Спроси Алену

ЛИТЕРАТУРНЫЙ КОНКУРС

Сайт "Спроси Алену" - Электронное средство массовой информации. Литературный конкурс. Пришлите свое произведение на конкурс проза, стихи. Поэзия. Дискуссионный клуб. Опубликовать стихи. Конкурс поэтов. В литературном конкурсе могут участвовать авторские произведения: проза, поэзия, эссе. Читай критику.
   
Музыка | Кулинария | Биографии | Знакомства | Дневники | Дайджест Алены | Календарь | Фотоконкурс | Поиск по сайту | Карта


Главная
Спроси Алену
Спроси Юриста
Фотоконкурс
Литературный конкурс
Дневники
Наш форум
Дайджест Алены
Хочу познакомиться
Отзывы и пожелания
Рецепт дня
Сегодня
Биография
МузыкаМузыкальный блог
Кино
Обзор Интернета
Реклама на сайте
Обратная связь






Сегодня:

События этого дня
23 июля 2024 года
в книге Истории


Случайный анекдот:
В чеpном чеpном гоpоде, на чеpной чеpной улице, в чеpном чеpном доме, в чеpной чеpной кваpтиpе, сидят два чеpных чеpных мужика, и один дpугому говоpит:
- Hикогда больше не буду сам запpавлять каpтpиджи!


В литературном конкурсе участвует 15119 рассказов, 4292 авторов


Литературный конкурс

Уважаемые поэты и писатели, дорогие мои участники Литературного конкурса. Время и Интернет диктует свои правила и условия развития. Мы тоже стараемся не отставать от современных условий. Литературный конкурс на сайте «Спроси Алену» будет существовать по-прежнему, никто его не отменяет, но основная борьба за призы, которые с каждым годом становятся «весомее», продолжится «На Завалинке».
Литературный конкурс «на Завалинке» разделен на поэзию и прозу, есть форма голосования, обновляемая в режиме on-line текущих результатов.
Самое важное, что изменяется:
1. Итоги литературного конкурса будут проводиться не раз в год, а ежеквартально.
2. Победителя в обеих номинациях (проза и поэзия) будет определять программа голосования. Накрутка невозможна.
3. Вы сможете красиво оформить произведение, которое прислали на конкурс.
4. Есть возможность обсуждение произведений.
5. Есть счетчики просмотров каждого произведения.
6. Есть возможность после размещения произведение на конкурс «публиковать» данное произведение на любом другом сайте, где Вы являетесь зарегистрированным пользователем, чтобы о Вашем произведение узнали Ваши друзья в Интернете и приняли участие в голосовании.
На сайте «Спроси Алену» прежний литературный конкурс остается в том виде, в котором он существует уже много лет. Произведения, присланные на литературный конкурс и опубликованные на «Спроси Алену», удаляться не будут.
ПРИСЛАТЬ СВОЕ ПРОИЗВЕДЕНИЕ (На Завалинке)
ПРИСЛАТЬ СВОЕ ПРОИЗВЕДЕНИЕ (Спроси Алену)
Литературный конкурс с реальными призами. В Литературном конкурсе могут участвовать авторские произведения: проза, поэзия, эссе. На форуме - обсуждение ваших произведений, представленных на конкурс. От ваших мнений и голосования зависит, какое произведение или автор, участник конкурса, получит приз. Предложи на конкурс свое произведение. Почитай критику. Напиши, что ты думаешь о других произведениях. Ваши таланты не останутся без внимания. Пришлите свое произведение на литературный конкурс.
Дискуссионный клуб
Поэзия | Проза
вернуться
    Прислал: Андрей Шитов | Рейтинг: 0.70 | Просмотреть все присланные произведения этого Автора



В далекий край товарищ улетает...
Родные ветры вслед за ним летят...
Любимый город...


Иван стоял в коридоре вагона и через мутноватое оконное стекло отрешенно скользил взглядом по проплывающему мимо унылому пригороду. Смотрел и не видел. Колесные пары через равные промежутки времени отмечали рельсовые стыки и этот звук был единственным, что связывало его с окружающим миром. Мерный и редкий перестук заполонил плавным ритмом все вокруг, и Ивану казалось, что он слышит, действительно слышит медленное, мощное и удивительно верное и искреннее исполнение забытой песни. Скупая пронзительность текста, почти проговариваемого под виртуозные переборы гармони кем-то неведомым, живущим в глубине Ивановой души, закупорила горьким комом горло и заставила накрепко стиснуть зубы - удерживая непрошеные горячие слезы, успевшие уже увлажнить его прищуренные глаза.

