляться не будут.
ПРИСЛАТЬ СВОЕ ПРОИЗВЕДЕНИЕ (На Завалинке)
ПРИСЛАТЬ СВОЕ ПРОИЗВЕДЕНИЕ (Спроси Алену)
Литературный конкурс с реальными призами. В Литературном конкурсе могут участвовать авторские произведения: проза, поэзия, эссе. На форуме - обсуждение ваших произведений, представленных на конкурс. От ваших мнений и голосования зависит, какое произведение или автор, участник конкурса, получит приз. Предложи на конкурс свое произведение. Почитай критику. Напиши, что ты думаешь о других произведениях. Ваши таланты не останутся без внимания. Пришлите свое произведение на литературный конкурс.
Дискуссионный клуб
Поэзия | Проза
вернуться
    Прислал: Алексей Курганов | Рейтинг: 0.70 | Просмотреть все присланные произведения этого Автора



Алексей Курганов.

Эпидемия (рассказ).

Старик Федотов зашел в сарай, отворил дверь в хлев и, болезненно морщась, сел на скамейку.
- Иди сюда! – строгим голосом приказал поросенку. Фунтик, легкомысленно похрюкивая, подбежал к Федотову и, растопырив уши, уткнулся ему в колени. Поросенку очень нравилось, когда старик чесал ему между ушей.
-Щас, разлетелся! – остудил этот его игривый порыв Федотов. – Чеши ему… Эпидемия, понял? Свиной грипп! Ну-ка, покажи язык!
В ответ Фунтик еще раз хрюкнул и игриво завилял хвостиком.
-Побалуй, побалуй! – прикрикнул старик и сунул ему под пятачок костлявый кулак. – Смотри у меня, тока чихни! Вон оно, лекарство-то! - и кивнул на притолоку, где лежал широкий немецкий штык. Федотов еще во время своего босоногого детства, которое пришлось на первые послевоенные годы, притащил его со Вторчермета, и с тех пор штык исправно служил их федотовскому семейству всей своей фашистской верой и правдой.
- Враз вылечу! Понял?
Фунтик в ответ расплылся в весёлой беззаботной улыбке.
- Дурак какой… - сурово сказал Федотов.
Он затворил хлев, вышел в сад. Утро только-только начиналось, лишь мелко дрожало сиреневым цветом на востоке. Предрассветное туманное марево нежно-ласково обнимало смородиновые и крыжовниковые кусты, и еще как следует не расщебетались птицы. Было благостно тихо, спокойно и умиротворенно. Хотелось просто стоять и молча пить эту благодатную молочную тишину, которая через час-полтора затопчется шумом машин, не железным, а каким-то неприятно-деревянным перестуком трамваев на стыках рельсов, тревожными паровозными гудками и гулом идущей на завод рабочей смены. Федотов постоял, довольно сощурив выцветшие глаза, потом, кряхтя и привычно морщась, набрал в карманы яблок, зябко передернув плечами, вернулся в сарай.
-На, - сказал Фунтику. – Витамины.
Тот сощурил хитренькие глазки и потянулся к яблокам.
-Ладно, живи пока, - великодушно разрешил старик. – Им там делать нехрена, вот и выдумывают всякую хрень (что за нехрена, что за хрень, где это «там», и кто выдумывает дед конкретизировать не стал. Великий и могучий русский язык. Настоящая находка для отечественных шпионов. Ни одно ЦРУ не расшифрует.).
- Ишь ты – свиной грипп! - и он язвительно хмыкнул. - Вы сначала человечий-то лечить научитесь, а уж потом к свиньям лезьте! Академики липовые!
Вообще, старик Федотов ко всяким хворям относился двойственно. Внешне, на людях – пренебрежительно, иронично, отпуская ехидные замечания
по поводу медицинских возможностей вообще, и способностей их здешнего местного здравоохранения в частности.
- На Марс опять лететь собираетесь, а простой радикулит лечить так и не научились, - регулярно выговаривал он участковой врачихе Марии Игнатьевне. У врачихи было трое детей и Колька, муж-алкоголик, так что дел у нее и на земле было выше крыши, какой ещё к шутам собачьим этот таинственный и загадочный Марс. Но в споры со стариком она не вступала, потому что это был абсолютно дохлый номер – доказывать ему, что лично она, Мария Игнатьевна, на далекую планету совершенно не собирается. Это гораздо легче было признаться: да вот такая я, Валя Терешкова! Вот сейчас, через полчаса, закончу прием, халат сниму, руки вымою - и пулей на Байконур! И ты, старый пень Федотов, не сомневайся: и на Марсе будут и яблони цвести, и грипп свинячий обязательно туда завезём! Чтобы всё было как у нормальных здоровых людей!
Федотов, словно читая эти ее мысли, заметно тушевался, замолкал и, сделав безмятежный вид, совал ей в халатный карман червонец. Мария Игнатьевна тоже в свою очередь изображала полную отстранённость и вроде бы даже в упор не замечала этих денежных сований. Это была у них такая уже давняя, традиционная игра, некий спектакль двух актёров, они же ничего вроде бы не замечающие зрители. Впрочем, бывали ситуации, когда не заметить червонца было никак невозможно. Тогда врачиха начинала краснеть и стыдливо отнекиваться. Впрочем, никаких попыток физического сопротивления этому денежному сованию она не предпринимала. Это несопротивляемое сопротивление тоже было обязательным условием всё той же игры.
-Ничего, ничего, - тоже смущаясь, говорил Федотов. – Это ребятишкам на молочишко. Младший-то в каком? А, только в первый пошел! Ну и ладно, не торопись, еще находится, еще надоест школа-то эта! Ты, Игнатьевн, пришли его за яблоками! Пропадают ведь!
-Пришлю, - обещала Мария Игнатьевна.- Спасибо, Иван Тимофеевич!
-Да ладно тебе, - досадливо отмахивался Федотов (дескать, тоже нашла о чём благодарить. Экие, право, пустяки!). – Колька-то как?
-Нормально! – бодрым голосом врала врачиха. – Работает!
-А с этим делом как? - и въедливый старик бесцеремонно тыкал себя пальцем в кадык.
-Не-не, что вы! – продолжала свою привычную завиральню Мария Игнатьевна. – Он же, вы ведь знаете, хороший. Только слабохарактерный. А так – хороший! И ребят не обижает никогда.
- Значит, никак не угомонится, - понимающе кивал Федотов и сурово поджимал губы. Кольку, ее мужа, цемзаводского инженера, он знал как облупленного. Тот вырос на их улице, и в пацанячьем возрасте регулярно лазил в дедов сад за яблоками и грушами.
-Ничего, - успокаивал он собеседницу. – Вот подлечишь меня от моего радикулита, я его успокою. А то, понимаешь, взял моду– хлебать! Я ему козу-то устрою, паршивцу!


Так вот, если на людях дед храбрился-духарился, этак молодцевато-залихватски над медициной насмехался, то оставаясь наедине с самим собой, вынужден был признаваться – все-таки страшно. Тем более в его-то годы… Пожилой возраст, как ни хорохорься, не самая приятная на этом свете штука, и каждую болячку с каждым прожитым годом поневоле вынужден расценивать как этакий предварительный звонок о т т у д а. Дескать, ты, старый пенёк Федотов, не особенно-то на земле вашей грешной расслабляйся-благодушничай. Тебе уже, если забыл, семьдесят второй пошел с Покрова, и ты, вредный старикашка, можно сказать, вышел на свою последнюю финишную прямую. Так что не суетись, пень трухлявый, а лучше, на всякий пожарный, собери-ка чистое исподнее бельишко и держи его в полной боевой готовности. Да, и в баню сходи, помойся как следует, не торопясь и с последним удовольствием. Можешь и пивком надуться напоследок, а то у нас здесь, на небесах, пивнушек не предусмотрено, У нас с пьянством и алкоголизмом строго, вечный сухой закон. Потому как небытие и вселенский покой, и никто тебе, старый хрыч, пива здесь не нальёт и фуфырик не поднесет, так что даже и не надейся.
И вот, пожалте, к старым привычным напастям – новый геморрой: свиной грипп. Федотов, конечно же, поинтересовался у Марии Игнатьевны: а как он для людей-то? Безвредный или на всякий случай купить белые тапочки?
- Стопроцентных данных нет, – призналась врачиха. – Но остерегаться, конечно, нужно. (Понятно. Значит, тапочки всё-таки надо приготовить). Как говорится, бережёного Бог бережет.
- А конвойного конвой стережёт… - автоматически буркнул Федотов. - Вот и Бога вспомнили! - сказал он поспешно, увидев удивлённо-непонимающие марьигнатьевные глаза. - Вот такая, выходит, современная медицина. И никакого тебе научного атеизьма.
Возвращаясь из поликлиники, он зашел в магазин, привычно покряхтел, но все-таки купил бутылку. Дома, выпив, закусив и привычно огорчившись новостям по телевизору (ползет, зараза, ползет, свинюха гриппозная! Уже и Гондурас захватила! Это считай, что под боком!), зашел к Фунтику.
- Ну, как ты? Не чихаешь? – и погрозил поросенку. – Смотри, а то враз вылечу! Рука не дрогнет!
В ответ он услышал привычное довольное хрюканье, впрочем, теперь уже с явно досадливыми нотками. Дескать, достал уже, старый пень, своей патологической кровожадностью. «Вылечу, вылечу!». Смотри раньше сам в белые тапки не переобуйся!