Такое с ним случалось. Правда, все реже. Иногда вдруг накатывало и так же неожиданно отступало, очищая от наносного хлама замусоренную душу.

Иван любил дорогу. Не какую-то конкретную, из пункта "А" в пункт "Б", - время в дороге. Получалось так, что вроде бы при деле, но совершенно свободен. Все ежедневные дела и делишки, заботы и заботки, были до и будут после, а в пути время принадлежало только ему. Особенно приятным было начало пути. Уже позади неизбежная внутренняя суета и озабоченность, впереди только-только начавшийся отрезок времени - некая граница - рубеж между "До" и "После".

"Сорок. Почти сорок лет, - медленно, увесисто и неоспоримо текли мысли. - Как ни крути - две трети прожито. Если повезет, еще лет двадцать - двадцать пять. Больше вряд ли. Если верить статистикам, мужики в нашей стране долго не живут. А посему... Да и зачем? Ходить с авоськой по рынкам, растягивая пенсию? Брюзжать и мучаться ночами с артритом, или еще, какой ни будь старческой пакостью? Нет, уж..."

Один поэт, - Иван не помнил, какой именно, - сказал: "Как мало пройдено дорог, как много сделано ошибок..." А у него и не дороги даже. Так тропинки. Малохоженные.
Правильнее сказать - недохоженные. В юности казалось - весь мир открыт, дорог тысячи, времени - бездна. Будто стоишь в середине бескрайнего зеленого поля, а над головой небо без единого облачка, горизонты далеки, и во всем теле уверенная упругая сила. Любую тропу выбирай, двигай вперед, - все по плечу!

Иван легко, без сожаления менял тропинки - времени впереди ...! Да так и закружился, затоптался - едва начав одну тропу, перескакивал на другую. А время - то и улетело, горизонт шагнул навстречу и стал совсем недалеким, и, вполне даже, неприятно близким. Купол неба опустился и неизвестно когда успел поблекнуть, выцвести, будто затянуло его сплошной облачностью. И дорожки, что тысячей разбегались из-под ног, - тоже повылиняли и попрятались в тусклой и жесткой, как бы прошлогодней, траве. Конечно, если сильно захотеть и как следует пошарить - может и найдется какая ни будь, та, что выведет - не к богатству, нет! - к спокойному достатку, миру и добрым отношениям с женой и дочками, к внутреннему балансу изболевшейся от бесполезного топтания, души. Может и найдется... А поезд, между тем, замедлял ход, примеряясь к положенному ему точному месту остановки у низенького перрона. Глухие толчки колес на рельсовых стыках стали совсем редкими. Песня, прозвучавшая лишь до половины, тихо угасла и оставила после себя грустную недосказанность.

Громко и невнятно забубнило станционное радио, путаясь в собственном многоголосом эхе. Иван разобрал только, что стоянка десять минут, - а большего ему и не требовалось. Кончались сигареты, надо бы сбегать к ларьку - да и размяться не мешает - и, хоть немного, постоять на твердой земле. Немногочисленные пассажиры купейного вагона - Иван терпеть не мог коммунальную скученность плацкарты - уж лучше совсем не ехать, - потянулись к выходу.

Знобкий ветерок пах начинающим таять снегом, сгоревшим углем, бензином, и черт знает, чем еще - так пахнет на всех небольших железнодорожных станциях ранней весной. Стоя в нетерпеливой очереди у ближайшего ларька, Иван поминутно оглядывался на свой вагон - поезд запаздывал и стоянку могли сократить.
Невольно его взгляд задержался на девушке, остановившейся у подножки вагона, в котором ехал и он. Она что-то спросила у пожилой проводницы, стоявшей тут же, а затем легко и, как-то по особенному, красиво поднялась в вагон. Мягкая, плавная стремительность ее движений, неожиданно отдалась в сердце Ивана странным толчком. Будто сердце сбилось с ритма, слегка споткнувшись, а потом, ничего, застучало себе по-прежнему.

...Где-то далеко-далеко, на краю памяти, прощально и густо забасил невидимый пароход, дрогнувшие ноздри ощутили стылую речную влагу предзимнего ветерка, длинные тени скакнули вперед по серому наждаку растрескавшегося асфальта...

Машинально обрывая целлофановую обертку, Иван перешагивал через рельсы и пытался воскресить мелькнувшее вдруг ощущение той далекой осени. Оно не возвращалось. Что-то мешало. Или, наоборот, чего-то не хватало.

Наскоро, в несколько глубоких и жадных затяжек он докурил сигарету - уже объявили отправление, и, поеживаясь, поднялся в душноватый и уютный мирок вагона.

Покачал головой, улыбнувшись сам себе: "Ну и ну... Надо же... Как странно, однако, устроена память..." Продолжая улыбаться, откатил в сторону дверь купе...

Сходство было поразительным. На первый взгляд. Лишь несколько секунд спустя Иван начал подмечать, умом - не сердцем: цвет глаз - другой, небольшая выпуклая родинка на подбородке, которой - точно - не было, да и вообще... И все же сходство было удивительным.

- Да, да... Здравствуйте, - запоздало ответил он, смутившись и досадуя на себя за идиотский столбняк. "Конечно, этого не может быть, - разочаровано проползла совершенно здравая мысль, - ведь прошло двадцать лет. Она, разумеется, изменилась. Пополнела, наверное. Морщинки... Их не спрячешь..." Он внимательно посмотрел девушке в лицо - кожа была упругой и гладкой, и легкий, старательно наложенный макияж, не смог скрыть ее свежести.

- Простите, со мной что-то не так?
"Черт, возьми! И голос - тоже!" - снова встрепенулся Иван. Но он уже контролировал себя и лишь улыбнулся.
- Показалось, знаете. Этакий привет из далекого прошлого.
Она посмотрела пытливым, долгим взглядом, будто пыталась отгадать - что это - не слишком оригинальный способ завязывания дорожного знакомства или что-то еще?..

"А глаза и впрямь другие. Очень похожи, конечно, - этот вот прямой задумчивый взгляд, но, другие. Те были лучисто - серыми. Чисто-чисто серыми. А эти - зеленые, как осеннее болото..." Думалось медленно, успокоено как-то. И - разочарованно. Сейчас Иван уже удивлялся сам себе - надо же, кровь взыграла. Ему было немного неловко и смешно - разволновался, понимаешь, как юнец.

Девушка пожала хрупкими плечиками и уткнулась в книгу, выложив на столик небольшой прямоугольник белого картона, используемый, видимо, как закладка.

Иван вздохнул, посмотрел в окно - поезд быстро набирал ход и там уже вовсю неслась мимо бурая стена близкого леса. "Вот так и жизнь, - подумалось ему, - летит как поезд. У каждого свои рельсы. Дни рождения - верстовые столбы. Чем больше позади - тем чаще мелькают. И билет в одну сторону. Что проехали - то проехали. Не сумеешь угадать свою станцию - так и будешь всю жизнь куда-то ехать и чего-то ждать. И расписание не посмотришь - нет его".

Он скосил глаза на соседку, сидевшую напротив, и принялся осторожно ее разглядывать, старательно выискивая черты и черточки непохожести на ту, другую, которую не видел уже столько лет. Смотрел и не переставал удивляться.

"Вот ведь, природа-матушка, - восхищался Иван, - угадала почти на сто процентов. Нос - курнос, губы, скулы, - даже прическа... Бывает же! Бывает, бывает... Целое шоу двойников по стране гастролирует - вот как бывает. И президент, и Майкл Джексон, и Ленин с Гитлером... Вот тебе и весь фокус, Ваня. Да к тому же родинка на подбородке и глаза зеленые..."

"Вопросы есть?" - насмешливо спросил он сам у себя.
Все встало на свои места. Чудес не бывает, хотя и ждешь их всю жизнь.

Ивану стало грустно и немного обидно - будто поманили чем, но не дали, да еще и посмеялись.
"А что, прапорщик! Не принять ли нам по стопочке для полного душевного равновесия?" - прозвучал в голове Ивана голос командира роты. Рука машинально дернулась к поясу, где всегда была наготове плоская фляжка из полированной нержавейки с неуставной сорокаградусной. Майор Петрович пил только с ним - когда обстановка позволяла. Наверное, потому, что офицерский состав его роты был сплошь зеленым - пацаны с лейтенантскими звездочками. А они с Иваном были ровесниками, да и вообще - тянуло друг к другу. Были. Теперь уже были. Отыскала таки Петровича чеченская пуля. Ехал теперь Петрович на холодке, в багажном вагоне, запаянный в цинк. Когда встал вопрос - кому сопровождать тело майора на родину - двух мнений не было.

В вагоне ресторане было прохладно и светло. И пусто. Иван уселся за крайний столик, взглядом подозвал официантку.
- Водки. Пятьсот. - И добавил, опередив ее, готовую было заученно и привычно сообщить, что в поездах теперь не торгуют водкой, - знаю. Перелей, во что ни будь. И закусить.
Официантка внимательно посмотрела ему в глаза и кивнула. Через несколько минут на столе темнела поллитровка из-под нарзана.