Вечером в пятницу к старику приехал сын Пашка со всем своим благородным семейством. Пашка жил в соседней области, работал наладчиком на авиационном заводе, зарабатывал, несмотря на настолбеневший уже всем по самые гланды мировой кризис, вполне нормально, да и вообще все у него было «хоккей», все полной чашей: красавица-жена Людмила, четверо балбесов-сыновей, старшего из которых, Васеньку, удалось-таки отмазать от армии (четыре тыщи американских денег - и всё чики-чики. Это называется рыночная экономика - и никаких тебе сапогов с портянками!). Плюс трехкомнатная в центре, машина, дачка с погребом. Все по уму, потому что и сам Пашка – умный да хваткий. Дурак и растерёха такого добра ни в жизнь не наживет.
Сначала все было как положено: ахи-охи, слезы-сопли-слюни, обнимания-целования, бодрые удивления « а дед-то у нас, оказывается, еще молодцом!». Подарки, снова ахи-охи, снова размазывания сопливых выделений по щекам. Федотов в ответ привычно жаловался на радикулит, обещал, как и положено в подобных торжественных случаях, вскоре непременно помереть, его тут же всем гамузом кидались успокаивать, говорили «это ты брось!» и лицемерно утешали, что «все там будем». Когда где-то через час вся эта бодяга всем уже порядочно надоедала, садились за стол. Выпивали, закусывали, загадывали завтра обязательно сходить к матери на могилку, и постепенно переходили к насущным мировым проблемам.
- У вас-то, на заводе, чего про этот самый свиной грипп говорят? – спросил Федотов. Пашка дожевал кусок селедки и сытно- пьяно икнул.
-Да чего…Это все американцы воду мутят. Лекарств понаделали целые склады, а девать их некуда. Срок годности подходит, надо срочно куда-никуда пристраивать - а куда? Вот и придумали - свиной грипп. Так что, дед, не сомневайся – Унион Стейтс оф Амэрика! Это ихние гадские происки!
- Как всегда, - согласно кивнул Федотов. - Я вот чего думаю: может, заколоть поросенка-то? На всякий случай. Пока он здоровый. А, Пашк?
- Давай заколем, - легко согласился сынуля и опять икнул. – Хоть прямо завтра с утра. Я уже давно говорил – на хрена он тебе нужен? Сам свинину особенно-то не ешь, мы можем и на рынке запросто купить – зачем тебе с твоим радикулитом лишняя забота? Не, я, дед, понимаю: ты привык, чтобы какая-никакая, но живность на дворе была. Святое дело! Так давай я тебе пяток кур куплю. Несушек, с петухом! Все мороки меньше, и яйца каждый день. А этого…гриппозного… выкармливать надо не меньше полгода. Да и заколешь – куда девать? Тушенку варить, сало солить? А потом все это добро в погреб таскать с твоим-то радикулитом? Морока одна! И, заметь, никому, а в первую очередь самому тебе, совсем не нужная!
Федотов задумчиво пожевал губами.
- Может, и на самом деле… - сказал нерешительно и, поколебавшись, все-таки махнул рукой. – А, ладно! Давай с утра! И на самом деле, чего ждать? Американцев? Так и решим! Хоть пуда четыре, а все наши будут, все не покупать!