Их с Петровичем сближало еще и то, что они были земляками. Оба из Сибири. Правда, майор жил на юге таежного края, а Иван - на севере. Полторы тысячи километров, шесть дней на теплоходе, - почти рядом по сибирским меркам. На Як-40 вообще два часа.
Для жителей северной глубинки все дороги на "Большую землю", "Материк", как они еще называли остальную часть страны, лежали через краевой центр. Оттуда Ивана и в армию забирали, там и друзья одноклассники осели - институты окончили, переженились, да и сейчас живут, наверное. Где - то там, в миллионном городе жила и первая любовь Ивана - тоненькая девочка с трогательными хвостиками и серыми большущими глазами.

Иван отодвинул в сторону пузатую стеклянную рюмку, набулькал в стакан до половины. Посмотрел на просвет.
- Прости, Петрович, секунды мне не хватило. Был бы ты живой сейчас. Прости. Спи спокойно. - Пробормотал он себе под нос, глядя сквозь прозрачную жидкость.
Иван засек того снайпера - по блику оптики среди развалин многоэтажки. И чуть засомневался - может стекляшка? Решил все - же, на всякий пожарный, зачистить место выстрелом - и не успел. Выстрелы прозвучали почти одновременно - Иванова винтовка запоздала на долю секунды.
Иван знал, что никто не может винить его в смерти Петровича, война - есть война, да только от себя куда денешься? Как смотреть в глаза жене Петровича, дочке его? Как?...

Давно уж Иван хотел съездить в этот город - ребят отыскать, собрать всех вместе, как - бы в детство окунуться, что - ли. Девочку свою, хорошо бы, встретить. Или хоть посмотреть на нее. М - да... Вот и поехал.

Водка исправно делала свое дело - Иван чувствовал, что тоска и боль в груди потихоньку съеживаются, отступают, - дышать стало легче. Вспомнились ему прямые как выстрел проспекты города, мост через темно-синюю, даже на вид холодную, сибирскую реку, гостиница с родным названием "Север", мутный граненый графин на исцарапанном столе, смятая подушка на серых простынях, серый пасмурный дождь за окном...

Зачем она тогда пошла с ним? Поди, разберись в женской душе. Потемки... В своей бы, порой, разобраться... Не было никаких "прости", "извини" - она не обещала ждать его из армии - что-то треснуло в их школьной любви как раз перед тем, как Ивану идти служить. И писем ему в армию почти не писала - в самом начале пришло три письмеца - и то, какие-то пустые - ни о чем. Вернувшись, Иван узнал, что она вышла замуж. Совсем недавно, за месяц до его дембеля. Сначала было очень больно. Однако он быстро справился с собой - пил, гулял, работал, снова пил и гулял. Не от того пил, что душа болела - а потому, что жизни радовался - живой из афганской мясорубки выбрался. Даже и забыл про нее вроде бы. А осенью того же года поехал поступать на рабфак - в Питер, тогда еще Ленинград. На пару дней остановился в краевом центре - с ребятами повидаться, да на поезд пересесть. И ее встретил. Случайно, как бы. В кафе посидели, шампанского попили, поговорили о том, о сем.

А тут и время подошло Ивану на вокзал собираться - попросила разрешения проводить. Вольному - воля, хочешь - пожалуйста! Хоть и старался Иван бодрячком этаким держаться - обрадовался сильно. Да, чего там - счастлив был. А в номере гостиничном, куда они вместе за чемоданом поднялись, будто сила неодолимая друг к другу бросила.

На вокзале слез не было. Она только смотрела грустно так, виновато. И молчала. Или это уже сам Иван додумал? Он продолжал бодриться, пытался острить, да как-то пошло все, неудачно. Когда поезд тронулся - будто иглой пронзило - неужели навсегда?! Так оно и получилось. Как искать ее? И зачем, спрашивается, искать? У нее семья, у него - тоже. А вспоминал часто. Память о ней была легкой и чистой, с какой-то незамутненной грустинкой. Наверное, у каждого есть такой потаенный островок памяти... М-да... Годы, однако, не лечат. Вранье это. Ну и хорошо.

Как и все хорошее, водка кончилась быстрее, чем хотелось. Добавлять он не стал - завтра рано утром поезд должен прибыть в тот самой город, куда давно хотелось приехать и куда сопровождал он сейчас мертвое тело друга.

Девушка спала, сладко подложив под щеку узенькую ладошку. Иван на цыпочках, боясь ее потревожить, зашел в купе, тихо притворил дверь и, как был, в тренировочном костюме, вытянулся на узковатой полке. Закрыл глаза и попытался вызвать в душе ощущения того далекого осеннего дня, но, видимо, водочные пары уже всерьез за него взялись. Он уснул.

Проснулся - будто кто-то толкнул. За окном светало. Посмотрел на зеленый циферблат именных "Командирских" - до пункта назначения оставалось чуть меньше двух часов. Резко сел, тряхнул головой - вроде бы в порядке. Вот что, значит, знать меру. "Хорошо, что не стал вчера добавлять" - удовлетворенно подумал Иван. Дорожное время кончалось. Впереди, меньше чем через два часа, его ждали большие хлопоты - совсем не радостные.

На полу, в проходе, переплетом кверху валялась раскрытая книга. По блестящей яркой обложке, наискось, черным по красному, броско и контрастно зияло: "Чеченский излом". Иван усмехнулся. Брезгливо, за уголок поднял этот, наверняка насквозь лживый опус (он нисколько не сомневался, доводилось уже почитывать такие вот сказочки про войну - что про ту, афганскую, что про нынешнюю), и положил на стол. Затем еще раз нагнулся и поднял небольшой белый прямоугольник - закладку, должно быть. Пальцы ощутили скользкий глянец поверхности. Машинально перевернули кусочек картона. Иван равнодушно глянул и застыл пораженный. С небольшой фотографии на него смотрел Петрович. Веселый, счастливый и живой. А рядом, стояла она. Та самая, светлую и нежную грусть по которой Иван так бережно хранил. И тоже выглядела счастливой. Между ними, обняв обоих и широко улыбаясь, втиснулась девушка, что безмятежно спит сейчас на соседней полке.

Мыслей не было. В голове, ставшей вдруг гулкой, как пустая бочка из-под солярки, медленно, в такт тяжелым и редким толчкам замирающего сердца пульсировала неизвестно откуда и зачем взявшаяся фраза: "И пошли они, солнцем палимы..."

Иван узнал ее сразу. Да, она немного пополнела. Да, морщинки. Так и должно быть. Годы ее не портили. Скорее наоборот. Все та же летящая стройность, подчеркнутая тесными джинсами, тот же прямой, чуть задумчивый взгляд.

Он медленно положил фотографию рядом с книгой. Посмотрел через стол на девушку, ставшую сразу такой близкой и родной.
"Как она похожа на мать!" - покачал головой Иван. "А на тебя, - ты прости, Петрович! - вообще никак". И глаза у Петровича карие - а у девочки - зеленые. И стройным Петровича не назовешь - медведь сибирский. Может родинки, какие? Говорят, они часто переходят от родителей к детям.

Иван еще раз внимательно глянул в лицо спящей. - "Да, нет, ничего не видно, чистое личико. Только на подбородке - как гречневая крупинка. А у Петровича... Нет, у него не было... Видно сильней оказалась материнская порода, раз уж девочка полной копией получилась..."
Иван тяжело вздохнул, взял с откидной полочки дорожный несессер, казенное полотенце и на цыпочках вышел из купе.

"Вот тебе и Петрович, - думал он, намыливая щеки, - столько лет вместе. В каких только переделках не бывали, что только друг другу не порассказали о себе...
Эх, Петрович, Петрович... Почему так, командир?!"

Тяжко было на душе у Ивана.

Ополоснув лицо холодной водой, он крепко утерся жестким полотенцем. Складывая в несессер мыльницу, зубную щетку, бритву, машинально глянул в зеркало и заметил на подбородке алую капельку. "Как всегда, - скользнула отстраненная мысль, - ни разу не побрился не порезавшись".

На месте пореза был еле заметный бугорок - след от родинки, еще в юности нечаянно сбритой. Иван глухо застонал, с силой сдавил скользкий край железнодорожной раковины, и, подняв глаза чуть выше, уперся взглядом в мутное, почти неразличимое свое отражение.

Зеркало было старое, с потеками и разводами, матовое окно туалета сумеречно светилось и почти не давало света, но Иван и так прекрасно помнил цвет собственных глаз - зеленых, как осеннее болото...

Мнение посетителей:

Комментариев нет
Добавить комментарий
Ваше имя:*
E-mail:
Комментарий:*
Защита от спама:
восемь + три = ?


Перепечатка информации возможна только с указанием активной ссылки на источник tonnel.ru



Top.Mail.Ru Яндекс цитирования
В online чел. /
создание сайтов в СМИТ