Пашка с семейством уехал в воскресенье, поздно после обеда. Опять, как и по приезде, поахали-поохали, правда, слез и соплей пускали поменьше и подарки уже не дарили. Хватит, мол, пора и честь знать, сколько можно… Федотов долго стоял на дороге, и так долго и усердно махал рукой, что прохожие начали на него подозрительно коситься: чего это он? Кому машет? Не «поехал» ли по причине преклонного возраста и стариковского одиночества? А чего – старость, болячки, кризис, тоска. Запросто можно спечься для дома хи-хи.
Вернувшись домой, дед первым делом переодел выходную рубаху, влез в старые вонючие галоши и привычно потопал в сарай.
- Укатили, - сообщил Фунтику. – Теперь только на октябрьские приедут, на революцию. На-ка вот тебе конфетку… балбес.
Фунтик игриво хрюкнул и ловко слизнул сладкий шоколадный продукт с дедовой ладони теплым щекотным языком. Чего ж сына-то не послушал, спросил он Федотова блестящими любопытными глазами. И денек был что надо. И «лекарство» на притолоке, как всегда. Щас бы он меня уже в своей машине вез. В полностью разобранном виде.
- А потому что деловой он больно, этот твой Пашка! – сказал дед
сердито. – «Давай заколем, давай заколем!». Балабон! Ты тебя ведь тоже сначала откорми как следоваит! Да не всем чем ни попадя, а по уму! Комбикормцем, свеколкой-морковкой, когда и хлебца покроши, не жадись! Чтоб сальце-то с жилочкой было, да с прослоечкой, да чтоб не жёсткое, а мякотное и духмяное. А то – ах-ох, давай, быстрей, покос скосили! На Марс лететь собираются - а поросенка толком и довести до ума не могут! Балбесы!
Да какой им, дуракам, Марс, согласно кивнул Фунтик. Дома дел полно, а они – к своим неведомым планетам! Действительно, балбесы! И в знак солидарности со стариком, звонко чихнул.
Федотов тут же бросил на него подозрительный взгляд.
-Ты чего это чихать вздумал? Нарочно, что ли? Издеваисси? У, смотри у меня! - и в очередной раз продемонстрировал поросёнку свой жидкий кулачок. – Не особенно-то радовайся! Это я тебя сегодня пожалел! А если чихать будешь – враз вылечу! Понял?
Понял, кивнул Фунтик. Заколебал ты уже своими ядерными угрозами. Лучше себя побереги. Чай не мальчик. А я уж как-нибудь. Без твоих лечений. Тоже мне, свинячий доктор выискался. Профессор кислых щей.
Он выбежал мимо старика во двор и с любопытством огляделся. Солнце уже начало валиться на запад, но жара держалась еще душная, обеденная. Над смородиной и крыжовником лениво жужжали жирные навозные мухи, а одна, самая нахальная, села ему, Фунтику, прямо на пятачок. Он вознамерился было звонко чихнуть, чтобы прогнать нахалку, но благоразумно испугался спровоцировать Федотова на необдуманно срочное лечение. Поэтому просто помотал головой и побрел полежать в тенек под верстаком. Делать было всё равно нечего.



Мнение посетителей:

Комментариев нет
Добавить комментарий
Ваше имя:*
E-mail:
Комментарий:*
Защита от спама:
семь + восемь = ?


Перепечатка информации возможна только с указанием активной ссылки на источник tonnel.ru



Top.Mail.Ru Яндекс цитирования
В online чел. /
создание сайтов в СМИТ